С тех пор как президент Грузии Михаил Саакашвили объявил досрочные президентские выборы, главной внутриполитической интригой стал вопрос о кандидате в президенты от объединенной оппозиции. Именно кандидат от объединившихся десяти оппозиционных партий и должен бросить перчатку президенту. Однако пока оппозиция погрязла в бесконечных переговорах, совещаниях и консультациях.
Зато, пока избирательная кампания еще даже не началась, о своем желании стать президентом Грузии уже объявили три других оппозиционных политика.
Пока наиболее весомой фигурой из уже огласивших свои президентские амбиции является самый богатый оппозиционер и самый оппозиционный из богачей Бадри Патаркацишвили.
Уже пять дней Грузия прожила в режиме чрезвычайного положения, объявленного президентом Михаилом Саакашвили в прошлую среду и утвержденного парламентом страны в пятницу. Догадаться, что Тбилиси живет в условиях ЧП, можно было лишь в первый день. Еще в четверг вечером проспект Руставели был перекрыт спецназом и грузинской армией, там не работали две станции метро, объезжали центральную улицу и рейсовые автобусы. Однако уже в пятницу кордоны были сняты, и город зажил своей обычной жизнью. Единственным напоминаем о событиях 7 ноября остается плакат на соседнем с парламентом здании, где изображен оппозиционер Бадри Патаркацишвили с «марионетками-оппозиционерами». За пять дней его так и не сняли, и, видимо, не собираются.
Если бытовые условия жителей столицы президентский декрет об установлении ЧП практически не затронул, то их конституционные права серьезно пострадали.
Согласно декрету, в Грузии временно не действуют статьи конституции, дарующие людям свободу собраний и право на получение и распространение информации. Оппозиция вынуждена была отказаться от проведения митингов и призвала своих сторонников не собираться группами, чтоб не провоцировать жестокость властей. За последние четыре дня митингов в Грузии, действительно, не было.
В эти дни передавать новости может только один телеканал – государственное Общественное телевидение. Запрет касается, в том числе и таких влиятельных провластных каналов, как например «Рустави-2». Вещание оппозиционных станций, а именно «Кавкасии» и «Имеди», было и вовсе остановлено в принудительном порядке. Напомним, что 7 ноября в офис телекомпании «Имеди», которая транслировала в прямом эфире митинг оппозиции и его разгон правоохранительными органами, вошел спецназ, после чего эфир был отключен.
Гендиректор телеканала «Имеди» Бидзина Бараташвили в субботу заявил, что аппаратура станции «практически полностью поломана», и для того, чтобы восстановить вещание в прежнем объеме понадобится не менее шести месяцев. Недавно выкупивший у бизнесмена Бадри Патаркацишвили права на «Имеди» международный медиа-магнат Руперт Мердок ранее заявил, что телекомпания сможет вернуться в эфир через три месяца. В то же время один из журналистов «Имеди» сообщил «Газете.Ru», что руководство компании обещало сотрудникам возобновить работу уже на этой неделе. Впрочем, пока неясно насколько быстро телекомпания сможет выйти на прежний уровень вещания.
На несколько дней в Грузии прекратилось вещание как западных информационных каналов, так и российских. Однако к выходным оно в основном возобновилось. Однако радио «Свобода» в эфир пока так и не вернулось.
Декрет, несмотря на первоначальные опасения грузинских журналистов, в основном коснулся только теле- и радио-СМИ. Впрочем, информационные агентства и печатные СМИ согласно распространенной директиве имеют права использовать только официальную информацию. Как рассказали корреспонденту «Газеты.Ru» в агентстве «Новости Грузии», большинство экспертов и политиков просят не публиковать их слова до отмены ЧП, а многие ведомства в ответ на просьбу о комментарии отправляют на Общественное телевидение, которому они, по их словам, уже ответили на все вопросы. «Как будто это всеобщий пресс-центр», - пожаловалась директор агентства Елена Имедашвили.
В субботу в Тбилиси состоялась международная правозащитная конференция «Права человека на Кавказе. Права человека после революции роз». Ее участники осудили действия властей 7 ноября в целом и декрет о введении ЧП в частности. Докладчик по Грузии в ПАСЕ Матиас Йорш заявил, что «разгон митингующих и прекращение вещания телеканалов – факты, абсолютно неприемлемые в демократической системе», и назвал последние события в Грузии «большим шагом назад с точки зрения формирования полноценной демократии».
