Об участии в шоу «Тайный миллионер»
— Полина, недавно вы вернулись со съемок нового реалити-шоу СТС «Тайный миллионер». Расскажите, с каким внутренним настроем туда ехали — больше из любопытства или из желания что-то доказать себе и окружающим?
— Я человек, который вообще любит испытания и преодоления. У меня высокая жажда жизни: люблю приключения, люблю все необычное, то, с чем раньше не сталкивалась. Все новое всегда вызывает у меня интерес. К «Тайному миллионеру» я присоединилась по нескольким причинам. Первая, конечно, любопытство. Мне хотелось выйти из зоны комфорта и попробовать себя в совершенно нетипичном для меня формате жизни. Я понимала, что это реалити предполагает игру, обман, недоговоренности. А для меня это было абсолютно новым жизненным ответвлением, потому что привыкла жить так, как есть на самом деле, — не придумывая и не изображая из себя кого-то другого.
Я правдолюб, я не умею врать и всегда достаточно прямо выражаю свои мысли. На одном из кастингов даже честно сказала редакторам: «Вы знаете, я не смогу врать». И для меня это стало настоящим преодолением себя.
Мне было интересно не сыграть — я понимала, что играть у меня все равно не получится, — а попробовать проявить себя такой, какая есть, и при этом не вылететь сразу. Не поддаваться манипуляциям, играм, коалициям, заговорам, договоренностям, а просто существовать в этом пространстве. Мне кажется, у меня это получилось.
— А вторая причина?
— Вторая причина была очень личной. Я знала, что такое реалити-шоу: телефон дают всего на 20 минут, связи с внешним миром практически нет. И те события, которые на тот момент уже довольно долго происходили в моей жизни, тоже подтолкнули меня к этому шагу. Мне хотелось отрешиться от происходящего, отключиться и ненадолго побыть в другой реальности. А сделать это можно только одним способом — выключив телефон и полностью абстрагировавшись от привычной жизни.
— Вы сказали, что совсем не умеете врать. Пришлось учиться? Есть ли что-то, чему этот проект вас научил не как участника шоу, а как обычного человека?
— Я была самой собой. И, если честно, этот проект действительно многому меня научил. Я в жизни очень открытый человек — все принимаю близко к сердцу, отношусь ко всему трепетно, искренне. Мне всегда казалось, что если ты где-то оказываешься, то это и есть твоя реальность, твоя настоящая жизнь. А проект показал, что может быть иначе. Что, да, можно обманывать, можно рисковать, можно не всегда показывать себя таким, какой ты есть на самом деле, потому что это игра. Туда приехали опытные игроки, для которых участие в реалити — именно игра. Их интересует не столько то, как они выглядят в глазах других, не желание показать себя «хорошими», а сам процесс: как можно проявиться в нереальности, в какую роль зайти и как ее прожить.
Такие люди, как я, которые впервые оказались в подобном формате, скорее, приехали показать себя настоящих. А все остальные — играть. И я понимаю, что это для меня следующий уровень. Пока не все себе позволяю, потому что внутри есть ощущение, что «так нехорошо». Но этот проект стал важным опытом именно в этом смысле.
— Что для вас оказалось самым сложным в этой игре?
— Самым сложным оказалось жить без часов. Ты просыпаешься и не понимаешь, который час. Засыпаешь — тоже не понимаешь. Если не взял с собой обычные наручные часы — электронные запрещены, — ты полностью теряешь ощущение времени. Тебе говорят: «Мы вас заберем через 20 минут». А кажется, что прошло уже три часа. Не можешь просто выйти из комнаты, ты полностью зависишь от процесса. Но и это, как оказалось, можно преодолеть. Через какое-то время начинаешь ориентироваться по свету, по звукам, по ветру, по голосам людей, по запахам из пищеблока. Ты действительно начинаешь чувствовать, что происходит вокруг. Условно — закричал попугай, и уже понимаешь: ага, шесть вечера.
