Цивилизация
«Пустой зал, пустой», — приговаривали билетерши. Эти слова, конечно, были некоторым преувеличением – люди в зале были, хоть было их и маловато. Особенно обидной ситуация становилась в свете того, что нынешний концерт Патрисии Каас должен был стать юбилейным: ровно 20 лет прошло с тех пор, как француженка впервые встретилась с российскими поклонниками. Возраст любви, иначе говоря, предполагал торжество, которое при отсутствии обычного для Каас аншлага оказалось под угрозой срыва. Решение нашлось быстро: зрителям с задних рядов и балкона разрешили пересесть поближе, чтобы обеспечить полный партер.
Требуемый эффект был вскоре достигнут, и представление началось.
Тут, видимо, стоит сказать несколько слов о возможных причинах сложившейся ситуации. Дело в том, что программа, с которой певица пожаловала в столицу, уже была однажды исполнена на этой же сцене чуть меньше полутора лет назад: драматургия концерта как тогда, так и в этот раз, выстроена вокруг позапрошлогоднего альбома певицы под названием «Kabaret». Впрочем, попытка замаскировать повтор все же была предпринята постановщиками московского концерта. Эксклюзивность двух столичных шоу заключается в том, что они приурочены к круглой дате и по идее должны носить более ретроспективный характер.
Кроме того, афиши зазывали москвичей в Кремль именами Николая Баскова и Алсу, которые должны были спеть с Каас дуэтом.
На деле же оказалось, что все постановочные новшества заключаются в том, что в начало представления добавлена неуклюжая интерлюдия о детстве певицы, а песни отделены друг от друга конферансом Гарика Мартиросяна. Ну и дуэты, конечно. Сразу оговоримся, что Баскова в первый из двух дней не было, а хор Турецкого был заменен на хор МВД («самых голосистых милиционеров», по словам конферансье).
Лучшими партнерами Каас стали те из артистов, кто, как выразился Мартиросян, «не мешал певице самовыражаться», то есть не пел.
Таких, конечно, было мало, всего двое – аккордеонист Петр Дранга и невесть откуда появившийся бывший участник «Лицедеев», клоун Леонид Лейкин. Все прочие, кажется, пытались перепеть хозяйку вечера, и получалось, прямо скажем, неблестяще. Первой стала Алсу, продемонстрировавшая вокальную школу воя имени Тамары Гвердцители, которая позднее тоже появилась на сцене. Из мужчин отличились представленный народным артистом Ингушетии Александр Буйнов, назвавший певицу «сумасшедшей девчонкой», и Сосо Павлиашвили, державшийся уверенней прочих.
Хотя человеку, единожды спевшему «Ждет тебя грузин», бояться в этой жизни, кажется, уже решительно нечего.
Ну и под конец с «голосистыми милиционерами» певица спела «Очи черные» и «Подмосковные вечера».
За счет вставленных в основную программу номеров она увеличилась с приемлемых двух до почти трех часов с коротким антрактом. Поскольку возможности наслаждаться пением любимой певицы все это время по указанным выше причинам были лишены даже окопавшиеся в первых рядах вооруженные флагами фанаты, оставалось только с досадой размышлять об особенностях российского пения.
Вот ведь незадача: и поют наши неплохо, и одеваются хорошо, но рядом с Каас почему-то выглядят участниками шоу, простите, «Минута славы».
Вероятно, все дело не столько в отсутствии или наличии мастерства как такового: его приобретение — работа механическая и той же Алсу давно проделанная. Скорее, суть тут в оттенках. Там, где у наших заученные движения, у Патрисии – отточенные, где наши заискивают перед публикой, Каас уверенно требует заслуженных аплодисментов, и так дальше. В конце концов, вероятно, кроме чисто ремесленной продюсерской работы, должно быть что-то еще. То, что заставляет нашу не самую взыскательную, но и не самую глупую публику каждый год ходить на ее концерты. То, что происходит в закрывшей концерт «Et S'il Fallait Le Faire», после которой на финальную овацию встали даже недовольно ворчавшие весь концерт билетерши.
