Цивилизация
В советском фольклоре «госпожа Маргарет Тэтчер» обычно появлялась в компании «уважаемой Индиры Ганди» и наряду с ней была персонажем второго плана в анекдотах про Брежнева. А вот гражданам Британии — страны, которой «железная леди» правила в течение одиннадцати лет, – в 1980-х было явно не до смеха. Значительная часть англичан тогда воспринимала Тэтчер, пожалуй что, как нечто среднее между Сатаной, Гитлером и Пиночетом (последним она, кстати, открыто восхищалась). К середине восьмидесятых ее, кажется, возненавидели даже соратники по партии. Но Мэгги упорно продолжала гнуть свою линию, невзирая ни на что.
Ее знаменитая бескомпромиссность («Отступайте вы. Леди не отступают», — сказала она однажды), ее упорное стремление начисто переделать британскую экономику и общество, ее полное неумение и нежелание обходиться без конфликтов и решать дело миром привели тогда к катастрофическим для многих простых англичан последствиям. Торжество «свободного рынка» и почти тотальная приватизация стали причиной невиданного роста безработицы, которая превысила 3 миллиона.
История с ирландцем Бобби Сэндсом, уморившим себя голодом в тюрьме, пытаясь добиться статуса политзаключенного для себя и своих друзей (об этом фильм Стива Маккуина «Голод») стала причиной безумной эскалации насилия в Северной Ирландии, привела к взрыву терроризма по всей стране и настоящей войне ИРА со всей Британией.
Были практически полностью уничтожены профсоюзы и жесточайше разгонялись демонстрации, а забастовка шахтеров вылилась в итоге настоящее сражение полиции с горняками. Совершенно непонятной британцам была и война с Аргентиной из-за Фолклендских островов. Атмосферу, царившую в тогдашнем британском обществе, довольно внятно отразил фильм «Стена», поставленный по одноименному альбому Pink Floyd. «Папа улетел воевать за океан, осталась только карточка в семейном альбоме», — слова музыканта Роджер Уотерса, написанные до появления Тэтчер на Даунинг-стрит, у режиссера Алана Паркера зазвучали по-новому: прямо указывали на повторение военной травмы Второй мировой, устроенное Тэтчер.
Но в фильме «Железная леди» нет паркеровской мрачности, как нет и той Тэтчер, которая безжалостно подавляла любое сопротивление и открыто называла своих политических оппонентов «врагами нации». Режиссер Филлида Ллойд («Мама миа») берет в фокус старуху, страдающую старческими деменциями (кино-Тэтчер живет со своим воображаемым мужем, в реальности давно умершим). Ее мучают ночные кошмары и тяготит собственная беспомощность. Но иногда она вспоминает юность и давно ушедшие годы, когда она была премьер-министром великой страны. Часть судьбоносных событий, случившихся тогда в Британии, в этих флешбэках, конечно же, показаны, но впроброс, мельком, в расфокусе: они здесь служат лишь задником для переживаний главной героини.
Для создателей апологетического фильма о Маргарет Тэтчер ни политическая реальность, ни самочувствие граждан во времена правления главной героини первичными явно не были.
Главным стал вымышленный, сконструированный сценаристами персонаж — настоящая женщина, решительный лидер страны, порой принимавшая трудные решения и искренне страдавшая оттого, что принимать их, увы, приходится. Кино-Тэтчер достойно и честно жила, с трудом (и даже не особо того желая) добилась лидерства (было непросто, ведь она женщина, а миром правят мужчины) и достойно ушла со сцены, ступая маленькими туфельками по рассыпанным лепесткам красных роз под звуки оперной арии среди плачущих и аплодирующих коллег.
И все же главная эмоция, которую рождает фильм, как ни странно, не восхищение стойкой и непоколебимой МТ (как ее называл муж), пожертвовавшей всей жизнью ради блага своей страны. Не восхищение тем искренним человеком, который даже войну на Фолклендах объявлял со слезами на глазах (сцена, в которой Тэтчер лично пишет письма матерям всех погибших солдат, просто сражает своим цинизмом).
Нет, не восхищение, а жалость.
И на это здесь играет все: и сентиментальная почти не смолкающая фоновая музыка, и постоянные экскурсы в совсем далекое прошлое, где она была юной и влюбленной, и даже одухотворенная и притом мастерская работа Мэрил Стрип (отмеченная «Оскаром» за лучшую женскую роль). Но вот как раз это усиленно провоцируемое сочувствие, больше похожее на сдавление слезных желез, и есть самое парадоксальное в фильме. Ведь настоящая Маргарет Тэтчер, премьер-министр Великобритании, которая шоковой терапией преобразовала ее до неузнаваемости, настоящая «железная леди», уничтожавшая на своем пути все и вся, которую мало кто любил, но многие ненавидели, меньше всего любила и ценила жалость к себе. Как и любой политик, для которого даже слезы — не более чем еще один инструмент давления на зрителя. В самом широком понимании слова «зритель».