О расставании с Дмитрием Дибровым, его причинах и последствиях
— Вы сказали, что уехали на реалити, чтобы восстановиться после событий последних месяцев. От чего именно вы тогда устали — от постоянного внимания, давления, необходимости все время что-то объяснять и оправдываться?
— Если честно, из того, что вы перечислили, утомило абсолютно все. Но больше всего — ощущение, что ты не можешь просто жить нормальной жизнью. Тебя постоянно дергают на какую-то ерунду, отвлекают от действительно важного. Потому что если вникать в происходящее, то я могу смело сказать: все это очень мало общего имеет с реальностью. А реально то, что у меня трое своих детей, еще двое детей Романа живут вместе с нами, у меня есть бизнес, есть любимый человек, и мне нужно заниматься детьми, своей работой и своей жизнью, а не тем, что происходит вокруг в медиапространстве. Самое тяжелое — это когда тебя вынуждают постоянно реагировать. Это разъедает изнутри: тебя выводят из состояния равновесия, ты теряешь энергию, которая по праву должна принадлежать тебе и твоим близким, а не хейтерам, прессе и бесконечным комментаторам. Чтобы на все это не реагировать, нужно быть очень сильным человеком.
— Вы сильный человек?
— Мой бывший муж, Дмитрий Дибров, к своему возрасту уже пришел к этому уровню внутренней устойчивости. А я этому пока не научилась, поэтому, конечно, все сильно выбивало меня из равновесия.
— Вы сказали, что благодаря «Тайному миллионеру» морально выдохнули, переключились… Не боитесь, что выход шоу в эфир вызовет еще одну волну осуждения?
— Честно говоря, нет, не боюсь. Мне кажется, у людей уже появился определенный кредит доверия, они начали понимать, что происходит. Я вижу это по отклику — каждый день получаю сообщения в социальных сетях, где люди пишут: «Полина, мы сначала все не так поняли, но сейчас видим общую картину происходящего, вы через столько прошли, снимаем шляпу». И для меня это очень ценно. Значит, люди начали разбираться, смотреть глубже, а не реагировать на заголовки. И если я хотя бы немного могу послужить примером — показать, как можно проходить через развод, как не стоит делать, как выстраивать отношения, как держать удар, — значит, все, через что я прошла, было не зря. Значит, это во благо. Я ведь не случайно говорила вначале, что люблю приключения. Видимо, и этот опыт стал для меня еще одним таким приключением — непростым, но важным.
— Для вас важно, что ваш личный опыт может стать кому-то примером. Но многие женщины боятся признаться себе, что в отношениях что-то закончилось, даже если внешне все выглядит благополучно. Оглядываясь назад, в какой момент вы поняли для себя, что ваша история с Дмитрием подошла к концу?
— Я поняла это в тот момент, когда обратила внимание на другого мужчину. Как только женщина начинает замечать кого-то еще, допускает в свое поле другого мужчину, становится очевидно: что-то уже происходит не так, как должно быть. И дальше начинается внутренняя работа. Эта работа может быть совместной, если люди способны поговорить друг с другом, честно признаться, что чего-то не хватает, что что-то пошло не туда. Иногда такие разговоры помогают вывести отношения на другой уровень, особенно когда за плечами столько прожитого. Но в моем случае это было осознанное решение. Не импульс, не страсть, не манипуляция. Это было абсолютно осознанное понимание своего выбора и принятое решение, от которого я никогда не откажусь. Я просто влюбилась. Влюбилась и не смогла держать это чувство внутри себя. Я пришла и честно сказала об этом Дмитрию.
— Какой была первая реакция Дмитрия на вашу честность?
— Дмитрий не поверил. Он решил, что я просто обиделась, расстроилась, что со мной что-то не так. Но я не тот человек, который бросается словами. Если что-то произношу вслух, значит, под этим уже есть фундамент. Я не манипулятор, не умею добиваться целей через давление, угрозы или демонстративные жесты. «Мне не подарили колечко, я ухожу» — это не про меня. Я не буду угрожать самоубийством, не буду свечки ставить… Всегда беру ответственность за свои поступки и решения. И если я что-то сказала, значит, это осознала и готова за это отвечать.
— Он не поверил, а что было дальше?
