Цивилизация
95-летний режиссёр руководил Таганкой в общей сложности около полувека, с небольшим перерывом в середине 80-х, когда был лишён советского гражданства. Конфликт Юрия Петровича с труппой вызревал долго: последние 10 лет в театре не были временем мира и согласия. Шли постоянные пикировки с актёрами, обеими сторонами выдвигались требования и ультиматумы, впрочем, за пределы Таганки информация об этих дрязгах выходила редко. Последней каплей стал прошлогодний эпизод на гастролях Таганки в Чехии, когда актёры прямо на открытой репетиции потребовали выплаты гонорара, который, по их сведениям, руководство театра собиралось от них скрыть. Любимов почувствовал себя оскорблённым, обвинил актёров в разжигании международного скандала и объявил, что никаких дел больше с ними иметь не будет.
К этим словам не сразу отнеслись всерьёз – о намерении покинуть театр мэтр заявлял уже не раз, но до тех пор никогда не приводил его в исполнение. Однако теперь всё было по-настоящему – голоса в защиту худрука были робкими и малочисленными, и, кажется, обеим сторонам не терпелось расстаться друг с другом. Символично, что уход Любимова произошёл после показа «Доброго человека из Сезуана» — спектакля, с которым он 48 лет назад пришёл в тогда никому не известный Театр драмы и комедии.
Ставить «Бесов» Любимов решил сразу после ухода и обещал посвятить постановку актёрам Таганки. Говорят даже, что в его инсценировке у каждого из героев Достоевского есть прототип в лице артиста покинутого им театра.
Вопрос был только в том, где «Бесы» пропишутся, и открытым он оставался до последнего. Изначально постановка задумывалась как независимый проект, базой для которого должен был стать Центр имени Мейерхольда. В итоге Любимова приютил театр им. Вахтангова. Еще один красивый поворот в истории, ведь именно здесь он когда-то начинал свой путь в театре как актер и был одним из ведущих артистов труппы. Режиссёрский его дебют состоялся тоже в Вахтанговском: в 1959 году он поставил пьесу опального Александра Галича «Много ли человеку надо». Таким образом, «Бесы» станут для него второй работой в театре Вахтангова – и одновременно вторым драматическим спектаклем в Москве, созданным не с актёрами Таганки.
Конечно же, актёрский бунт в родном театре не был для Любимова единственной причиной взяться за эту постановку. Тут и пророческая мощь романа Достоевского, предсказавшего революцию почти за 50 лет до 1917-го (а надо ли напоминать, что советская власть и борьба с нею всегда были в центре внимания режиссёра, ровесника революции), и поразительные параллели с нынешними волнениями, которые катятся по всему миру. Как говорит Юрий Петрович в своём монологе, предпосланном спектаклю: «Весь мир находится в кризисе. И это кризис отнюдь не экономический. Это всеобщий кризис веры, а без веры человек лишается твердой опоры, теряет нравственный стержень, становится игрушкой самых разнообразных, отнюдь не светлых сил. Результат этого трагичен. Террор, кровавые перевороты, войны».
От Верховенского до Брейвика всего один шаг. Если эта тема прозвучит в «Бесах» всерьёз, спектакль может стать наиболее значимой постановкой Любимова за долгое время. Когда-то самый политизированный из режиссёров, в постсоветскую эпоху он немного сторонился социальности, главным образом продолжая жестоко разбираться с прошлым и почти не обращаясь к настоящему. А последние его спектакли, идеально отточенные по форме и ритму, страдали нехваткой эмоциональной наполненности и вторичностью смыслов. «Бесы» для Любимова – шанс измениться.
«Бесы» — ещё и первый за много лет спектакль Любимова большой формы. В последнее время почти все его постановки укладывались в полтора часа, здесь же меньше трёх с антрактом не получилось: Любимову важно было сохранить все основные сюжетные линии книги, создать не схематичную интерпретацию, а масштабное театральное полотно.
Себе в помощь Любимов позвал своего постоянного соавтора – композитора Владимира Мартынова, который для современной русской музыки значит не меньше, чем Любимов для российского театра. В спектакле будут звучать специально написанные им вариации на тему «Петрушки» Стравинского (когда-то лично благословившего Мартынова на сочинение музыки). Как обещает Любимов, на некоторых показах «Бесов» композитор сам сядет за рояль; в других случаях играть будет известный пианист Александр Гиндин.
Рояль находится в центре композиции спектакля, подчинённого законам музыки. Помимо него на сцене минимум предметов быта и огромный задник с картиной Клода Лоррена «Асис и Галатея», бывшей для Ставрогина олицетворением «золотого века».
В премьере занята треть труппы, в основном актёры, малоизвестные широкой публике, но хорошо знакомые театральной. Роль Ставрогина исполнит Сергей Епишев, в прошлом сезоне сыгравший в «Мере за меру» Юрия Бутусова одновременно двух персонажей – тирана Анджело и образцового правителя Виченцо, а в сезоне нынешнем соединившего образы двух президентов в спектакле Театра.doc «Берлуспутин». Параллели с одним из самых загадочных и противоречивых героев Достоевского очевидны. Также в спектакле участвует молодая звезда театра Евгения Крегжде, когда-то работавший с Любимовым на Таганке Юрий Шлыков, аристократичный Евгений Карельских и младшее поколение Вахтанговского почти в полном составе.