Между тем президент Грузии снова пообещал в ближайшее время ЧП отменить. «Это произойдет очень скоро. Я вижу, что страна восстанавливает стабильность, и чрезвычайное положение будет отменено», - сказал Саакашвили. Впрочем, точную дату отмены ЧП он не назвал и пригрозил, что «это произойдет не по чьей-то указке, а когда, исходя из своей исторической ответственности» он увидит, что «страна идет к стабильности».
Многие в Грузии обещаниям президента не верят. Они указывают на то, что объявленный на 15 дней режим ЧП истечет аккурат накануне того, как Саакашвили по закону придется уйти в отставку, что он должен сделать за 45 дней до назначенной даты президентских выборов. Таким образом, президент максимально сократит время, которое его конкуренты смогут потратить на свою агитацию.
Однако у Патаркацишвили могут возникнуть серьезные проблемы с выдвижением в президенты. Во-первых, по грузинским законам кандидат в президенты должен прожить в стране в общей сложности 15 лет и два последних года непрерывно. Этим часто находящийся в Лондоне, а ныне, по некоторым сообщениям, в Израиле бизнесмен похвастать не может. Кроме того, в начале ноября генпрокуратура Грузии возбудила против Патаркацишвили уголовное дело по статье 315 УК — «заговор с целью свержения государственной власти». В случае приезда в Грузию ему грозит арест. Но и без этого Патаркацишвили могут признать виновным заочно. Соответствующее изменение в законодательство было внесено при Саакашвили для того, чтобы можно было осудить, например, сбежавшего в Россию бывшего главу Аджарии Аслана Абашидзе. Впрочем, до вынесения обвинительного приговора принимать участие в выборах никто не запрещает.
Попытать судьбу на досрочных выборах также намерены лидер партии «Новые правые» Давид Гамкрелидзе и лидер Партии будущего Георгий Маисашвили. Партия Гамкрелидзе имеет в парламенте 15 депутатских кресел, и вряд ли у этого политика есть шансы получить больший процент голосов на президентских выборах. Перспективы Маисашвили еще более туманны, так как о его народной поддержке в стране и вовсе говорить не приходится.
Около десятка политических партий Грузии, объединившихся в начале ноября в Единый оппозиционный фронт, пока своего кандидата не предложили. В выходные в Тбилиси проходили изнурительные политические консультации.
Каждая из партий настаивает на кандидатуре своего представителя. Поэтому не исключен вариант, что свой выбор оппозиция остановит на фигуре какого-нибудь известного в народе и при этом нейтрального общественного деятеля. Политолог и бывший депутат Мамука Арешидзе заявил «Газете.Ru», что оппозиция обсуждает сразу несколько таких кандидатур, однако отказался их назвать. Один из лидеров Республиканской партии Паата Закареишвили в интервью «Газете.Ru» не исключил такого варианта, однако считает, что фигура одного из оппозиционных политиков все же более вероятна. «Кандидат от Единой оппозиции должен предложить другую концепцию президентства, не харизматическую, как Гамсахурдиа, Шеварднадзе или Саакашвили. Новый президент должен реализовать программу «Грузия без президента» и сделать Грузию парламентской республикой», — сказал Закареишвили.
В то же время кандидатура Патаркацишвили, который, судя по всему, намерен идти на выборы именно с такой программой, оппозицией поддержана не будет.
Лидер Консервативной партии Каха Кукава заявил «Газете.Ru», что это будет «политический кандидат от одной из партий Единой оппозиции», а не Патаркацишвили. Закареишвили назвал Патаркацищвили уважаемым и достойным кандидатом, но также предположил, что кандидатом тот не станет. По словам одного из лидеров Лейбористской партии Нестан Киртадзе, в субботу и воскресенье прошли бурные консультации по поводу личности кандидата в президенты, и итоги этой дискуссии должны стать известны уже в понедельник днем или вечером. Впрочем, другие оппозиционеры считают, что это произойдет немного позже.
Проблема оппозиции заключается в том, что большинство харизматичных грузинских политиков по разным причинам участия в президентских выборах принять не смогут.
