Цивилизация
Французская земля подарила россиянам двух любимых певиц, которых у нас уже давно считают своими, — Патрисию Каас и Мирей Матье. Впервые Матье приехала в Союз еще в 1967 году и немедленно стала здесь народной артисткой: советская публика, недоверчивая к дарам загнивающего Запада, растаяла от специально написанной по такому случаю песни «Quand fera-t-il jour, camarade?» («Когда рассвет, товарищ?»). В общем, тот факт, что обе дивы выступили в Кремле в рамках мероприятий Года Франции в России, так же логичен, как и то, что 64-летняя Матье решила именно здесь отметить 45-летие творческой деятельности, а
места на самой помпезной столичной площадке были распроданы почти полностью.
Как только погас свет и раздвинули занавес, стало ясно, почему певица, которую музыкальные снобы проводят по рангу никому не нужного ретро, пользуется у состоятельных и не очень граждан таким успехом, что ее среди прочего регулярно выписывают на корпоративы. Во-первых, она идеальный стимулятор сладостной ностальгии: то же полудлинное каре, тот же (как ни удивительно) голос, те же самые песни, которыми наполнившие зал пенсионерки и манерные юноши заслушивались в разные годы. Во-вторых, Матье осталась чуть ли не единственным (и уж точно самым доступным) эталоном более или менее классической французской эстрады, берущей свое начало от Эдит Пиаф.
Вместе с певицей на сцену поднялись гитарист, басист, барабанщик, хористы, струнное трио, аккордеонист, клавишник, флейтист и, конечно, дирижер — ни одного ноутбука, все по старинке.
До этого чем-то подобным избранных москвичей радовал лишь Пол Анка, а у нас за местный извод эстрадной традиции отдувается один Иосиф Давыдович Кобзон. Для богатых это должный уровень респектабельности, для всех прочих — застывшая сказка о 14-й дочери бедных родителей, ставшей национальным достоянием Франции.
Программа концерта, даром что праздничного, почти полностью повторяла позапрошлогоднюю, разве что кроме «Подмосковных вечеров» были исполнены, например, «Очи черные». Остальной сетлист состоял из проверенных хитов, от «Un homme, une femme» и «Une histoire d'amour» до «Chao, bambino, sorry» и «Over the rainbow» в блоке попурри песен на разных языках мира — от английского до японского. Конферанс Матье осуществляла на трогательно корявом русском, чем окончательно покорила завалившую сцену букетами аудиторию.
В какой-то момент на сцену вышел мужчина в милицейской форме, подарил цветы и рухнул на одно колено, чтобы приложиться к руке певицы.
В финале представления Матье наконец уделила время торжественной части. В турах певицу до сих пор сопровождает мама, выход которой был встречен стоячей овацией. Когда аплодисменты начали затихать, а публика рассаживаться, вновь пришлось подняться: на сцену выкатили анонсированный днем ранее огромный торт, увенчанный съедобной Эйфелевой башней и флагами России и Франции. И вот тут пришло время финального номера, которым по традиции стала эдитпиафовская «Non, rien de rien». Что тут скажешь, жалеть певице действительно по-прежнему, не о чем. Занавес.
