Цивилизация
— Расскажите о ваших ощущениях от обмена пленными. Какая была атмосфера на КПП?
— Конечно, изначально атмосфера была нервная. Особенно в начале, когда представители обеих сторон сверяли документы и проводили приготовления к собственно обмену. Однако после того, как начали прибывать пленные и процесс наладился, все стали более расслабленными.
Тем более что некоторых ждали родственники, прибывшие на КПП. У них теперь есть возможность встретить праздники вместе.
В целом, мы оценили обмен пленных позитивно. Мы не зафиксировали каких-либо инцидентов, процесс был организован на хорошем уровне.
— Изначально было запланировано, что обмен произойдет в час дня, однако все началось только в три. Да и сам процесс растянулся до вечера. С чем связаны задержки?
— Мы в принципе ориентировались на многочасовую работу. Я бы не сказал, что были существенные задержки по времени. Больше всего времени заняла сверка документов и списков пленных.
Несколько недель назад представители МККК имели возможность поговорить с большинством узников, чтобы выяснить у них, готовы ли они вернуться обратно. Тем не менее, с согласия сторон, мы договорились провести такие же беседы непосредственно на КПП. Это тоже потребовало времени: все-таки, речь о более чем 300 именах.
— С украинской стороны были заявления, что 43 человека не захотели возвращаться в ЛНР и ДНР. Так ли это?
— У меня нет конкретных цифр, но мы говорим примерно о 30-40 людях. Иными словами, общее число пленных, меньше, чем 380, о которых было изначально заявлено.
Большинство с украинской стороны отказалось возвращаться еще несколько дней назад, в ходе первого раунда наших интервью. Так что на КПП «Майорск» их уже не было. Тем не менее, сегодня, в ходе второго раунда интервью, еще несколько человек с украинской стороны изменили свое мнение и попросили остаться.
— На КПП «Майорск» вы проводили те же беседы с пленными, которые передавали ЛНР и ДНР украинской стороне?
— С большинством из них. К сожалению, не удалось пообщаться со всеми.
— Кто-то из них выразил желание остаться?
— Нет, из этой группы пленных никто не выразил такого желания.
— Чем объясняли свое решение те, кто решил остаться?
— В ходе бесед свое решение не возвращаться они объясняли рядом причин. Но по соображениям конфиденциальности я не могу их перечислять.
— Что произойдет с теми, кто решил остаться?
— Практически все из тех, кто остался на украинской стороне, либо уже отбыли наказание, либо были амнистированы. Поэтому, как я понимаю, они останутся на Украине как свободные люди.
Впрочем, я не уверен, что у всех этих людей на данный момент есть необходимые документы. Наша делегация неоднократно просила украинские власти сделать так, чтобы у всех пленных, которые прошли через сегодняшний обмен, не возникло проблем с документами.
— Как проходил обмен с формальной точки зрения? Что происходило на КПП?
— Представители обеих сторон приехали на КПП «Майорск». Украинская группа была, конечно, гораздо больше: в их списке значилось более 300 имен. То есть всего восемь-девять автобусов. Автомобили остановились за несколько километров до КПП.
Прибыли представители обеих сторон, которые сначала еще раз сверили списки пленных, подлежащих обмену, их имена и прочие личные данные. Это было довольно долго, учитывая, что мы говорим о более чем 300 пленных.
После делегация МККК совместно с представителями сторон конфликта провели с пленными беседы, в ходе которой те могли сказать: готовы ли они вернуться на противоположную сторону. Это тоже заняло несколько часов. После прошел собственно обмен.
— Помимо бесед с пленными, чем занималась делегация МККК в ходе обмена?
— Изначально, несколько недель назад, обе стороны конфликта обратились к нам с просьбой помочь в организации процесса. Как нейтральная сторона мы, конечно же, согласились.
Украинской стороне мы помогли с временным размещением пленных перед обменом. Кроме того, мы предоставили Киеву автомобили для перевозки этих людей.
Противоположной стороне мы также предлагали помощь. То, что мы предоставили Луганску и Донецку — это, например, теплую одежду для пленных, чтобы им не было холодно сразу после освобождения. Также мы помогали с продовольствием.
Кроме того, наша делегация предложила помощь в осуществлении перевозки пленных к КПП, но они к тому времени уже организовали собственный транспорт.
Еще одно предложение, которое мы сделали этой стороне — использовать наши базы данных и возможности для восстановления семейных связей пленных, чьи родные оказались разделены конфликтом.
Кроме того, мы неоднократно призывали Луганск и Донецк дать нам доступ к местам содержания заключенных. Надеемся, на этом направлении тоже можно будет добиться прогресса.
— То есть с обеих сторон до сих пор находятся узники?
— Да. У нас нет точной статистики, на которую я могу сослаться. Но мы уверены, что узники, связанные с конфликтом, остаются с обеих сторон.
— Возможен ли новый обмен пленными в будущем?
— Если будут такие предложения, мы готовы помочь.
