В понедельник депутат палаты представителей Национального собрания Белоруссии, руководитель оппозиционной парламентской группы «Республика» Сергей Скребец обратился к России с просьбой предоставить ему политическое убежище в связи с уголовным преследованием на родине.

Как стало известно «Газете.Ru», Скребец обычной почтой направил российскому президенту Владимиру Путину письмо с просьбой об убежище.

Воспользоваться правительственной почтой через секретариат белорусского парламента Скребцу не позволили.

История преследования Скребца довольно давняя, и начиналась она не с политики, а с бизнеса. До того как стать депутатом парламента, Скребец руководил компанией «Белбабаевский», представительством на территории Белоруссии российского шоколадного гиганта «Торговый дом Бабаевский». В конце 90-х Скребец стал одним из инициаторов крупного инвестиционного проекта российской компании в Белоруссии. Был подготовлен проект соглашения между «Бабаевским» и крупнейшей белорусской кондитерской фабрикой «Коммунарка», в соответствии с которым московский концерн намеревался вложить в развитие минского предприятия $10 млн.

Поначалу выгодный для Белоруссии проект приветствовался в белорусских верхах. Однако к началу 1998 года, когда должна была начаться инвестиционная программа, отношения Александра Лукашенко с российским бизнесом стали решительно портиться. На «Коммунарке» было введено условие так называемой «золотой акции» (т. е. государство полностью взяло управление акционерным обществом в свои руки), прежний директор «Коммунарки» был уволен, а в концерне «Белгоспищепром» заявили, что предприятие не нуждается в каких-либо инвестициях. Тогда же в белорусских государственных СМИ прокатилась волна публикаций о вреде российских инвестиций.

ЗАО «Белбабаевский» тоже стало объектом преследования. Белорусские фискальные органы наложили на него штраф $7 млн, конфисковали печать, документацию и оборотные средства. Против руководителей ЗАО в 2003 году были возбуждены уголовные дела по обвинению в создании преступной группы (имелся в виду менеджмент «Белбабаевского») и кредитном мошенничестве (ч. 4 ст. 16 и ч. 2 ст. 237 УК Белоруссии).

Многие в Белоруссии сравнивали дело Скребца с делом Ходорковского в России. Некоторых бывших коллег Скребца по ЗАО уже посадили, а его самого спасла депутатская неприкосновенность.

Однако иммунитет Скребца почти в прошлом. Дело в том, что неделю назад в Белоруссии одновременно со спорным референдумом о третьем сроке президентства Лукашенко прошли и очередные парламентские выборы. Избраться в парламент вновь Скребец не смог. Иммунитет таким образом вот-вот истечет.

В том, что за ним скоро придут, Скребец уверен. Он считает, что преследуют его именно по политическим мотивам. В частности, Скребец еще в 2001 году публично объявил, что хотел бы участвовать в президентских выборах как соперник Лукашенко, после чего президент его и невзлюбил. Кроме того, известно, что немногочисленная депутатская группа Скребца (девять человек) и он сам неоднократно критиковали Лукашенко, в том числе и на заседаниях ПАСЕ. В наказание Скребца в парламенте даже лишили депутатской премии (30% от депутатской зарплаты примерно в $300). Ему постоянно угрожают физической расправой.

В письме Путину, которое оказалось в распоряжении «Газеты.Ru», белорусский политик пишет: «В мой адрес звучали публичные обвинения со стороны органов прокуратуры, президента Лукашенко и других высших должностных лиц. Поскольку я не совершал никаких противоправных действий, преследуемых в уголовном порядке, считаю себя невиновным, а уголовное дело, возбужденное в отношении меня, — политически мотивированным за мою активную гражданскую, общественную и депутатскую деятельность в составе группы «Республика». Все это заставило меня задуматься о собственной безопасности и безопасности моей семьи.

Считаю, что, для того чтобы остаться в белорусской политике живым и действующим, нужно жить в России. Это не капитуляция, а переход на новые условия борьбы».

У российского лидера Скребец просит одного: предоставления ему в соответствии с конвенцией ООН 1951 года статуса политического беженца. Такой статус позволил бы ему безопасно жить в России, даже если бы против него в Минске было решение суда и запрос об экстрадиции.

Корреспондент «Газеты.Ru» в понедельник связался со Скребцом, чтобы узнать, политикой или бизнесом он собирается заниматься в России. Депутат рассказал, что и тем, и другим.

— Мне предложили возглавить один из заводов компании «Бабаевский» в России, - объяснил нам Скребец. – Но просто взять и поехать туда я не могу. Надо мной висит уголовное дело, обвинений по которому мне не предъявляют. Что будет со мной дальше, не знаю. Здесь возможно все. Выход вижу только один – просить политическое убежище в России.

Думаю, Путин разумный человек и меня поймет.

Очень хочу уехать работать в «Бабаевское», но уголовником ехать туда не могу. Представляете, как будет смешно, если меня прямо из кабинета директора уведут в наручниках? К тому же я продолжу заниматься белоруской политикой. И мои соратники меня понимают и поддерживают».