Цивилизация
Дмитрий Медведев и Барак Обама могут подписать новый договор СНВ в пятницу, 18 декабря, в Копенгагене. В тот день оба президента будут в датской столице, где откроется саммит по проблемам изменения климата под эгидой ООН.
«Переговоры прошли уже, остается чисто бумажная работа», — заявил источник «Газеты.Ru», находящейся в курсе работы переговорных команд в Женеве. Он же назвал возможную дату подписания документа – 18 декабря.
На этой неделе пресс-служба Кремля объявила, что президент совершит визит в Копенгаген 17–18 декабря. Источник «Газеты.Ru» в Кремле пояснил, что на 17 декабря запланирован ужин от имени датской королевы, на который приглашены лидеры всех стран — участников конференции. Обама, ранее планировавший отправиться в Копенгаген 9 ноября, появится там также 18-го.
На неделе, которая начнется после Копенгагена, США уже будут готовиться к рождественским каникулам, которые в России продолжатся десятидневными новогодними празднествами. Так что если договор хотят подписать до Нового года, то лучшей возможности, чем в Копенгагене, не представится.
В то же время собеседник «Газеты.Ru» оговорился, что ни о чем говорить со стопроцентной гарантией не приходится. Глава думского комитета по международным делам Константин Косачев подтверждает, что работа в Женеве близится к завершению. «Основная часть текста уже согласована, но остаются некоторые последние вопросы, которые предстоит согласовать», — на брифинге для журналистов в четверг объявил представитель госдепа Иэн Келли.
Москва выражается столь же неопределенно. «Переговорный процесс продолжается, идет работа над его завершением. Я думаю, что просто необходимо проявить терпение и дождаться объявления итогов переговоров», — объявил на четверговом брифинге официальный представитель МИДа Андрей Нестеренко
По информации Косачева, «предстоит еще очень много согласовывать», но и это не мешает рассматривать вариант Копенгагена как возможный. «Такая вероятность существует», — заметил депутат. «Из наших столиц будет попытка привязать подписание договора к копенгагенскому саммиту», — уверен Косачев.
По словам Косачева, который в конце декабря присутствовал на переговорах в Женеве, команды переговорщиков проводят «по четыре-пять сеансов связи с руководством в течение дня по всем принципиальным вопросам».
Ранее администрации президентов США и России объясняли, что вмешательство в работу над документом на самом высоком уровне необходимо только в крайнем случае. Однако уже в понедельник в Москве побывала старший замгоссекретаря США Эллен Таушер. Вместе с замглавы российского МИДа Сергеем Рябковым она возглавляет двустороннюю рабочую группу по контролю над вооружениями и международной безопасностью. В ходе переговоров был поднят и вопрос о будущем СНВ, подтвердили в официальном сообщении со Смоленской площади. Деталей беседы участники не раскрыли.
Впрочем, Обама и Медведев периодически обсуждают новый СНВ в телефонных переговорах.
Пока идут переговоры, Россия продолжает испытывать возможности своих стратегических сил. И если испытания баллистической ракеты «Булава», предназначенной для установки на подводных лодках, в среду вновь провалились, то мобильная межконтинентальная ракета «Тополь-М», запущенная в четверг с полигона в Астраханской области, отработала хорошо.
По информации СМИ, вокруг производства «Тополя-М» (межконтинентальных ракет с разделяющимися головными частями индивидуального наведения РС-24) и их аналога, размещающегося на подводных лодках, несчастливой «Булавы», разгорелся один из самых важных споров.
Россия принципиально настаивала на прекращении инспекций США на ракетном заводе в Воткинске, где производятся эти ракеты. Это требование было выполнено сразу же по истечении срока действия СНВ-1 в минувшую субботу. «Хотя мобильные ракеты можно контролировать, допустим, со спутника, главным способом контроля был их подсчет с учетом ограничения районов базирования и развертывания», — рассказал «Газете.Ru» глава Центра международной безопасности ИМЭМО Алексей Арбатов.
В качестве ответного шага США настаивают на сохранении процедур контроля за телеметрией ракет. Этот вопрос может оказаться самым важным, считает Арбатов. «В Договоре СНВ-1 среди прочих ограничений содержалась статья о забрасываемом весе баллистических ракет, то есть сокращении полезной нагрузки ракет. Поскольку контролировать сокращение забрасываемого веса трудно, было принято решение о полной открытости телеметрии, включая обмен магнитными кассетами, на которой записываются данные. Поскольку о забрасываемом весе в условиях, когда никто ни с кем воевать не собирается, речь не идет, Москва предложила отказаться от этого правила», — рассказал Арбатов. США, однако, возразили, намекая, что сохранение обмена телеметрическими данными отвечает, как ничто иное, режиму открытости. «Для Вашингтона это более критический вопрос, чем Воткинск», — считает научный специалист Института Брукингса Стивен Пайфер.
