Цивилизация
Зависимость антикварного рынка от общего состояния экономики не подлежит сомнению — да и как иначе? Пусть даже в период недавнего мирового кризиса звучали слова о том, что инвестиции в старинное искусство могут стать для бизнеса палочкой-выручалочкой (мол, такие вложения помогают сберечь и даже приумножить капитал при любых катаклизмах), на практике спрос тогда упал довольно резко. И наоборот: стоило ситуации хоть немного выправиться, как рынок воспрял и зашевелился.
Сейчас на Антикварном салоне мы можем наблюдать именно эту фазу — возврат к докризисному положению дел.
Правда, наиболее осторожные клиенты уже готовятся к обещанной новой волне, так что продавцам едва ли стоит рассчитывать на головокружительные сделки, но среднеценовой сегмент близок к процветанию.
Вновь наставшая стабильность (не исключено, что временная) выражается не столько в показной роскоши многих стендов, сколько в статистике участия. Этой весной в ЦДХ заехали две сотни антикварных заведений, что практически исчерпывает пространственные возможности салона. Более того, здесь хватает старожилов, ротация минимальна — значит, люди держатся за прежние наработки, а не мечутся в отчаянии. Правда, не всякая стабильность говорит о позитивных тенденциях. Как не приезжали в Москву иностранные галереи, так и не приезжают. Исключения (в данном случае речь о трех участниках — из Лондона, Парижа и Таллина) лишь подтверждают правило. Дело, разумеется, не в каком-то предубеждении к российскому рынку, просто вести у нас антикварный бизнес «из-за бугра» весьма затруднительно по причине драконовских правил. Устроители Антикварного салона уповают на послабления, которые вроде бы должны последовать за вступлением России в ВТО.
Сказанное не означает, что в экспозиции отсутствуют произведения с заграничным провенансом. Напротив, их немало.
Особый тренд составляют, к примеру, полотна голландских и фламандских живописцев XVI—XVII столетий. Работы Питера Брейгеля-младшего, Пауля де Воса, Яна ван Кеселя и прочих тамошних мастеров предлагают сразу несколько галерей, но понимающим коллекционерам известно, что добыты эти картины на европейских аукционах. Состоятельным знатокам проще отправиться туда самим и приобрести все что захочется без дополнительных накруток. Получается, что импортные произведения на салоне адресованы в первую очередь тем, кто ленится вникать в ситуацию самостоятельно, либо тем, для кого переплатить не проблема. Судя по обилию предложений, и первых, и вторых у нас достаточно.
А еще больше людей, которые антиквариатом интересуются от случая к случаю, на шедевры не замахиваются и готовы раскошелиться разве что на более или менее эксклюзивный подарок любимой к 8 Марта. Предложения для такого рода клиентов на салоне преобладают.
По традиции к коммерческим стендам прилагается спецпроект, ориентированный не на извлечение прибыли, а на расширение кругозора. Живописные и акварельные русские портреты из коллекции Валерия Набокова-Алексеева этой задаче отвечают вполне. Абсолютно музейного качества работы Николая Аргунова, Федора Рокотова, Дмитрия Левицкого, Петра Соколова выглядят не столь эффектно, как пышногрудые нимфы или избыточные натюрморты по соседству, однако в них присутствуют неоспоримый класс и подлинное чувство, чего в коммерческом разделе явно недостает. Портретная тема развита и в нонпрофитном проекте «Дары в музей «Портрет художника», развернутом на антресольном этаже ЦДХ.
Строго говоря, упомянутого музея в реальности не существует,
он лишь объединяет в умозрении ряд опусов из обширной коллекции МКСХ (Международной конфедерации союзов художников) — организации, наследующей Союзу художников СССР. В этом собрании встречаются настоящие жемчужины — назвать хотя бы фигурирующий на выставке «Портрет Георгия Нисского» кисти Виктора Цыплакова или знаменитый «Карнавал» Татьяны Назаренко. К уже имеющимся в коллекции портретам и автопортретам художников теперь должны присоединиться дары современных авторов. Честно говоря, сопоставление «старого» и «нового» не в пользу сегодняшних живописцев, но справедливости ради стоит заметить, что среди них тоже встречаются люди талантливые и мастеровитые. К антиквариату, впрочем, они пока не имеют отношения, но это временно: оглянуться не успеешь, как вчерашние и позавчерашние произведения перейдут в категорию старинного искусства.