Директор Кавказского института стратегических исследований Мамука Арешидзе рассказал корреспонденту «Газеты.Ru» о том, кто не станет единым кандидатом от оппозиции и чего вообще стоит ждать от досрочных президентских выборов в Грузии.
- Для чего Михаил Саакашвили согласился на досрочные выборы и пошел на уступку оппозиции? Или это была не уступка?
- Это, естественно, никакая не уступка. Руководство Саакашвили и он сам не такого калибра люди, чтобы идти на уступки, им это чуждо. Это был сильнейший пресс Запада, в частности США. Особенно после того как они ворвались и закрыли частную телекомпанию «Имеди», тем более что она принадлежит Мердоку. У Саакашвили была серьезная встреча с послом США, после чего было принято решение сделать такой шаг.
Выборы 5 января, по всей вероятности, станут формальными выборами. Сами посудите, сейчас у нас ЧП, которое заканчивается в конце ноября, а сорокопятидневный срок, когда президент должен уйти в отставку и назначить новые выборы, приходится как раз на тот день, когда заканчивается особое положение. Исходя из этого, до конца ноября никто даже не может начать собирать подписи. Оппозиция вынуждена согласиться на эти сжатые сроки, потому что если они начнут жаловаться, то народ может ее не понять.
- Сможет ли оппозиция выдвинуть единого кандидата? Несколько оппозиционных политиков уже выдвинули свои кандидатуры...
- Да, но Давид Гамкрелидзе из «Новых правых» и Георгий Маисашвили из «Партии будущего» не входили в объединенную оппозицию. Им надо отложить свои амбиции в сторону и очень любить свою родину, а не выставлять свои кандидатуры, которые все равно обречены. Оба они рассчитывают на то, что их сейчас поддержит единая оппозиция, но это произойдет вряд ли.
- Кого же может выдвинуть объединенная оппозиция? Например, Бадри Патаркацишвили уже заявил, что будет баллотироваться в президенты. Каковы его шансы?
- Сложно сказать, потому что те люди, которые участвовали в единой оппозиции, часть лежит в больнице, один из них так избит, что не может говорить, один выдворен из страны, еще трое привлечены как свидетели по делу о шпионаже, и их правовой статус можно легко переделать в статус обвиняемого. Заявление Патаркацишвили ничего не решает, ведь на него заведено дело, а по грузинскому законодательству он в этом случае не имеет права избираться. Окруашвили не может стать президентом по возрасту, а Саломе Зурабишвили не прожила в Грузии 15 лет.
- Получается, что у оппозиции нет кандидата?
- Я открою вам маленький секрет: они не рассчитывают выставить единую кандидатуру из своей среды. По-человечески я их понимаю: амбиции заедают всех. Поэтому оппозиция склоняется к некоей общественной фигуре, популярной в народе, которую все поддержат. Я не могу назвать те фигуры, которые обсуждает оппозиция, у меня нет на это права, так как я как раз сейчас приехал с этого обсуждения. Могу только сказать, что их четверо. Если бы было время до апреля месяца, то любого из них можно было достаточно сильно раскрутить. Но за это короткое время оппозиция, скорее всего, будет раскручивать саму ситуацию. Здесь у них аргументы железные: нарушение прав человека, избиение народного депутата, закрытие двух телеканалов.
- Насколько высока сейчас поддержка у Саакашвили?
- После 7 ноября опросы никто не проводил, но, по-моему, народ в целом уже не поддерживает президента. Однако ресурсы у Саакашвили, конечно, серьезные: административный ресурс, армия, министерство внутренних дел, часть бюджетных организаций, многие молодые бизнесмены, построившие бизнес под крышей чиновников страны, а также часть национальных меньшинств. Не стоит забывать и о фальсификациях. В то же время надо учитывать и тот фактор, что как оппозиция может не успеть раскрутить своего кандидата, так и Саакашвили будет трудно за месяц скрыть те факты, которые случились в начале ноября. Уверен, что если бы парламентские выборы проходили сегодня, то оппозиция бы точно победила.
Вас, наверное, интересует, так что ж вы не спрашиваете о «руке Москвы»?
-«Рука Москвы» нас, конечно, тоже интересует. Есть она?