— Дальше начались длительные переговоры. Для него это было непросто, тяжело — как и для любого человека в такой ситуации. Первая реакция — это всегда отрицание.
— Как сегодня складываются ваши отношения с Дмитрием? Удалось ли сохранить спокойный диалог?
— Сегодня наши отношения с Дмитрием полностью выстроены вокруг детей. Мы много говорим именно об этом — о том, как и что для них лучше. Стараемся разделять их интересы: Дмитрий водит их в театры, музеи, я — в другие места. Мы максимально стараемся развлекать их, развивать, раскрывать. Все наше общение сейчас — это планирование будущего детей.
— Как ваши дети пережили весь этот непростой период публичности и обсуждений?
— Дети не были участниками происходящего. Возможно, что-то из интернета до них доходило, но в целом я уверена, что главное для ребенка — это не слова, а пример. Если в доме говорят литературным языком, смотрят интересные фильмы, читают хорошие книги и обсуждают все это с детьми, то они будут впитывать именно это, будут развиваться. И что бы ни говорили детям вовне, они видят, что происходит внутри семьи. Когда внутренняя целостность семьи не нарушена, когда дети понимают, кто такой папа и кто такая мама, чувствуют, что с ними все в порядке, несмотря на тяжелый период развода, они верят родителям. Я по-прежнему считаю, что невозможно убедить ребенка в том, что его родитель плохой, если в реальной жизни он видит другое.
— Что, по-вашему, помогает семье и детям пройти через подобные кризисы без потерь?
— Наверное, главный рецепт в таких ситуациях — просто продолжать делать свое дело. Работать. Завоевывать внимание и уважение людей можно только собственной работой, когда ты создаешь что-то полезное и интересное. Именно труд, спорт, работа помогают выйти из любой депрессии. Что бы ни происходило вокруг — личные кризисы, внешние потрясения, — нужно продолжать делать свое дело. Тогда ты остаешься полезным людям — и люди всегда будут поворачиваться к тебе лицом.
— Развод — это всегда не только история двух людей, но и проверка окружения. Как в этот период повели себя друзья? Изменилось ли ваше отношение к людям из ближнего и светского круга после всех событий?
— Я никогда не позволяю себе судить людей — если честно, мне это не очень интересно. Принимаю людей такими, какие они есть. Да, с кем-то мы перестали общаться — наши жизни просто разошлись в результате всего происходящего. Но я не берусь это оценивать. Это их выбор, их решение. В этом нет ни боли, ни сожаления, ни обиды. Я считаю, что важно идти вперед. Вокруг всегда огромное количество классных людей, новых знакомств. Это и личностный рост, и рост в целом. Жизнь подкидывает интересные события, новые места, где в любом случае ты находишь тех людей, которые будут рядом с тобой именно на этом этапе. И я очень благодарна тем, кто сейчас рядом. Потому что твои люди — они всегда остаются с тобой. У нас, например, есть много людей, которые прекрасно общаются и со мной, и с Димой. И это абсолютно нормально. Так и должно быть. Просто теперь это общение происходит в разных форматах, за разными столиками, в разных местах. Но оно есть. Очень важно уметь делать это экологично, честно, без поддакивания здесь и там. Просто дружить, просто любить людей. Я уверена: те, кто искренне и честно тебя любит, всегда найдут в себе силы выстроить такое общение.
Об отношениях с Романом Товстиком, возможной свадьбе и детях
— Вы больше не скрываете, что рядом с вами сейчас Роман Товстик. Причем вы оба пришли в эти отношения после долгих браков. Насколько это меняет подход к отношениям, становится ли больше осторожности, осознанности, ответственности?
— Я человек, который верит в любовь. Что значит осознанность или осторожность?
