14 октября 1864 года Альфред Нобель взял патент на право производства взрывчатого вещества, содержащего нитроглицерин. Затем последовали патенты на детонатор («нобелевский запал»), динамит, желатинированный динамит, бездымный порох и т.д. и т.п. Всего же ему принадлежат 350 патентов, причем далеко не все они связаны с взрывчатыми веществами. Среди них патенты на водомер, барометр, холодильный аппарат, газовую горелку, усовершенствованный способ получения серной кислоты, конструкцию боевой ракеты и многое другое.
Основное богатство принесло Нобелю производство изобретенного им динамита, патент на который был получен 7 мая 1867 года. Газеты тех лет писали, что свое открытие инженер сделал случайно. При перевозке разбилась бутыль с нитроглицерином, вылившаяся жидкость пропитала землю, и в результате получился динамит. Нобель всегда отрицал это. Он утверждал, что сознательно искал вещество, которое, будучи смешано с нитроглицерином, уменьшило бы его взрывоопасность. Таким нейтрализатором стал кизельгур. Эту горную породу называют еще трепел (от Триполи в Ливии, где она добывалась).
В военных целях «взрывчатка Нобеля» стала применяться только во время франко-прусской войны 1870-1871 годов, а вначале созданные им взрывчатые вещества использовались в мирных целях: для сооружения при помощи взрывных работ туннелей и каналов, прокладки железных и автомобильных дорог, добычи полезных ископаемых. Сам он говорил: «Мне бы хотелось изобрести вещество или машину, обладающие такой разрушительной мощностью, чтобы всякая война вообще стала невозможной». Нобель давал деньги на проведение конгрессов, посвященных вопросам мира, и принимал в них участие.
История химического оружия началась не вчера. Сначала его разработчики ставили своей целью просто убивать людей, причем, как показывает история Первой мировой войны, добились в этом серьезного успеха. Но чем дальше — тем больше становилось понятно, что убивать можно более простыми и массовыми способами.
Химическое, биохимическое и биологическое оружие представляют собой куда более тонкий, эффективный и страшный инструмент, особенно в условиях использования веществ, действие которых еще как следует не изучено.
Фентанил является синтетическим анальгетиком, производным фенилпиперидина, по химической структуре частично сходен с промедолом. Оказывает сильное, но кратковременное (при разовом введении) анальгезирующее действие. После внутривенного введения максимальный эффект развивается через 1-3 мин и продолжается 15-30 мин. После внутримышечного введения максимальный эффект наступает через 3-10 мин.
При применении фентанила, особенно при быстром введении в вену, возможно угнетение дыхания, которое может быть устранено внутривенным введением налоксона. Могут наблюдаться двигательное возбуждение, спазм и ригидность мышц грудной клетки и конечностей, бронхиолоспазм, гипотензия, синусовая брадикардия. Брадикардия устраняется атропином. Больным, леченым инсулином, кортикостероидами и гипотензивными средствами, вводят в меньших дозах.
К фентанилу могут развиться привыкание и болезненное пристрастие.
CS (хлорбензальмалонодинитрил) — слезоточивый газ. Открыт двумя американцами, Бен Corson и Роджер Staughton, в 1928 году, и получил своё название от первых букв фамилии ученых.
CS - бесцветное, мало летучее кристаллическое вещество с запахом перца. Температура плавления 95 °C; температура кипения 315 °C. Плохо растворяется в воде (0,01% при 30oC), умеренно — в спирте, хорошо — в ацетоне, хлороформе. Боевое состояние — аэрозоль. Применяется с помощью химических авиационных бомб, артиллерийских снарядов, генераторов аэрозолей и дымовых гранат. CS в малых концентрациях обладает раздражающим действием на глаза и верхние дыхательные пути, а в больших концентрациях вызывает ожоги открытых участков кожи, в некоторых случаях - паралич дыхания, сердца и смерть. Признаки поражения: сильное жжение и боль в глазах и груди, сильное слезотечение, непроизвольное смыкание век, чихание, насморк (иногда с кровью), болезненное жжение во рту, носоглотке, в верхних дыхательных путях, кашель и боль в груди. При выходе из зараженной атмосферы или после надевания противогаза симптомы продолжают нарастать в течение 15 - 20 мин, а затем постепенно в течение 1 - 3 ч затихают. Защита от CS- противогаз, иногда требуются средства защиты кожи.
