Полностью новый пост, созданный сегодня указом Владимира Путина, называется «спецпредставитель президента России по вопросам международного сотрудничества в борьбе с терроризмом и транснациональной организованной преступностью». В чем заключаются его обязанности, пресс-служба президента расшифровывать не стала, уточнив только, что деятельность нового спецпредставителя будет обеспечивать МИД России. Занявший этот пост Анатолий Сафонов некоторое время был замминистра иностранных дел, а последнее время числился послом по особым поручениям.

Но, судя по всему, для президентского спецпредставителя по международному терроризму дипломатические навыки были не так уж важны. С 1970 года Сафонов служил в КГБ, а закончил свою карьеру в органах только в 1997 году, последние три года проработав первым замдиректора ФСБ. То есть чекистом он был гораздо дольше, чем дипломатом, — в общей сложности 27 лет.

Вообще институт спецпредставителей – довольно аморфная структура. Они дают о себе знать еще реже, чем советники президента, хотя именно посты советников в последнее время воспринимаются или как почетная ссылка, как в случае с назначением генерала Геннадия Трошева советником по вопросам казачества, или как отступные – так советником Путина по Чечне стал в обмен на отказ от борьбы за пост президента республики Асланбек Аслаханов.

Работа спецпредставителей еще больше окутана тайной. Так, например, о существовании спецпредставителя президента по осетино-ингушскому конфликту Алексея Кулаковского все вспомнили, только когда неделю назад Путин отправил его в отставку и упразднил этот пост вообще. Обязанности чиновника были поделены между правительством и новым полпредом в Южном округе Дмитрием Козаком. Так же мало известно об успехах спецпредставителя президента Валерия Лощинина (он же первый замглавы МИД) в урегулировании грузино-абхазского конфликта, спецпредставителя президента Виктора Черномырдина (он же посол на Украине) — в развитии российско-украинских торговых связей и спецпредставителя президента Виталия Воробьева – в делах Шанхайской организации сотрудничества.

Все идет к тому, что скоро спецпредставители президента вообще уйдут в подполье.

В начале этого года были отправлены в отставку последние чиновники, перед которыми на этой работе ставились конкретные задачи. После решения проблемы транзита калининградцев через Литву, вступающую в ЕС, проблемами Калининградской области перестал заниматься Дмитрий Рогозин. Спецпредставитель по подготовке российско-грузинского договора о дружбе и сотрудничестве Борис Пастухов перестал его готовить, когда в Грузии сменилась власть. Вместе с ними был уволен и спецпредставитель по правам человека в Чечне Абдул-Хаким Султыгов, который уверял, что в республике надо отстаивать не только права чеченцев, но и права военных. Вскоре после этого поста спецпредставителя Путина по разделу акватории Каспийского моря вместе с креслом замминистра иностранных дел лишился Виктор Калюжный. Переговоры по Каспию не закончены до сих пор.

Тем временем у Путина появились новые представители, но их обязанности были сформулированы гораздо туманнее. Так, в июле министр промышленности и энергетики Виктор Христенко стал спецпредставителем по интеграции со странами СНГ, а в августе бывший министр энергетики Игорь Юсуфов стал в должности спецпредставителя заниматься вопросами международного энергетического сотрудничества. С тех пор об их работе государственные информационные агентства молчат. Так что, видимо, назначение очередным спецпредставителем президента очередного чекиста Сафонова будет последним, что мы узнаем о такой важной вещи, как международное сотрудничество в борьбе с терроризмом и транснациональной организованной преступностью.