Цивилизация
Вторая половина XIX века. По заснеженной прерии где-то в Вайоминге бодро мчится черный дилижанс, везущий охотника за головами Джона «Вешателя» Рута (Курт Рассел) и его последнюю жертву — бесноватую бандитку с черным фингалом Дэйзи Домергу (Дженнифер Джейсон Ли). По пути экипаж кареты с неохотой подбирает убийцу и героя Гражданской войны Маркиза Уоррена (Сэмюэл Л. Джексон) и Криса Мэнникса (Уолтон Гоггинс) — готовящегося вступить в должность шерифа, без которого невозможна казнь Домергу. Несмотря на упорство путников, быстро становится ясно, что буран придется переждать в забегаловке под названием «Галантерея Минни». Однако по прибытии выясняется, что Минни куда-то подевалась, а вместо нее в «Галантерее» обретается сомнительная компания во главе с чрезмерно улыбчивым наемным палачом (Тим Рот). Быстро становится ясно, что рано или поздно присутствующим придется окропить снежок собственной кровью.
Примерно десять лет назад Квентин Тарантино и Роберт Родригес задумали проект «Грайндхаус» — дилогию («Доказательство смерти» и «Планета страха»), призванную воплотить их любовь к копеечному, но изобретательному трэш-кино в духе Роджера Кормана. В 2007 году на экраны вышло поставленное Тарантино «Доказательство смерти», собравшее умеренно положительные отзывы, и с тех самых пор автор «Криминального чтива» стал производить настойчивое впечатление ребенка, которого родители надолго оставили наедине с алкоголем, ножами, спичками и другими вожделенными, но до поры запретными предметами. Следующие за «Доказательством» «Бесславные ублюдки» и «Джанго освобожденный» выглядели любопытно на этапе заявки (евреи-диверсанты в немецком тылу и антирасистский вестерн), но на практике оказывались картинами до обидного безалаберными.
И здесь тоже лучше всего подходит аналогия с несовершеннолетним оболтусом, который сел за руль красивого школьного автобуса, как следует разогнался, а потом с криком «Мама, я без рук!» отпустил баранку и с улюлюканьем врезался в стену.
Казалось, что повторять этот трюк Квентин готов бесконечно, но на восьмом фильме под шутливым заголовком «Омерзительная восьмерка» безотказная вроде бы машина с самого начала не завелась. В январе позапрошлого года сценарий «Восьмерки» появился в сети, Тарантино темпераментно проклял всех причастных и снимать картину отказался. Правда, к маю успокоился, чуть-чуть что-то переписал и приступил к съемкам.
Сейчас, когда фильм вышел на экраны, можно констатировать, что впервые за долгие годы Квентину удалось, во всяком случае, удивить своих зрителей. Заявленная как вестерн картина на деле оказывается чем угодно — триллером, разговорной комедией, театром жестокости, — но только не фильмом про ковбоев.
Вместо того чтобы опять устраивать пиротехническую оргию с шутками про мошонку, режиссер отказался почти от всех фирменных приемов и на три часа заперся со зрителем в четырех стенах, вооружившись только фирменными диалогами.
Дальнейшее восприятие фильма зависит от многих факторов, прежде всего — от завышенных ожиданий. Тем, кто устал ждать, когда Тарантино снимет что-то уровня хотя бы «Убить Билла», от просмотра лучше воздержаться. «Омерзительная восьмерка» — вещь, в общем, необязательная, наполненная многочисленными аллюзиями на себя любимого, и потому ожидающих нового прорыва зрителей картина обязательно будет раздражать, как очень остроумный, но чрезмерно болтливый сосед по купе в ночном поезде. С другой стороны, если абстрагироваться от прошлых заслуг автора, это действительно смешное и при этом по-хорошему злобное кино, какое в наше толерантное время встретишь нечасто. Да, лучшие фильмы Тарантино помимо постмодернистской искрометности подразумевали большое чувство, которого в «Восьмерке», пожалуй, нет, но это тот самый случай, когда искрометности вполне достаточно —
в конце концов, по-настоящему смешное кино нынче снимают не то чтобы много.
Однозначно можно сказать одно: «Омерзительная восьмерка» — это самый внятный, стройный и сфокусированный фильм Тарантино за 10 лет, режиссер очевидно снова в форме. Да, он вернулся в нее при помощи проверенного многими упражнения по сознательному ограничению собственной подвижности, но вернулся, и это факт, который не может не радовать. После выхода картины в американский прокат Квентин заявил, что до пенсии собирается снять еще два фильма. И теперь их, судя по всему, действительно имеет смысл ждать.
