Цивилизация
Пока тихим рабочим утром ветеран железнодорожного фронта машинист Фрэнк Барнс (Дэнзел Вашингтон) препирается с новичком Уилом Колсоном (Крис Пайн — Кирк из последнего «Звездного пути»), в сторону их родного города Стэнтона несется неуправляемый поезд без машиниста и тормозов. Если его не остановить, то на въезде в Стэнтон, где пути делают крутой поворот, состав опрокинется и снесет полгорода, ведь в вагонах находятся взрывоопасные химикаты.
В 2001 году в Огайо из-за дурацкой ошибки машиниста поезд с двумя контейнерами фенола проехал 106 километров на скорости около 75 километров в час безо всякого управления.
Этот случай и стал основой для картины Тони Скотта — его пятого фильма с участием Дэнзела Вашингтона. Вашингтон снимается у Скотта в общей сложности 15 лет, и на этом временном отрезке особенно очевидны неумолимые возрастные изменения, проступающие сквозь его персонажей. Начинавший с роли помощника капитана подлодки в «Багровом приливе», актер затем утвердился в амплуа подтянутого агента в «Гневе» и «Дежа Вю». В «Опасных пассажирах поезда 123» Вашингтон перешел в иную категорию — пожилого труженика со взрослыми детьми и счетами за колледж, которому после работы, хоть ты тресни, нужно купить молока. Точно таким же он остался в «Неуправляемом».
В связи с «Неуправляемым» нельзя не вспомнить «Поезд-беглец» Андрея Кончаловского: уж больно похоже очумевший локомотив успевает еле-еле разминуться с мирным составом, вдребезги разнося его последние вагоны.
С той же беспощадностью вагонная сцепка калечит героя. Но состав у Кончаловского мчался к свободе, у Тони Скотта — к катастрофе. Сам же фильм выглядит, скорее, как попытка взять реванш за обруганных критиками «Опасных пассажиров», собравших в прокате неубедительные $150 миллионов при бюджете в $100 миллионов. Снова поезд, снова производственная драма (точнее, производственный блокбастер) на фоне электронных табло, вместо переговорщика-Туртуро в качестве советчика здесь выступает инспектор, вместо мэра-Гандольфини за бюрократа отдувается не менее толстощекий транспортный начальник. Уолтер Гарбер распадается натрое — мудрую диспетчершу (Розарио Доусон), молодого храбреца и опытного машиниста, а террорист всего один — это сам поезд. «Поезд у Скотта как акула в «Челюстях», — говорит Вашингон и признает, что именно локомотив в фильме главная звезда.
Снимая Стэнтон, режиссер отказывается от своего фирменного клипового стиля — пасмурные серые цвета и неторопливые сценки из быта простых рабочих ничем не выдают автора трипового «Домино».
И только, когда на экране появляется поезд, камера начинает знакомо нервничать, а зловещий состав, кажется, вот-вот выпрыгнет с экрана, заставляя пережить то, что чувствовали первые зрители «Прибытия поезда» — без 3D и почти без компьютерной графики. «Неуправляемый» сделан по старинке, при помощи трюков и монтажа. Каскадеры и вправду прыгали с машины на локомотив, а Вашингтон в действительности научился ходить по крыше двигающегося состава.
Этот мужской аттракцион в фильме почти полностью вытесняет взаимоотношения Уилла и Фрэнка, а подробности их жизни выдаются в сугубо гомеопатических дозах.
Что, впрочем, не воспринимается как недоработка, а лишь органично дополняет образ. Ведь речь о суровых немногословных железнодорожниках, которых сплотило не душевное родство, а общее дело по остановке поезда, — им не до пустопорожней болтовни. Из уст героев «Неуправляемого» сакраментальное «Я профессионал», которое с маниакальной настойчивостью повторяли персонажи «Гнева», звучало бы не как издевка, а как констатация факта.
