Цивилизация
Городок Брайт-Хоуп – крохотное поселение, расположенное на самом краю фронтира. Вокруг бесконечная пустыня Дикого Запада, где можно встретить скачущих из ниоткуда в никуда авантюристов и редкие уже индейские племена. Артур О'Дуайер (Патрик Уилсон) – повредивший ногу во время ремонта крыши ковбой на попечении у нежно любимой жены Лили, подрабатывающей врачом, пока официальный городской доктор в запое. Однажды сюда забредает мелкий бандит Первис (Дэвид Аркет), спасающийся от индейцев-каннибалов, идущих по его следу. Местный шериф Хант (Курт Рассел) на всякий случай простреливает пришельцу ногу, после чего Первиса и Лили похищают дикари. Безутешный муж, шериф, его помощник (Ричард Дженкинс) и местный храбрящийся джентльмен с большим пистолетом (Мэттью Фокс) отправляются в спасательную экспедицию.
Каждый год в широкий кинопрокат обязательно попадает несколько фильмов, появление которых на свет очень сложно объяснить рыночными законами.
«Костяной томагавк», выходящий на этой неделе на российские экраны, как раз из таких. Судите сами: при всей замшелости жанра вестерна, сравнительно низком бюджете ($1,8 млн) и незнакомом массовой аудитории имени режиссера-дебютанта С. Крейга Залера проект привлек на главные роли звезд второго ряда (Уилсон, Фокс) и ветеранов Рассела и Дженкинса, которых никак не упрекнешь в неразборчивости. Конечно, это можно было бы списать на случайность, однако «Костяной томагавк» уже очень удачно прошел в ограниченном американском прокате и собрал положительные отзывы критиков и зрителей.
В качестве плюсов фильма отмечают, среди прочего, сходство с лучшим вестерном последних лет — «Предложением» Джона Хиллкоута.
Австралийский режиссер, основываясь на сценарии своего друга Ника Кейва, обратился к истории освоения родного континента и снял тягучий и вязкий как гудрон фильм с библейскими аллюзиями и соответствующим накалом страстей. При этом основное действие было перенесено ближе к финалу — также сконструирован и «Костяной томагавк», дающий зрителю на погружение в атмосферу вечного нигде американской пустыни первые полтора часа. Герои неспешно едут через пески и сорняки, обмениваются скупыми фразами, периодически разражаясь, впрочем, яркими диалогами — о чтении в ванне, например. При этом в кадре царит примерно такое же болезненное напряжение, какое испытывает герой Патрика Уилсона, по ноге которого расползается гангрена.
Разрешается саспенс в последние полчаса — причем так, что мало не покажется, пожалуй, даже поклонникам классического пыточного хоррора «Ад каннибалов».
Разумеется, одних грамотно состыкованных аллюзий для полноценного произведения недостаточно, и в «Костяном томагавке» есть еще одно обстоятельство, объясняющее его, по крайней мере, американский успех. Дело в том, что это не первый и не последний вестерн, вышедший в последнее время. Мимо российского проката пролетел, к сожалению, «Медленный Запад» с Майклом Фассбендером, а на днях Квентин Тарантино представил публике свою «Омерзительную восьмерку».
Это все довольно разные фильмы, но при этом их последовательный выход и участие звезд складываются в определенную тенденцию. А во-вторых, они друг за другом напоминают прежде всего о самой природе фильмов про суровых мужчин в шляпах с лассо. Рассказы о фронтире — это чисто американская, почти не конвертируемая в другие культуры история о защите завоеванных земель от нападения разнообразных дикарей. И эта нежданная (или, возможно, вполне осмысленная) рифма с новостными сводками о новых варварах делает «Костяной томагавк» одной из самых интересных картин конца года.
