Цивилизация
5 ноября в российский прокат выходит эротический триллер Егора Баранова «Саранча» — история страстного романа богатой москвички и строителя из прибрежного городка, которая, начавшись как романтическое приключение, стремительно оборачивается кровавой драмой. Главную женскую роль в картине сыграла Паулина Андреева («Оттепель», «Метод»), а мужскую — Петр Федоров (капитан Громов в «Сталинграде» и старшина Васков в «А зори здесь тихие»). Накануне премьеры корреспондент «Газеты.Ru» поговорил с Федоровым о «Саранче», жанре эротического триллера и поколении 30-летних.
— Что для вас значит эта роль?
— Хотелось успеть, пока возраст позволяет, сыграть что-то такое сумасшедшее, дерзкое, ломающее жизнь — чувства, страсть. Я никогда ничего подобного не играл, было понятно, что придется сделать над собой серьезное усилие — и это для меня всегда самое интересное. Сценарий, кстати, зацепил меня не с первого раза — я его тогда читал усталый, во время какого-то перелета. Поэтому решил перечитать спокойно, и тогда все сложилось. Понял, что будет интересно сняться.
— Фильм презентовался компанией «Среда» еще года два назад. Почему так много времени прошло с окончания производства до выпуска в прокат?
— Ну, так часто бывает. Был пост-продакшн, плюс все время выходят какие-то законы, какая-то цензура, из-за которой фильм приходится доделывать — вы же видели полный метр, а у нас еще есть четыре серии. Пришлось отказаться от каких-то эпизодов, но главное, что суть истории сохранилась.
— Эротический триллер не самый популярный в российском кино жанр. Сложно было в него вживаться?
— Сложно, но интересно. Тут очень важно было доверие — не в том смысле, чтобы бегать к плейбеку и смотреть, как сняли, а в плане химии, которая должна возникнуть между актерами и режиссером. История про любовь не может быть решена технически, она должна быть прочувствована. Мы с Егором задолго до съемок подписали контракт, а еще раньше работали на «Иерей-сане», где притерлись друг к другу. С Паулиной мы тоже очень долго работали: было много читок, потом репетировали эротические сцены — в одежде. Нам хотелось уйти от каких-то штампов, сделать их так, чтобы они не выглядели слишком кинематографично. Ну, знаете, изгибы, повороты, контровой свет. Хотелось добиться жизни, энергии, драматургии — сцены секса имеют в этой истории вообще большое значение, через них надо было показать и развитие отношений, и нездоровую природу этой страсти. Хотелось добиться эффекта и легкости танца. Плюс еще надо понимать, насколько важен в современном кино подготовительный период: выработка на съемочный день с каждым годом эволюционно увеличивается. И требует определенной собранности, готовности.
— Александр Цекало еще на этапе презентации проекта говорил, что эта история сильно завязана на поколение. Как вам кажется, что «Саранча» говорит о сегодняшних 30-летних?
— Да, я помню, что Александр об этом говорил, но для меня такой четкой социальной привязки нет. Мне кажется, что это куда более универсальная история — я вообще всегда любил сами по себе интересные сюжеты. Куда интереснее было решать какие-то чисто кинематографические, художественные задачи, чем думать о поколении. Никакой социалки, маргинальщины у нас совершенно нет. Да и к героям мы с Паулиной имеем мало отношения.
— То есть вам лично эта история и этот персонаж не слишком близки?
— Конечно, в силу возраста мне близки сильные любовные переживания. Да и тема отношений со своими бесами тоже очень интересна, хотя, конечно, я понимаю, что этот парень абсолютно больной. Я вообще человек из интеллигентной семьи и не очень понимаю, что такое, например, запой. Но в «Саранче» мне важно было то, что можно в принципе сыграть такого героя. Больше не в моде, слава Богу, все эти мальчики-одуваны — герои без права перехода на темную сторону. Мне нравится, что можно познакомить зрителя с милыми героями, а потом отправить их прямо в ад. (Смеется.)
— А как вам кажется, каким вообще в современном российском кино должен быть герой?
— Мне кажется, сейчас очень сложно квитэссировать этот образ в каком-то одном персонаже. Таким безусловным героем, наверное, был Данила Багров из «Брата», но тогда и время было немного другим — оно было понятнее, что ли, жестче. Хотя по ощущениям — сейчас тучи сгущаются, и мы приближаемся к чему-то похожему. Может быть, скоро появится такой же сильный персонаж, который опять пойдет всех крошить. (Улыбается.) Для того чтобы снять о нем кино, правда, еще нужен талантливый режиссер, который будет иметь право на нечто подобное.
