Несмотря на то что возбудитель туберкулеза известен уже больше века, это заболевание как было, так и остается в первую очередь «социальным» — перенаселенные сырые помещения, недостаточное питание, курение, любовь к спиртному, плохое медобслуживание и прочие предрасполагающие факторы создают идеальный плацдарм для вездесущих микобактерий. Впрочем, это не мешает врачам и ученым постоянно искать все новые и новые средства борьбы с микобактериями, включающие не только антибиотики, но и более специфические методы воздействия.
Хайнц Ремолд из Гарвардской медицинской школы и его коллеги нашли механизм, позволяющий микобактериям подрывать обороноспособность первого «редута» — макрофагов, поглощающих все попадающие в организм чужеродные частицы.
Микобактерии, попавшие внутрь, практически полностью останавливают восстановление клеточной мембраны.
Дело в том, что мембраны, покрывающие все наши клетки, — очень пластичная и постоянно обновляющаяся структура. По своим свойствам они очень похожи на тонкую пленку масла на поверхности воды, легко разрываясь и соединяясь при необходимости. Именно благодаря этой текучести клетки могут не только передвигаться, но и захватывать чужеродные частицы (фагоцитировать) — макрофаг «обхватывает» бактерию складками своей мембраны, после чего та оказывается внутри пузырька, а пузырек — в цитоплазме клетки. Обычно после этого пузырек сливается с вакуолями, содержащими пищеварительные ферменты, чего микобактериям всегда удается избежать.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "2922742",
"incutNum": 2,
"repl": "<2>:{{incut2()}}",
"uid": "_uid_3216546_i_2"
}
Естественно, каждый раз после такого «поглощения» мембрана клетки становится несколько меньше. И если бы она не восстанавливалась, то клетка рано или поздно превратилась бы в шар (максимальный объем при минимальной площади) с натянутой оболочкой, физически не способной поглотить что-то новое, или в «решето» с многочисленными отверстиями в мембране.
Как показали авторы публикации в Nature Immunology, примерно это и происходит с макрофагами, «наевшимися микобактерий».
Сначала последние выходят из фагоцитарных вакуолей в цитоплазму клетки, а потом нарушают непрерывный процесс восстановления мембран. В «здоровой» клетке это восстановление идет благодаря постоянной подпитке «изнутри» — на место отпочковывающихся внутрь пузырьков приходят новые, сливающиеся с мембраной изнутри. Их содержимое, в свою очередь, оказывается снаружи. Эти пузырьки постоянно образуются из отдельных молекул в «аппарате Гольджи», после чего перемещаются к точке назначения по «рельсам» внутриклеточного скелета, состоящего из тончайших нитей.
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "2838280",
"incutNum": 3,
"repl": "<3>:{{incut3()}}",
"uid": "_uid_3216546_i_3"
}
К счастью для миллионов больных по всему миру, этим изыскания ученых не ограничились. Для начала Ремолд и соавторы вывели генетически модифицированные макрофаги, не способные синтезировать липоксин А4. Эти клетки куда лучше справлялись с микобактериями туберкулеза как in vitro, то есть в пробирке, так и in vivo — в организме, в данном случае — мышином.
То есть «дефектные» макрофаги лучше справляются с туберкулезом, чем полноценные.
Осталось только найти не «генно-инженерный» способ подавить синтез вышеупомянутого липоксина, и лекарство от туберкулеза будет готово. До тех пор, даже с помощью самых эффективных антибиотиков, макрофаги будут оставаться «предателями» — инкубаторами, только распространяющими инфекцию.
