Цивилизация
Существует распространенное мнение, будто российское современное искусство на международной арт-сцене представлено очень слабо, почти никак. Мнение это не вполне соответствует действительности. Ведущие отечественные галереи фигурируют на художественных ярмарках по всему миру, в том числе и на самых престижных. Проблема лишь в том, что на общем фоне (как правило, такие форумы очень многочисленны) это участие не всем заметно. Оно может сопровождаться даже определенным коммерческим успехом, но с точки зрения пиара редко бывает убедительным.
Посему приглашение России в качестве привилегированного гостя мадридской ярмарки следует считать своего рода подарком.
Дело даже не в том, что наши галереи получили возможность поторговать своими авторами на статусной площадке (хотя, конечно, для них – галерей и авторов – это важно), а в том, что российское представительство стало наконец зримым и весомым. Программа Focus Russia, курируемая Дарьей Пыркиной, на нынешней ARCO прозвучала несомненно – в том смысле, что не заметить присутствия наших стендов на ярмарке было нереально. Восемь галерей (это московские XL, «Айдан», «М&Ю Гельман», GMG, Paperworks, питерские «Марина Гисич» и Anna Nova, а также «Арка» из Владивостока) были рассеяны по всему выставочному пространству наряду с другими участниками, однако экспоненты из Focus Russia получили особую маркировку.
Если учесть, что презентационными стендами обзавелись здесь еще и «Гараж», «Винзавод», Московский музей современного искусства и некоторые другие заведения, то станет понятен размах «интервенции».
Правда, перетянуть на себя одеяло целиком все равно бы не получилось: масштабы мадридской ярмарки достаточно внушительны, чтобы исключить чье-либо доминирование. Однако преференция, сделанная на ARCO для России (напомним, в этом году мы дружим культурами не только с Италией, но и с Испанией), оказалась весьма кстати.
В результате этого «вторжения» выяснилось, в частности, что отечественные произведения современного искусства вполне конкурентоспособны как товар. Продажи у наших галерей шли не хуже, чем у заграничных (на ARCO традиционно преобладают европейские и латиноамериканские участники). Более того, интерес к российскому контемпорари арту не носил характера приобщения к экзотике. Работы Ани Желудь, Андрея Кузькина, Хаима Сокола, арт-групп «Синие носы» и Recycle, Олега Кулика, Марины Алексеевой (кстати, виртуальные и остроумные «кукольные домики» этой питерской художницы, несмотря на их скромные размеры, произвели на ярмарке едва ли не фурор) и прочих наших авторов воспринимались как нечто естественное. Эти опусы не выбивались из общего «ассортимента», что в ярмарочной ситуации надо расценивать как позитивный момент.
Проще говоря, ставка на интернациональный стиль полностью оправдывает себя, когда речь идет о продажах за рубежом. Можно сколько угодно апеллировать к национальным особенностям, но факт остается фактом: если европейский зритель не отыщет в произведении каких-то ссылок на нечто ему уже знакомое и хотя бы отчасти понятное, он это произведение не купит. Наши галеристы ситуацию осознают и работают в контексте. Художники тоже держат нос по ветру. Надо признать, что национального эксклюзива от нас никто не ждет. Международное признание возможно лишь в рамках международного же (читай, глобалистского) формата. Это сегодняшняя реальность, а вот останется ли она таковой и завтра – большой вопрос. Нужно ли предугадывать события и заранее готовиться к поворотам конъюнктуры? Наверное, требовать этого от галеристов, живущих ближайшими перспективами, было бы неуместно... Похоже, ни о чем подобном не думают пока и галеристы западные.
Ярмарка ARCO, отметившая в нынешнем феврале свое 30-летие, традиционно привечает искусство актуальное и продвинутое, но не настолько продвинутое, чтобы опережать текущий процесс.
Концептуальное фото, видеоарт, объекты, инсталляции, живопись на неожиданных материалах, постмодернистские комбинации классической скульптуры с новыми технологиями – все эти тренды востребованы не первый год и даже не первое десятилетие. Любые эксперименты, как правило, происходят неподалеку от основного русла – по крайней мере, у тех авторов, которых берут на международные ярмарки. Все тот же синдром: нельзя без веских причин покидать наезженную колею, иначе клиент будет озадачен больше положенного, а значит – не купит. Все-таки арт-ярмарка, особенно такая респектабельная, как мадридская ARCO, – это не полигон и не лаборатория. Здесь новое должно быть новым в меру, чтобы не терять товарных свойств. При внешнем многообразии репертуара правила игры довольно строгие. Российские галереи следуют им вместе со всеми остальными. Изменятся господствующие установки – скорректируется и тактика выступлений. Рекомендовать участникам международного арт-процесса, в том числе и нашим, что-нибудь иное было бы опрометчиво. Хотя хочется, что греха таить, увидеть, как некто сворачивает с общей лыжни и шпарит по целине. Только куда ему путь держать? И встретится ли он вообще хоть с какой-то аудиторией? Нет уж, по известным ориентирам двигаться как-то надежнее.