— Это когда у тебя уже есть определенный бэкграунд, когда ты знаешь, что в отношениях нужно уметь искать компромиссы, разговаривать с партнером…
— Я очень долго об этом думала. И всегда искала пример идеальной пары. Это такая пара, которая прожила вместе много лет, но они сохранили друг к другу искренний интерес и уважение. Увы, так бывает не всегда. И есть очень много пар, которые живут по инерции, как поезд, который однажды поехал — и какая-то сила просто тянет его дальше по маршруту. Часто эта сила — дети. Поэтому я каждый раз искренне радуюсь, когда вижу людей по-настоящему влюбленных друг в друга после долгих лет совместной жизни. Потому что семья и брак — огромная работа двух людей. Даже в обычном общении можно легко ранить, обидеть, сказать что-то не подумав. А когда обиды и недоговоренности накапливаются, со временем рядом с этим человеком становится невозможно дышать. Именно это чаще всего и приводит к разводам. Поэтому у нас с Романом четкая договоренность — создать настоящую семью. Мы действительно стараемся все обсуждать внутри, относиться друг к другу с особым вниманием. Сейчас для нас это главное. Мы хотим, чтобы наши дети общались, чтобы нам было хорошо вместе, чтобы мы получали удовольствие друг от друга.
— Как думаете, что нужно делать, чтобы все сложилось именно так?
— Я искренне считаю, что в семье очень важно сохранять романтику. Важно, чтобы мужчина и женщина проводили время отдельно от всех, только вдвоем. Потому что основа основ любой семьи — это отношения между мужчиной и женщиной.
— Поддерживаю на все сто! А как считаете, сложнее строить новые отношения во взрослом возрасте, когда за плечами уже есть большой семейный опыт и дети, или, наоборот, легче?
— Мне — легче. Потому что в том юном возрасте я отношения, по сути, не строила — их строил Дмитрий. Я просто не могла полноценно выстраивать отношения сама. Вероятно, могла бы это делать с ровесником, но с Дмитрием Дибровым все было иначе — он брал эту роль на себя. А сейчас я активно участвую в построении отношений. У меня есть свое понимание, своя внутренняя картинка, к которой иду. Пусть она пока останется секретом, но я хочу, чтобы она стала явью.
— Вы как-то обмолвились, что хотите родить дочку. Готовы в ближайшее время снова стать мамой — или сейчас перед вами стоят другие задачи?
— Готовность, наверное, всегда есть. Но, во-первых, должно прийти время — когда Бог даст. А во-вторых, мне сейчас очень хочется пожить в другом состоянии: побыть невестой, побыть молодоженами, побыть просто любимой женщиной. Я не спешу. Пусть жизнь будет длинной — мне хочется насладиться каждым ее этапом.
— Побыть невестой — это прекрасно! То есть можно ждать новостей о помолвке?
— Это уже вопрос не ко мне, а к другому человеку (смеется).
О Dibrova Club, помощи женщинам и дальнейших планах
— Тогда поговорим о вашей работе. Вы создали Dibrova Club как пространство поддержки и честного диалога между женщинами. С какими запросами к вам чаще всего приходят участницы?
— Честно?
— Конечно!
— За дружбой. Люди настолько устали общаться друг с другом, «потому что надо» или потому что кому-то что-то выгодно, что Dibrova Club стал пространством, куда можно прийти — и тебя там примут такой, какая ты есть. Ты можешь прийти с какой-то сумасшедшей идеей, в которую никто не верит, и девчонки тебя поддержат. Муж может сказать: «Да зачем тебе это?», дети — «Мам, ну брось, все же и так хорошо». А девчонки в клубе поддержат. Это пространство поддержки и взаимопомощи.
— А как же стереотипы про «клуб рублевских жен», которым скучно?
— Мне смешно про это читать, потому что подобные стереотипы не имеют ничего общего с реальностью. К нам можно прийти ненакрашенной, с «гулькой» на голове, в трениках — и тебя примут. В этом и суть женщины: она может быть разной. Сегодня — красивой и нарядной, завтра — уставшей и хрупкой. Может быть сильной, а может позволить себе быть слабой. Может переживать из-за отношений, из-за детей… Но она приходит в клуб и знает, что ее там поймут. Знаете, жизнь женщины состоит из периодов. И в нашем клубе есть женщины всех этих периодов. Если ты планируешь беременность — найдешь таких же. Если хочешь создать бизнес — найдешь партнеров. А если хочешь путешествовать и наслаждаться жизнью — рядом будут женщины с таким же запросом. Dibrova Club — это клуб про жизнь.
