Цивилизация
В шотландской полиции служит офицер Брюс Робертсон (Джеймс Макэвой), на фоне которого американский «Плохой лейтенант» и русский «Майор» выглядят несчастными жертвами кровавых режимов. Брюс неохотно ищет преступников, но находчиво карабкается по карьерной лестнице. Бессовестно манипулирует людьми, но искренне дружит с виски и кокаином. Хочет вернуть жену и ребенка, но спит со всеми подряд: супругами коллег, малолетними преступницами, проститутками. Культивирует в себе альфа-самца, но сам страдает от сексуальных перверсий и подозрительно настырно третирует гея-сослуживца. Редко появляется в кадре трезвым и без блевотины на губах, но всегда отдает себе отчет в происходящем. Сеет вокруг себя сплошной хаос, но на самом деле держит в голове хладнокровный план: достигнуть максимальной власти в полиции, устранив всех конкурентов.
Так страстно, дерзко и с пониманием шотландского писателя Ирвина Уэлша экранизировали целых семнадцать лет назад, когда за дело взялись молодые Дэнни Бойл и Юэн Макгрегор, еще не соблазненные голливудским змеем.
«На игле», однако, совпадал с духом и буквой книги до шестого знака после запятой. Новый же фильм отличается от романа примерно так же, как их названия и обложки. Книга вышла под незамысловатым заголовком «Дерьмо» (в оригинале — «Filth»), подразумевающим не только отвратительную вонь, но и некоторую человечность. Субстанция фильма менее мерзкая, но и настоящей жизни в ней недостает. То же самое с обложкой. В романе на ней был изображен хряк в полицейском колпаке. На постере фильма Джеймс Макэвой скачет верхом на свинье, то есть герой скорее играет в ничтожество, чем на самом деле является им. Падение для него не естественный и необратимый вектор движения, а развлечение вроде прыжка с тарзанкой с безопасным катарсисом в низшей точке.
Или азартная игра, задача которой — обрызгать грязью всех окружающих, но не свалиться в нее самому.
«Грязь» — не только захватывающее, остроумное и злое кино о потенциале человеческой игры в уродство, но и своеобразный водораздел в жанре. Благодаря этому фильму становится заметно, насколько якобы вечный сюжет о плохих полицейских зависим от породившей его эпохи. События «Грязи», если верить новостям, ежедневно происходят и в современной России, но сама экранизация плотно застряла в панковских девяностых, придуманных все тем же Уэлшем вместе с Дэнни Бойлом. Сегодня такие фильмы не работают не только из-за своей чересчур агрессивной киноэстетики, но и на уровне сюжетов. Достаточно вспомнить, во что превратился «Плохой лейтенант» Абеля Феррары в исполнении не последнего режиссера Вернера Херцога.
«Грязь» постоянно булькает кислотными трипами и запросто может подсунуть герою, посмотревшему в зеркало, свиное рыло.
Сегодня так уже не снимают, а если и снимают, то в качестве постмодернистской шутки, то есть трусливо и малодушно. У режиссера Джона С. Бейрда, выглядящего как футбольный фанат и снимающего фильмы про футбольных фанатов, страхов, похоже, нет. Его панковский подход к кино — никакая не специальная поза для отборщиков фестивалей и тем более каких-то там критиков. Снимать медленнее, спокойнее и респектабельнее ему, вероятно, мешают избыток тестостерона и зашкаливающий адреналин. Как этому режиссеру-берсерку при этом удается оставаться техничным и ловким, большая загадка.
Впрочем, Шотландия всегда славилась своими боксерами.
Главная сенсация «Грязи» в том, что актер Джеймс Макэвой, фавн из «Хроник Нарнии», хрупкий юноша из «Уимблдона» и «Пенелопы» и герой «Джейн Остин» и «Искупления», оказался человеком той же породы. Лишенный приклеенной книгой маски свиньи, в фильме он меняет личины каждые десять минут, то сатанея, то играя в падшего ангела, то становясь зомби, то притворяясь Харви Кейтелем. Перформанс, устроенный Николасом Кейджем в «Плохом лейтенанте» 2009 года, на фоне безумия Макэвоя кажется выпуском передачи «Большая разница». Ох уж эти шотландские горцы.