- Никакой руки Москвы нет, если она и есть, то ее не видно, и она невнятная. Обвинениями в адрес Москвы правительство хочет завуалировать то, что происходит в Тбилиси. Саакашвили нужно доказать правомерность разгона демонстрации. Те кадры с оппозиционерами и сотрудниками российского посольства настолько смешны, что даже американцы просили что-то добавить к этим кадрам. Большинство партий в единой оппозиции и были знамениты тем, что поддерживали правительство в антироссийских выступлениях, особенно республиканцы и «Национальный форум». Единственной партией в единой оппозиции, которая с симпатией относится к России - это лейбористы, которые, впрочем, тоже конструктивно критикуют Россию. А у Хаиндравы вся семья сидела в лагерях, он сам в лагере родился. Как он может выступать сейчас за российскую политику?
— Как изменятся, если вообще изменятся российско-грузинские отношения в том случае, если оппозиция придет к власти?
— Отношения России с Грузией вряд ли сильно изменятся к лучшему в первую очередь из-за бескомпромиссной позиции России по Южной Осетии и Абхазии. Вообще между российским и грузинским правительствами во внутренних делах очень много общего. Разница только в том, что в Москве делают все втихаря, а у нас много выступают и кричат. Может быть, новое правительство будет более уравновешенное и конструктивное, но едва ли менее принципиально, чем нынешнее.
— Как вам кажется, если оппозиция все же победит, не случится ли через пару лет того же, что происходит сейчас, ведь Саакашвили делал «революцию роз» как демократ?
Лично я всегда был против Саакашвили, я хорошо знаю, что он из себя представляет. Что касается оппозиции, то после всех наших неудачных опытов с президентами, мне кажется, пришло время для парламентской республики и президента с урезанными полномочиями. К сожалению, пока политическая культура в Грузии не выросла, и народу нравятся не лидеры, а вожди. Однако введение парламентской республике зависит от того, кто победит на президентских выборах, – Саакашвили, конечно, на это не пойдет.
Именно во время митинга в поддержку Окруашвили части оппозиционных партий удалось объединиться, что могло быть существенным плюсом в пользу экс-министра обороны как потенциального кандидата в президенты.
Однако Окруашвили просто-напросто слишком молод для участия в кампании: необходимые по закону 35 лет ему исполнятся лишь в ноябре 2008 года.
Препятствием на пути к президентству для еще одного пользующегося популярностью в Грузии политика, экс-министра иностранных дел Грузии и лидера партии «Путь Грузии» Саломе Зурабишвили, станет «ценз оседлости». Зурабишвили родилась в Париже и в страну вернулась только в 2004 году, когда Саакашвили позвал ее в правительство.
Не станет кандидатом в президенты и лидер оппозиционной Лейбористской партии Шалва Нателашвили. Ему предъявлены обвинения в шпионаже и заговоре с целью свержения государственной власти. Сейчас он, по разным данным, то ли скрывается где-то в Грузии, то ли вскоре сразу после разгона митинга 7 ноября покинул страну. Президент Саакашвили в субботу призвал Нателашвили «выйти из норы» и «ответить на вопросы правоохранителей», однако тот в ответ попросил убежища для своей семьи в США.
Кроме Нателашвили в сотрудничестве с российскими спецслужбами подозреваются также лидер партии «Свобода» Константин Гамсахурдиа и бывший министр Грузии по урегулированию конфликтов Георгий Хаиндрава. Пока что они являются свидетелями по этому делу, но едва ли их президентские перспективы можно назвать солидными, так как из свидетелей они могут превратиться в соучастников. Между тем сын первого президента Грузии Звиада Гамсахурдиа является весьма популярным в Грузии политиком, особенно в Мегрелии, откуда он родом.
Сколько бы ни было оппозиционных кандидатов и кого бы не выдвинула единая оппозиция, всем им придется сразиться с действующим президентом Грузии Саакашвили. Очевидно, что он намерен превратить досрочные выборы в референдум по народному доверию к его персоне. На прошлых президентских выборах Саакашвили получил 95 с лишним процентов голосов, и вопрос состоит лишь в том, сколько избирателей успело за два года в нем разочароваться. Судя по тому, что говорят жители Тбилиси, таких едва ли не большинство.
Почти все, с кем удалось поговорить корреспонденту «Газеты.Ru», близко к сердцу восприняли разгон оппозиционных митингов 7 ноября и готовы голосовать за кого угодно, только бы не за Саакашвили.
