Не за званиями, а за знаниями

Проблема плагиата и фальсификации данных в науке

Борьба с плагиатом в науке, которая коснулась губернатора Кировской области Никиты Белых и вице-президента РАН Александра Некипелова, принципиальнее сражений голливудских правообладателей с интернет-трекерами. Последние борются за прибыль, тогда как научная среда отстаивает свои базовые основы, чтобы выжить.

врез №
skin: article/incut(default)
data:

{
    "_essence": "test",
    "id": "2973529",
    "incutNum": 1,
    "repl": "<1>:{{incut1()}}",
    "uid": "_uid_3657201_i_1"
}

Плагиат научных трудов, к сожалению, стал обыденным делом в эпоху массовой доступности информации онлайн. Теперь, чтобы «позаимствовать у соседа» курсовую или фрагмент дипломной работы, больше не надо корпеть над пыльными бумагами в библиотеке – достаточно нажать кнопку на клавиатуре. Интернет полон соответствующих баз данных как в свободном, так и в коммерческом доступе. Общая культура преподавания в российских вузах сегодня невысока, и на студенческий плагиат вообще никто не обращает внимания: не того ранга проблема. Для сравнения: в Великобритании дипломы и диссертации в обязательном порядке проходят проверку специальной программой, которая вылавливает прямые цитаты без кавычек с точностью до нескольких слов; число «закавыченных» прямых цитат регламентировано. Поэтому доступный на просторах интернета контент никак не может помочь выпускнику — ему необходимо как минимум осмыслить и пересказать своими словами найденные материалы.

В российской реальности, когда общественные и политические деятели считают за благо иметь возможность приписать к своей фамилии ученую степень, плагиат (или заказные диссертации) принял характер поточного производства.

Близкая к научному сообществу газета «Троицкий вариант» неоднократно поднимала проблему плагиата, история которого полнится новыми и новыми примерами. Академию наук в свое время всколыхнули обвинения в плагиате, выдвинутые против вице-президента РАН экономиста Александра Некипелова. Президиум РАН тогда встал на защиту коллеги-академика, заявив, что «обвинения в… плагиате… не имеют под собой никаких оснований». Монография «Становление и функционирование экономических институтов. От «робинзонады» до рыночной экономики, основанной на индивидуальном производстве» издана и признана авторской, но авторитет фигурантов скандала сильно пошатнулся.

врез №
skin: article/incut(default)
data:

{
    "_essence": "test",
    "id": "1248427",
    "incutNum": 2,
    "repl": "<2>:{{incut2()}}",
    "uid": "_uid_3657201_i_2"
}

В конце мая обвинения в плагиате обрушились на кандидатскую диссертацию губернатора Кировской области Никиты Белых. Сам политик опроверг все обвинения и выступает в защиту оригинальности своей работы, однако история явно еще не закончена.

Справедливости ради следует отметить, что и западные политики местами не отстают от российских коллег, хотя им такие ошибки стоят куда дороже. Министр обороны Германии Карл-Теодорацу Гуттенберг, молодая звезда правящей партии ХДС, которого называли в числе потенциальных кандидатов на канцлерство, был вынужден подать в отставку, будучи уличен в плагиате при написании диссертации.

Все эти примеры объединяет довольно важный факт –

большим успехом методы, скажем так, неавторизованного заимствования пользуются у ученых, интересующихся гуманитарными дисциплинами.

В естественных науках случаи прямого плагиата реже: тем или иным образом в результатах их работы присутствует некий продукт – если не в форме колбы с веществом, то в форме результатов теоретического расчета. Метод получения этого продукта является предметом публикации и относительно легко подлежит последующей проверке, а возможное отсутствие ссылок на важные в этой области работы «выловят» рецензенты и компетентный редактор.