Диазепам (Валиум) — широко используемое успокаивающее и противотревожное лекарство группы бензодиазепинов. Белый или белый со слабым желтоватым оттенком мелкокристаллический порошок, практически нерастворим в воде, трудно растворим в спирте. Препарат обладает успокаивающим, снотворным, противотревожным, противосудорожным, миорелаксантным (расслабляет мышцы) и амнестическим действием. Усиливает действие снотворных, наркотических, нейролептических, анальгетических препаратов, алкоголя.
Окситоцин — гормон гипоталамуса, место секреции которого находится в задней доле гипофиза. Имеет олигопептидное строение. Окситоцин оказывает стимулирующее действие на гладкую мускулатуру матки, повышает сократительную активность и в меньшей степени тонус миометрия. В малых концентрациях окситоцин увеличивает частоту и амплитуду сокращений матки, в больших концентрациях способствует повышению тонуса матки, учащению и усилению ее сокращений (вплоть до тетанических сокращений или развития тонической контрактуры матки). Окситоцин вызывает усиление секреции пролактина, а также сокращение миоэпителиальных клеток, окружающих альвеолы молочной железы, усиливая выработку молока. Окситоцин также обладает слабыми вазопрессиноподобными антидиуретическими свойствами. Обнаружено воздействие окситоцина на психо-эмоциональную сферу мужчин и женщин. Он вызывает более благожелательное расположение к другим людям, позволяет верить словам конкретного человека. Гормон участвует сразу же после родов в формировании отношения мать-ребенок. От концентрации окситоцина зависит проявление аутизма и синдрома Уильямса. Вызывает эрекцию сосков.
Автор статьи в Nature уверен: применение новейшего химического оружия должно быть строго ограничено не только в ходе военных операций, но и при использовании его государственными спецслужбами.
В пример он приводит тот же «Норд-Ост»: первоначально химическое воздействие оправдывали тем, что это наиболее бескровный и гуманный способ освободить людей. В этом случае есть возможность сохранить жизнь и преступникам — для допроса и суда. Однако на деле получилось совсем по-другому — все террористы были убиты. Американские военные, которые использовали слезоточивый CS газ во Вьетнаме, отнюдь не сохраняли жизни своим противникам: просто ослепленных было легче убивать. В обоих случаях не смертельное химическое оружие просто открыло дорогу и облегчило работу оружия обычного.
Конвенция о химическом оружии (полное название — Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении) открыта к подписанию в 1993 году. Согласно ее положениям, она вступила в силу после ее ратификации 65 государствами. Дата вступления в силу — 29 апреля 1997 года. Россия ратифицировала КХО в ноябре 1997 года и формально присоединилась к ней в декабре того же года.
КХО — уникальный документ, впервые в истории проверяемым образом запрещающий разработку, производство, накопление и применение оружия массового уничтожения. Иными словами, участники поставили перед собой цель — не только уничтожить целый класс оружия массового уничтожения, но и не допустить воссоздания такого оружия в будущем, его распространения.
Для наблюдения за соблюдением положений Конвенции была создана Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО) со штаб-квартирой в Гааге (Нидерланды).
Конвенция содержит два необычных положения. Во-первых, она вступает в силу после ее ратификации 65 государствами, вне зависимости от того, располагают они или нет химическим оружием. Во-вторых, оплата международных инспекций производится принимающей стороной. Это ставит в неравные условия те государства, где имеются запасы этого оружия. В период выполнения Конвенции образовалась значительная задолженность перед инспекторатом ОЗХО, что осложнило проведение необходимых проверок.
