Цивилизация
Не существует готового рецепта, как делать удачные выставки современного искусства, зато есть стандартные правила насчет того, как делать выставки правильные. Куратор заявляет глубокомысленную концепцию, мобилизует знакомых авторов (желательно из разных стран), подыскивает спонсора и продвинутую площадку, сочиняет наукообразный комментарий — и проект фактически готов. Не беда, если в нем отсутствуют логика, стиль и художественное качество: эти категории мало что значат по сравнению с актуальностью темы и трендовостью представленных работ. А если в списке участников фигурирует пара-тройка звучных имен, то о большем и мечтать не приходится.
Результатом повсеместного использования такой технологии становится череда выставок, скроенных по похожим лекалам.
Обилие жанров и манер лишь маскирует то обстоятельство, что никакая проблема толком не исследована и никакие новые рубежи не обозначены.
Если повезет, запомнятся отдельные опусы, а чаще всего в памяти остается усредненный «белый шум».
Проект «Свой/Чужой» принадлежит именно к этой разновидности коллективных выставок. Устойчивое дежа-вю будет преследовать здесь любого более или менее опытного зрителя буквально на каждом шагу. И дело даже не в шаблонной узнаваемости отдельных произведений — в конце концов, нельзя требовать от современного искусства оригинальности и изобретательности без конца. Даже привычные и освоенные форматы могли бы развиваться в глубь, предъявляя весь свой потенциал, — это уже немало.
Но такую задачу редко кто из авторов перед собой ставит.
Важнее обозначить свою причастность к тому или иному веянию, маркировать себя в качестве человека, знающего сегодняшние расклады.
А куратору — в данном случае Вите Думчюте — полагается собрать незатейливый паззл, тоже свидетельствующий о знакомстве с «нормативами». Так рождается очередное безликое арт-событие.
Название проекта подразумевает исследование границ идентичности, что само по себе давно набило оскомину международного масштаба. На тему «своих/чужих» сказано и сделано столько всего, что даже подступаться к ней не стоит без неожиданного, уникального сценария. Следов такового на нынешней выставке не обнаружено. Здесь повторены почти все клише, какие были возможны, за исключением дорогостоящих: все-таки бюджеты ограничены и у молодых авторов, и у организаторов. Так что шаблоны представлены в стиле «лайт».
Например, инсталляция Кати Сиверс из люминесцентных ламп, будто плавающих в аквариуме, похожа на своих интернациональных предшественников почти во всем, кроме более скромных размеров. А фотопроект Ирины Воителевой и Александры Брук «Границы», посвященный эстетике суицида, отсылает к куче других опусов про «обаяние смерти», выделяясь разве что небрежностью исполнения.
Разумеется, если задаться целью выявить, все ли экспонаты соответствуют кураторской установке, то ревизия даст положительный результат. Что живописный цикл «Бастард» болгарина Александра Гергинова, повествующего о нелегкой жизни розового инопланетянина в приемной земной семье, что инсталляция обитающей в Швеции польки Джоанны Бодзек «Ки_Моно», где японская традиция комбинируется с европейской, что придуманная Романом Ермаковым «Экипировка для арт-маскировки» — в любом из этих произведений отыщется что-нибудь, связанное с проблемой идентичности.
Однако расплывчатое «что-нибудь» не годится в качестве общего знаменателя.
Когда липецкий художник Владимир Емельянов демонстрирует три новодельные иконы под броским девизом «Нет чужих для Бога», можно, конечно, представить себя культурологом и подыскать этому жесту подобающее социальное значение, но более естественно в качестве реакции задаться вопросом: это зачем? Да и к выставке в целом подобный вопрос мог бы быть адресован, если бы ответ не был заранее известен.
Такие проекты создаются для поддержания активности, для наполнения программы — в данном случае биеннале, для добавления новых строчек в биографии участников.
Все оказываются вроде бы при деле, а что результат прискорбен — так это еще доказать нужно, поскольку на вкус и цвет товарищей нет. Действительно, математически точных доказательств того, что какая-либо выставка получилась более чем посредственной, предъявить нельзя. Зато верно обратное: если проект откровенно удался, критиковать его вряд ли кому-то захочется.