врез №
skin: article/incut(default)
data:

{
    "_essence": "test",
    "id": "3496098",
    "incutNum": 3,
    "repl": "<3>:{{incut3()}}",
    "uid": "_uid_3657201_i_3"
}

Борьбе с фальсификацией, фабрикованием научных результатов возможности информационного общества (то есть тот самый широкий доступ к статьям и другим материалам) не мешают, а наоборот, очень помогают. Особенно это касается необычных, революционных работ. «Extraordinary claims require extraordinary evidence» — и научное сообщество имеет все возможности потребовать этих доказательств.

«В синтетической химии сейчас есть прекрасные возможности своими руками проверить результаты вызывающих сомнение статей в кратчайшие сроки», — объяснил «Газете.Ru» кандидат химических наук, член совета молодых ученых РАН Дмитрий Перекалин.

«Яркий пример – прошлогодняя публикация китайских химиков в Journal of American Chemical Society, где они описывают реакцию окисления вторичных спиртов с помощью гидрида натрия. У любого химика вызывает большие сомнения возможность использования этого вещества в качестве окислителя, поэтому неудивительно, что нашлись желающие проверить возможность протекания этой реакции. Результаты проверки и всю дальнейшую историю можно прочесть в блоге химиков Totally Synthetic. Хронология примерно такова. Статья появилась онлайн (еще без номеров страниц, в рубрике ASAP – As Soon As Publishable) около 10 часов вечера по московскому времени. Около полудня следующего дня химик в Великобритании начал проверку, воспроизведя компоненты и условия реакции. В пять часов вечера проверка была закончена: он показал, что реакция действительно не протекает так, как ее описывают авторы статьи. Целевого продукта получается очень мало, гидрид натрия, конечно, не является окислителем, а процесс окисления идет из-за примеси кислорода, тем или иным образом попавшей в реакционную смесь.

То есть первая проверка закончилась менее чем за сутки с момента публикации.

За последующие пять дней реакция была проверена еще три раза в разных лабораториях (одна из них находилась в Австралии). Журналу пришлось снять публикацию», — рассказал Перекалин.

врез №
skin: article/incut(default)
data:

{
    "_essence": "test",
    "id": "3324193",
    "incutNum": 4,
    "repl": "<4>:{{incut4()}}",
    "uid": "_uid_3657201_i_4"
}

Так или иначе, фальсификация данных и плагиат – две разные проблемы. Если первое можно охарактеризовать как подлог, то второе – как воровство. Почему же проблема защиты авторского права в науке совсем не похожа – по тону дискуссии и по акцентам – на споры других защитников интеллектуальной собственности, тех же правообладателей кинофильмов с апологетами интернет-трекеров?

Если защита авторского права в кинематографе, современной музыке, отчасти литературе – это классический бизнес-процесс, оперирующий понятием потери или перераспределения прибыли, то копирайт в науке – вопрос этики и прогресса.

Ученые не получают денег за вынесенную в конце статьи ссылку, но чистота методов научного исследования, доверие к автору статьи – это залог движения вперед, приобретения нового знания.

Поэтому непреднамеренные недочеты в работе четко отделены от заведомо ненаучного подхода. Так,отзыв статьи из авторитетного медицинского журнала Lancet был спровоцирован заведомой недобросовестностью и ангажированностью медика, связавшего прививки с развитием аутизма. В то же время неутихающая критика авторов работы, обнаруживших замещение фосфора на мышьяк в биологических молекулах бактерий сконцентрирована на возможной поспешности сделанных выводов и недостатках выбранных методов. Участившиеся случаи плагиата в гуманитарных науках (как в России, так и за рубежом) говорят только об одном: все чаще люди приходят к таким диссертациям не за знаниями, а за званиями. Неслучайно, оправдываясь, тот же Никита Белых заявил:

«Вообще-то первым о плагиате должен заявлять автор: это его интересы и права нарушаются».

Для него это вопрос прав одного человека и другого человека — научная этика отсутствует в этих отношениях как категория.

Научное сообщество четко отличает конструктивный научный диалог (пусть даже его участники стоят на противоположных позициях) от борьбы с плагиатом и фальсификацией. Для него это не вопрос долларов, связанных со значком (С), а вопрос выживания.