— Полина, общаясь с другими женщинами, мы зачастую лучше слышим себя. Можно ли сказать, что Dibrova Club стал для вас не только бизнес-проектом, но и точкой личной трансформации? Если да, то в чем именно? Чему вас научили ваши резидентки?
— Честно говоря, мой клуб изначально не был для меня бизнес-проектом. Я вообще считаю его своим четвертым ребенком. Да, создавалa Dibrova Club с пониманием, что он должен иметь финансовый фундамент, — мало ли что в жизни бывает. Но это никогда не было ставкой «только на деньги». Со временем это стало делом моей жизни. Я чувствую, что здесь мое личное предназначение — соединять людей.
Что касается личной трансформации… У меня много подруг, и мне всегда казалось, что я умею дружить. В первые годы не сближалась с девчонками из клуба. Разделяла: есть мои друзья, а есть резиденты клуба. Но со временем поняла, что у меня достаточно большие сердце и душа, в которые могу вместить каждого резидента. Да, кто-то скажет, что это неправильно, что не имеет отношения к бизнесу, что наивно или глупо. Но мне, если честно, все равно. Каждый резидент моего клуба — это очень близкий для меня человек. Человек, к которому я открыта душой и сердцем, которому всегда готова прийти на помощь в сложный момент. Но самое главное — это человек, за которого я всегда буду искренне радоваться, когда у него что-то получится.
— Вы начинали как модель, а затем много лет были в статусе «жены известного мужчины». В каком направлении вам сейчас интереснее всего развиваться — медиа, бизнес, женские проекты?
— Мне сейчас очень интересны медиа. Мне очень интересно спикерство, потому что я чувствую, что мне есть что сказать людям. Я бы с удовольствием нашла для себя формат эфира, в котором могла бы регулярно быть.
— А если говорить о заработке, как думаете, где вы могли бы заработать больше денег?
— Я сейчас вообще стараюсь проявляться везде — где это возможно. Я не капризный человек: если мне предлагают, готова попробовать. Конечно, соглашаюсь не на все, но мне важно пробовать новое. И сейчас я пробую. Раньше была в статусе «жены Диброва», сейчас я уже не в этом статусе, и, по сути, могу позволить себе экспериментировать. Мне правда интересно. Но на данный момент все силы отдаю Dibrova Club. Потому что та внутренняя трансформация, которая со мной произошла, напрямую отразилась и на клубе — он стал моим отражением. Сейчас клуб проходит этап реструктуризации, и я много сил вкладываю именно в это. После — займусь его активным продвижением. Я искренне считаю, что за женскими сообществами большое будущее, и именно этим хочу заниматься дальше. Звучит как тост (смеется)!
— Точно! А если говорить о том самом, простом женском счастье — без глянца, красивых формул и социальных шаблонов, — из каких простых, но принципиальных вещей оно сегодня состоит лично для вас?
— Просыпаться рядом с любимым мужчиной. Все время смеяться вместе. Быть уверенной в завтрашнем дне. Любить. Жить в любви. И еще — строить общие планы на будущее. Для меня это очень важно.
— Можете сформулировать для себя самой: какой вы хотите видеть Полину через несколько лет — не в заголовках и соцсетях, а настоящую?
— Я хочу видеть Полину счастливой мамой уже взрослых сыновей — подросших, красивых, настоящих мужчин. Я хочу видеть Полину любимой дочерью и внучкой. Потому что моя семья — это мое огромное богатство. И когда я проходила через все события, думала не столько о себе, сколько о своих родителях и бабушках. О том, как им было больно читать и переживать все, что писали про их дочь и внучку в сети. Про женщину, которая 16 лет прожила в браке и ни разу не дала повода усомниться в себе своему бывшему мужу. Я хочу видеть Полину счастливой женой любимого человека. И хочу видеть Полину женщиной, которая своим личным примером дает другим женщинам веру в счастье, любовь и успех.
