Среди всех разнообразных динозавров, наверное, самой яркой и узнаваемой внешностью обладали всё-таки зауроподы. Среди этих длинношеих гигантов, внешне напоминавших помесь нынешних жирафа и слона, числились самые крупные животные в эпоху динозавров, а возможно, и во всей истории Земли. Посоперничать в размере с брахиозавром и диплодоком может только современный синий кит, однако сравнивать их не совсем честно: гигантам куда проще жить в воде, где их тело поддерживает сила Архимеда, чем на твёрдой поверхности.
подотряд вымерших растительноядных пресмыкающихся отряда ящеротазовых динозавров. Жили в юрском и меловом периодах.
Зауроподы – одни из крупнейших (до 30 м) животных, когда-либо существовавших. Характеризуются массивным, но относительно коротким туловищем, колонноподобными ногами, длинными шеей и хвостом и сравнительно небольшой головой.
Обитали, вероятно, в крупных водоёмах типа больших озёр, внутриматериковых морей и так далее. Два семейства с большим числом родов и видов, среди которых наиболее известны диплодок, апатозавр (бронтозавр), брахиозавр, камаразавр и другие.
Многочисленные остатки зауропод известны на всех материках; в России – из Забайкалья.
Однако такая точка зрения о назначении длинной шеи кажется сомнительной австралийскому палеонтологу Роджеру Сеймуру из Университета Аделаиды. В короткой статье, принятой к публикации в Biology Letters, Сеймур замечает, что
поднятая 10-метровая шея заставила бы животное использовать половину всей генерируемой организмом энергии на простое поддержание кровотока.
заключается в том, что вес жидкости, налитой в сосуд, может отличаться от силы давления, оказываемой ею на дно сосуда. Так, в расширяющихся кверху сосудах сила давления на дно меньше веса жидкости, а в суживающихся – больше. В цилиндрическом сосуде обе силы одинаковы.
Если одна и та же жидкость налита до одной и той же высоты в сосуды разной формы, но с одинаковой площадью дна, то, несмотря на различный вес налитой жидкости, сила давления на дно одинакова для всех сосудов и равна весу жидкости в цилиндрическом сосуде. Это следует из того, что давление покоящейся жидкости зависит только от глубины под свободной поверхностью и от плотности жидкости.
Объясняется гидростатический парадокс тем, что поскольку гидростатическое давление всегда нормально к стенкам сосуда, сила давления на наклонные стенки имеет вертикальную составляющую, и их реакция компенсирует вес излишнего против цилиндра объёма жидкости в сосуде, расширяющемся кверху, и вес недостающего против цилиндра объёма жидкости в сосуде, сужающемся кверху.
Гидростатический парадокс обнаружен французским физиком Блёзом Паскалем. В 1648 году Паскаль публично продемонстрировал парадокс. Он вставил в закрытую бочку, наполненную водой, узкую трубку и, поднявшись на балкон второго этажа, влил в эту трубку кружку воды. Из-за малой толщины трубки вода в ней поднялась до большой высоты, и давление в бочке увеличилось настолько, что крепления бочки не выдержали, и она треснула.
Так же и с зауроподами: даже узкая артерия, питавшая голову динозавра, – это тоже столб жидкости, и при высоте шеи в 9 м дополнительное давление в сердце, располагавшемся в туловище животного, составляло почти одну атмосферу – примерно 700 мм рт. ст. Ещё немного – скажем, 50 мм рт. ст. – нужно на то, чтобы, собственно, толкать кровь. В итоге получается лишняя атмосфера кровяного давления – 700-800 мм рт. ст. против примерно 100 мм рт. ст. у человека.
Чтобы создавать такое давление, нужна сердечная мышца, которая в 5 раз толще, и сердце, которое в 15 раз тяжелее, чем у животного с обычными пропорциями, давление крови которого порядка 100 мм рт.ст. Как подсчитали Сеймур и его коллеги в одной из предыдущих работ,
масса сердца динозавра с 9-метровой шеей должна была составить около 5% массы всего их тела.
Для 20-30-тонного динозавра это ни много ни мало тонна-полторы.
На этот раз учёный выяснил, сколько энергии уходило на поддержание кровотока. У большинства современных животных на кровоток уходит примерно 10% метаболической мощности организма. У жирафов за счёт очень высокого кровяного давления эта величина почти вдвое больше; вдвое толще у них и миокард – и это несмотря на то, что жирафы немного «хитрят», поднимая своё сердце высоко над землёй на удлинённых передних ногах.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"click": "on",
"id": "2315350",
"incutNum": 3,
"repl": "<3>:{{incut3()}}",
"uid": "_uid_2987076_i_3"
}
Таким образом, чтобы гонять кровь в голову, расположенную на высоте в 9 м над сердцем, необходимо увеличить метаболическую мощность сердца в 7,5 раз. Поскольку остальные части тела будут по-прежнему требовать столько же энергии, что и раньше, соответствующим образом с подъёмом головы должно измениться и количество вырабатываемой энергии. И половина из неё будет уходить просто на кровоток.
По мнению австралийского палеонтолога, даже самый эксклюзивный доступ к высоким листьям не стоит таких энергетических затрат.
Сеймур уверен, что зауроподы вряд ли поднимали шею на угол выше 20-30 градусов, и использовали её скорее для того, чтобы дотянуться до далёкой, а не высокой пищи. Возможность делать это, не сдвигая своё многотонное тело, многого стоила.
Кстати, и количество пищи, доступной неподвижному животному с длинной шеей, достигает максимума при невысоком расположении головы: в этом случае её можно поворачивать по очень широкой дуге. А если поднять голову высоко, то, как ты шеей ни крути, рот сможет ободрать листья лишь в очень небольшой окрестности «персонального зенита». Простая геометрия.
