«Это уже практически военно-административная экономика»

— Национальная ассамблея Венесуэлы в среду проголосовала за предоставление президенту страны Николасу Мадуро чрезвычайных законодательных полномочий сроком на год. Теперь Мадуро сможет издавать декреты без одобрения парламента. С какой целью глава Венесуэлы расширил сейчас свои полномочия?

— Он следует своему учителю Уго Чавесу, который неоднократно прерывал полномочия Национальной ассамблеи и правил декретами. Причина, по которой Мадуро пошел сейчас на это, — это совершенно катастрофическое экономическое положение, почти 50% инфляция. Это рекорд для Венесуэлы, потому что последний раз такое было в 1950 году. Сейчас власти пытаются насытить товарный рынок продуктами первой необходимости. С этой целью они даже ввели войска в магазины (на прошлой неделе Мадуро заявил о введении госконтроля цен на товары и услуги во всех отраслях экономики с целью их снижения. – «Газета»). Войска контролируют рост цен. Но это не панацея. Экономика идет ко дну.

И самое главное, что существует нехватка именно продуктов первой необходимости.

Мадуро пытается силовыми путями это урегулировать. То есть заставить предпринимателя, который отвернулся от него, как отвернулся еще от Чавеса, продавать по такой-то цене такой-то продукт. Это чисто административная экономика.

— Что могло бы помочь венесуэльской экономике? — Чавес разорвал все отношения с достаточно сильным предпринимательским слоем. Он также практически разорвал отношения с церковью, со студенчеством. На ум сразу приходит предположение, что помочь Венесуэле могли бы из-за рубежа. Однако немногие страны стремятся сейчас насытить венесуэльский рынок хотя бы даже продуктами продовольствия. Никарагуа пытается черной фасолью как-то компенсировать тот долг, который она имеет за поставки практически бесплатной нефти. Но это не решение проблемы. То же самое пытается где-то сделать Аргентина, Бразилия. Но каждый думает о себе прежде всего. И никто просто так Мадуро ничего не подарит.

— Венесуэльцы поддерживают политику своего президента? — Он смог несколько повысить свой рейтинг, когда предметы домашнего обихода под конвоем военных буквально вытаскивались из магазинов, у которых собрались огромные очереди, — но это же когда-то кончится. Поэтому я не вижу никаких серьезных перспектив у Мадуро поднять экономику. В любом случае без экономического сообщества, которое полностью отвернулось от него, этого сделать не получится. Сейчас он пытается отрегулировать экономику военными методами, даже куда более жестко, чем действуют кубинцы.

— Вы считаете, он больше не сможет прикрываться именем Чавеса? — Харизма Чавеса уже дала сбой, и Мадуро ни в коем случае не является наследником Чавеса, хотя и хочет им казаться. Мне кажется, что Чавес при всей его разрушительности не доходил до таких крайностей, как Мадуро. А сейчас это уже практически военно-административная экономика. А сколько она может продержаться, учитывая то, что цены на нефть не растут? На кого ему рассчитывать? На Кубу — нельзя ни в коем случае. Потому что Куба сама еле-еле сводит концы с концами и пытается реформами оживить внутренний экономический рынок.

А Мадуро, наоборот, пытается всячески создать образ врага, имея в виду предпринимательство.

По его мнению, только предприниматели виноваты в коррупции.

Честно говоря, я думал, что Мадуро все-таки пойдет на какие-то компромиссы, потому что деваться больше некуда. Но он идет другим путем, жестким.

При этом окружение Мадуро, его, казалось бы, главные партнеры потихонечку отворачиваются от него. И чувствуется, что он теряет рейтинг даже среди своих стопроцентных союзников. Имеется в виду и генералитет, которому он повысил зарплату, тот же парламент, который проголосовал за то, чтобы Мадуро дать такие полномочия. И, самое главное, та массовая база среди населения, поддерживавшая Чавеса, скукоживается со страшной силой, как шагреневая кожа.

— Каковы ваши прогнозы? Удержится ли Мадуро на посту? — 8 декабря в Венесуэле пройдут муниципальные выборы. И хотя это всего лишь местные выборы, он уже очень сильно жмет на административный ресурс, чтобы их выиграть. Однако я совершенно не уверен, что 8 декабря он получит большинство в местных органах. И если он проиграет, то тогда-то ему нужно будет думать, что делать, если он еще на это способен.

— Как оппозиция готовится к этим выборам? Насколько сильны ее позиции? — Нельзя сказать, что оппозиция сильна. Да, Энрике Каприлес почти выиграл президентские выборы. Но такой мощной консолидации, какая была против Мадуро, когда образуется некий фронт, в который входят и студенты, и церковь, и предприниматели, и так далее, пока я не чувствую. Но, возможно, после 8 декабря, если вдруг выборы будут фальсифицированы, будут выступления на улицах. Мадуро уже предупредил: тех, кто не признает результаты выборов, мы будем считать своими национальными врагами.

— Как изменилась внешняя политика Венесуэлы за время правления Мадуро? Появились ли у него какие-то новые союзники? — Новых союзников не появилось. И старые союзники, те, которых спонсировал Чавес дешевыми поставками нефти, — это малюсенькие государства. Но есть такая мощная сила, как Китай, который очень много вкладывал в Венесуэлу. И с Чавесом у Китая были достаточно теплые отношения. Но когда Мадуро вместо того, чтобы полететь на Генассамблею ООН, полетел в Китай и там просил о пяти миллиардах долларов кредита, Китай ответил, что на какие-то конкретные проекты они могут дать деньги. Но они должны точно знать, каковы будут результаты, каково технико-экономическое обоснование.

В результате Мадуро из Китая вернулся ни с чем. А это была, мне кажется, его последняя надежда.

— Изменились ли отношения Венесуэлы с США за время президентства Мадуро? — Соединенные Штаты терпят и, к счастью, не делают больших глупостей, которые они делали при Чавесе, когда его просто толкали в объятия Москвы. Они прекрасно понимают, какой будет резонанс в Латинской Америке при откровенном вмешательстве во внутренние дела Венесуэлы. Сейчас у Соединенных Штатов политика несколько более сдержанная, они занимают выжидательную позицию. Они смотрят, что же произойдет.