Конвенция о биологическом и токсическом оружии подписана в Лондоне, Москве и Вашингтоне 10 апреля 1972 года правительствами Великобритании, СССР и США. Вступила в силу 26 марта 1975 года. По состоянию на 2005 год ее подписали уже 155 стран. Государства-участники обязуются не развивать и не производить микробиологические или биологические реагенты или токсины за исключением необходимых для медицинских или иных мирных целей. Также конвенция запрещает создавать оружие на основе таких веществ и призывает уничтожать имеющиеся запасы оружия такого рода.
научные разработки веществ, воздействующих на людей тем или иным образом, за это время продвинулись далеко вперед и спектр биохимического оружия теперь очень широк.
Простым примером такого оружия являются возбудители болезни. Не так давно мир потрясали известия о рассылаемом по почте белом порошке — спорах сибирской язвы. Правда, разносчики болезней, которые используются в военных целях, должны либо иметь очень устойчивые и не разрушающиеся со временем споры (как у сибирской язвы), либо обладать способностью очень легко передаваться от человека к человеку (как оспа или легочная чума). Кроме того, против такого оружия можно бороться антибиотиками, хотя на данном этапе возможна разработка генетически модифицированных возбудителей болезни, устойчивых к известным лекарствам.
Однако современная наука уже не занимается такими «простыми» вещами, как массовые убийства или усыпления. Как отмечает Дандо, в исследованиях в этой области произошел сдвиг парадигмы.
При текущем уровне развития физиологии, биохимии и генетики можно разрабатывать реагенты, воздействующие на конкретный внутренний орган или биологическую систему человека на молекулярном уровне.
Существует и активно разрабатывается ряд препаратов (валиум и его новые аналоги, состав которых не разглашается), введение которых человеку вызывает резкое падение агрессивности. Некоторые компании уже рекламируют коммерчески доступный окситоцин, вызывающий в человеке внезапный взрыв доверия к собеседнику. Существуют вещества, введение которых вызывает у человека ступор: становится трудно говорить, ухудшается координация движений, мыслительные процессы замедляются. Даже известные и успешно применяемые в медицинских целях анестетики и успокоительные в больших дозах или при воздействии на здорового человека, не нуждающегося в лечении, могут стать оружием. Хотя эффективность таких доступных препаратов вызывает сомнения, такие исследования открывают путь для создания механизмов манипуляции эмоциями людей в военных целях.
Созданию такого оружия способствует и сдвиг в идеологии военных операций последнего времени.
Масштабные бои и сражения с большим количеством тяжелой техники уступают место гражданским войнам и мелким стычкам в стиле партизанских операций (вспомним Боснию, Ирак и Афганистан). В таких условиях оружие массового уничтожения неэффективно, нужно оружие массового успокоения и подавления воли (у вас не возникает ассоциаций со Стругацкими и их «Обитаемым островом» с его «воспитательным» излучением?).
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"id": "2689339",
"incutNum": 4,
"repl": "<4>:{{incut4()}}",
"uid": "_uid_3238463_i_4"
}
Ситуация усугубляется тем, что граница между «лечить» и «калечить» в данном контексте очень тонка. Лекарство можно выдавать за оружие, а оружие за лекарство, как в ситуации с ядерной программой Ирана, когда спор о том, носит ли она мирный или военный характер, фактически неразрешим на данном этапе — пока мы не увидим результата.
Текущая динамика развития инструментов управления сознанием весьма тревожна, несмотря на то что большая часть исследований в этой области не предается огласке.
В заключении своей работе в Nature автор цитирует слова из заявления Ассоциации медиков Великобритании: «Если мы продолжим бездействовать и использование биохимического оружия не будет жестко регламентировано, мы вступим на скользкий путь, в конце которого — милитаризация биологии и намеренная манипуляция эмоциями, памятью, иммунными реакциями и даже репродуктивными способностями людей».
Трудно с этим не согласиться...
