Цивилизация
В начале XX века столица Грузии изо всех сил хотела быть вторым Парижем: в местных духанах, как в кафе Монмартра, собиралась богема. Читали стихи поэты Владимир Маяковский и Осип Мандельштам, философ-мистик Георгий Гурджиев учил публику «сакральным танцам», а местные художники со всей страстью истинных горцев писали свои страницы истории авангарда. В отделе личных коллекций ГМИИ им. А.С. Пушкина впервые собрали около 200 произведений той эпохи из музейных и частных собраний. Мы выбрали пять главных полотен экспозиции.
Нико Пиросмани (Пиросманашвили) «Брат и сестра. Сцена из пьесы В. Гуния «Брат и сестра»
Нико Пиросмани — самый известный грузинский художник. О нем слышали даже далекие от искусства: именно ему посвящена песня «Миллион алых роз» Аллы Пугачевой, написанная Раймондом Паулсом на стихи Андрея Вознесенского. По легенде, Пиросмани с первого взгляда влюбился во французскую актрису Маргариту де Севр, продал все, что у него было, и на эти деньги купил возлюбленной цветы.
Никаких документальных подтверждений этой романтичной истории нет, кроме полотна «Актриса Маргарита» кисти художника. При этом доподлинно известно, что часто Нико писал портреты по фотографиям. Например, так было как раз с «Братом и сестрой». В основе сюжета — сцена из одноименной пьесы грузинского драматурга Валериана Гунии. Искусствоведы считают, что Пиросмани не видел постановку и на произведение его вдохновил снимок с премьеры.
Нико Пиросмани (Пиросманашвили). «Семейная компания»
Картина относится к одному из самых важных циклов художника, работы которого называют «кутежами». Пиросмани полностью соответствовал общепринятому образу художника: знакомые считали его «не от мира сего», он был беден и часто голодал. С учетом этого обстоятельства сюжеты с богатыми застольями смотрятся на картинах особенно сильно.
Художник писал их на скатертях из духанов. Материал всегда был под рукой, потому что мастер часто оформлял вывески кафе, где в качестве гонорара получал еду. Дешевые клеенки были черные или белые, поэтому эти два цвета обязательно есть на картинах: Нико оставлял непрокрашенными некоторые фрагменты. Из-за сюжетов, расположения фигур на полотне и колористики специалисты считают «кутежи» оммажами «Тайной вечере» Леонардо да Винчи. Пиросмани «превозносит» героев своих работ — обычных посетителей кабаков, делая их лица более одухотворенными.
Ладо Гудиашвили «Весна (Зеленая женщина)»
Ладо Гудиашвили часто называют «парижанином из Тифлиса». Художник действительно прожил в столице Франции шесть лет, водил там дружбу с Пабло Пикассо, а также с фовистами Анри Матиссом и Андре Дереном. Их творчество оказало сильное влияние на Гудиашвили, и вытянутые плавные формы дамы с картины «Весна (Зеленая женщина)» — как раз тому подтверждение.
Ладо Гудиашвили «Зеленые феи»
За любовь к этническим мотивам Ладо еще сравнивают с Полем Гогеном. Но специалисты говорят, что это в корне не верно: Гудиашвили использовал, как сказали бы сейчас, тренды европейского искусства, но придавал им грузинский колорит. В его работах при желании можно насчитать тысячу оттенков зеленого, а заодно увидеть влияние символизма и ар-деко. Мастер был страстным поклонником Нико Пиросмани и даже иногда заимствовал его сюжеты.
Давид Какабадзе «Абстрактная композиция»
Еще один поклонник и последователь Пиросмани, Давид Какабадзе, — личность уникальная. Он был не только художником, но и изобретателем. В 1923 году он запатентовал «стереоскопический кинопроекционный» аппарат и даже нашел спонсоров производства, но дальше экспериментальной модели дело не пошло. Тогда Какабадзе продолжил сотрудничество с киноиндустрией в качестве художника.
«Абстрактная композиция» — своеобразный мостик между эпохой модернизма и современным искусством: в этой работе мастер использовал не только краски, но и металл, проволоку и оптические линзы. Получился такой вот портрет любимой Какабадзе эпохи «машинизма и синематографа».
