Раскопки советской космической программы

Серный дождь

Результаты «раскопок» советских космических удач, связанных с Венерой, достаточно дружелюбной к отечественным зондам планетой, пришли из Австралии. Грехэм Доррингтон, специалист по аэронавтике из Мельбурнского королевского технологического института, по-новому взглянул на одну из самых успешных и результативных советских миссий — «Вега». Две советские автоматические станции «Вега-1» и «Вега-2» были предназначены для изучения Венеры и кометы Галлея. Аппараты выполнили и даже перевыполнили свою программу, однако сегодня ни на одном из сайтов государственных учреждений космической отрасли нет даже маломальского описания этой важной страницы отечественной космонавтики (кроме англоязычной странички с кадрами кометы Галлея на сайте Института космических исследований).

В своем исследовании, опубликованном в журнале Advances in Space Research, Доррингтон подверг сомнению считавшийся установленным факт, что зонды, впервые в истории изучавшие атмосферу другой планеты при помощи надувных баллонов, закончили свой полет из-за утечки гелия. Эти шары диаметром 3,5 метра летали в плотной атмосфере Венеры около двух дней на высоте 55 километров. Работа атмосферного модуля «Веги-1» продолжалась 56 минут, «Веги-2» — 46,5 часов.

Проанализировав данные о скорости баллонов над поверхностью планеты и характере их снижения, ученый пришел к выводу, что на полет зондов повлияло намокание в облаках серной кислоты.

Аппарат «Вега-2» в один момент так резко потерял высоту, что к этому могло привести только его быстрое намокание под сернокислым дождем. Более того, данные с высотомера убедили Доррингтона в том, что в определенный момент налипание серной кислоты на поверхность шаров остановило утечку гелия. Если выводы инженера верны, то советские аппараты миссии «Вега» можно считать первыми, попавшими под инопланетный дождь.

«Я бы очень желал пообщаться с конструкторами и инженерами, которые изготавливали баллоны к «Веге»: ведь эти полеты стали важнейшими достижениями аэронавтики XX века», — рассказал ученый «Газете.Ru». Найти этих ученых оказалось несложно, однако один из разработчиков спускаемых аппаратов — Вячеслав Линкин, по сей день работающий в ИКИ, — весьма скептично отнесся к выводам австралийца. «Мы считаем, что влияние осажденной жидкости на аппараты если и имело место, то было пренебрежимо мало», — говорит он. Он отметил также, что оболочка шаров была сделана из тефлона, чтобы она не разрушалась под действием серной кислоты.

По данным Линкина, на всем протяжении полета велись замеры высоты и вертикальной скорости зондов в атмосфере. «Учитывая эту скорость и аэродинамические характеристики зонда, всегда можно было оценить дополнительную силу, действующую на аэростат. И скорость снижения, которая измерялась по датчику давления, хорошо укладывалась на модель движения аэростата. То есть аэростат попадал в восходящие или нисходящие потоки, которые подбрасывали его или заставляли опускаться», — пояснил он.

В настоящее время ученый работает над разработкой приборов совместной миссии России и ESA «Экзомарс».

«Марс-3» нашелся

Отечественные любители космонавтики под руководством энтузиаста, сотрудника компании «Марс-Тефо» Виталия Егорова (признан в РФ иноагентом) разглядели на снимках Марса доказательства первых советских успехов в освоении этой планеты.

В 1971 году Советским Союзом к Марсу были запущены две миссии – «Марс-2» и «Марс-3» — каждая из которых состояла из орбитального зонда и спускаемого аппарата.

Оба корабля достигли планеты, однако «Марс-2» из-за неправильно выбранного угла вхождения в атмосферу разбился, а «Марс-3» стал первым искусственным аппаратом, совершившим мягкую посадку на этой планете.

Спускаемый отсек сел в кратере Птолемея, в точке с координатами 45 градусов южной широты и 202 градуса восточной долготы. Оказавшись на поверхности, «Марс-3» начал передачу данных, однако через 14,5 сек. сигнал пропал по неизвестной причине. Позднее предположили, что причиной поломки стал коронный разряд в антеннах передатчика.

В 2007 году камера HiRISE на борту орбитального аппарата Mars Reconnaissance Orbiter получила снимки этого района из космоса, и в декабре 2012 года Егоров и его единомышленники различили на кадрах возможные следы спускаемого аппарата.

По просьбе профессора Института геохимии и аналитической химии имени Вернадского (ГЕОХИ) Александра Базилевского команда MRO 10 марта 2013 года сделала с орбиты цветной снимок нужного участка поверхности с другим углом освещения. На снимках стал отчетливо виден парашют – он выглядит как яркое пятно диаметром 7,5 м. Кроме того, энтузиасты рассмотрели на кадрах спускаемый аппарат с четырьмя характерными раскрытыми лепестками. По мнению специалистов NASA, найденные на снимках артефакты и их взаимное расположение совпадают с расчетами и имеют предсказанную форму и размеры. Однако «альтернативные объяснения» не исключаются, говорится в сообщении NASA.