Поскольку сам Зельдович не любил траурные речи, то в самом начале на конференции один из его ближайших учеников, лауреат премии Кроуфорда, Грубера и Киото академик Рашид Сюняев предложил больше говорить о науке, чем о воспоминаниях. Но поскольку среди докладчиков было много его непосредственных учеников, ныне маститых ученых, выступления то и дело изобиловали яркими впечатлениями ученых о самом академике и забавными случаями, связанными с ним.
Одним из первых было выступление современника Зельдовича, видного эстонского астрофизика Яана Эйнасто, которому буквально накануне конференции была присуждена престижная международная премия по космологии имени Грубера.
Поэтому про гениальность и нестандартные подходы Я Бэ, как его часто называют ученые, вспоминали, о чем бы ни шла речь.
«Я считаю, в своей жизни он ошибся только раз, в день смерти отправившись на работу», — сказал один из выступавших.
О том, каким Яков Борисович был отцом и за что ругал сына во время байдарочного похода в Горьковской области, рассказал член-корреспондент РАН Борис Зельдович, специалист по нелинейной оптике.
Интерес среди астрофизиков вызвал доклад Фионы Харрисон из Калифорнийского технологического института, которая рассказала об открытии в ходе космической миссии NuSTAR необычного объекта — сверхмощного рентгеновского источника, особенностью которого является четкий период пульсации. «Про открытие никто раньше не знал. Дело в том, что об этом классе объектов — сверхмощных рентгеновских источников — давно идут споры: являются они черными дырами сверхбольших масс или небольших. И тут вдруг показывают, что один из таких источников — нейтронная звезда.
Но, пожалуй, главной темой обсуждений и споров на конференции стали доклады, посвященные мартовскому открытию, сделанному при помощи антарктического эксперимента BICEP2. Вот уже три месяца, как тема первичных гравитационных волн, отголоски которых якобы найдены в поляризации реликтового излучения, вызывает споры у разных групп теоретиков и экспериментаторов. Еще бы, ведь слабая рябь в картине так называемой B-моды поляризации реликтового фона предсказана моделями инфляционного расширения Вселенной, которое происходило в первые доли секунды после Большого взрыва.
Поэтому русскому физику Андрею Линде, который едва не потерял дар речи, когда узнал о результатах BICEP, уже прочат Нобелевскую премию.
Однако вскоре после обнародования сенсационных данных весной стали высказываться возражения, что поляризация, которую видят астрономы, вызвана не первичными неоднородностями ранней Вселенной, а всего лишь пылью, через которую проходят фотоны реликтового фона, летя сквозь толщу нашей Галактики.
И что якобы этот эффект был подсчитан гарвардской командой BICEP2 неаккуратно, дескать, они просто использовали для этого данные с «прозрачки», которая демонстрировалась на одной из презентаций космической миссии Planck.
С обнародованием результатов миссии Planck астрономы и связывают скорое разрешение споров, однако еще до этого на московской конференции член команды Planck впервые официально фактически поставил под сомнение результаты BICEP2.
«В своем докладе лидер наиболее результативного прибора HFI на спутнике Planck, член Французской академии наук Жан Лу Пуже еще раз озвучил известный верхний предел спутника на параметр поляризации r < 0.1 (при этом, по данным BICEP, r оценивается в 0,2) и сказал, что команда Planck опубликует результат, основанный с учетом всего объема данных, осенью этого года. Кроме того, профессор Пуже продемонстрировал результаты спутника Planck, свидетельствующие о том, что межзвездная пыль в нашей галактике также дает существенный вклад в поляризацию B-моды у фонового излучения, наблюдаемого в различных направлениях на небе. Стало ясным, что интерпретация нашумевших данных BICEP2 требует учета вклада межзвездной пыли в наблюдаемый сигнал, который до этого считался малым», — пояснил «Газете.Ru» академик РАН Рашид Сюняев.
«Становится ясно, что с интерпретацией и освещением данных эксперимента BICEP2 участники эксперимента и научные журналисты немного поторопились.
Дополнительная информация, содержащаяся в данных спутника Planck, позволит нам всем узнать уже этой осенью, какую часть сигнала, обнаруженного в эксперименте, обеспечивает межзвездная пыль. Отмечу, что никто пока не выражает сомнений в самой величине поляризации B-моды. Вопрос лишь в том, какая часть сигнала приходит от времени инфляции, а какая — от привычной всем астрономам межзвездной пыли, которой, как считалось, достаточно мало в направлении на площадку, сканировавшуюся в течение нескольких лет прибором BICEP2», — добавил академик.
Не верит в результат гарвардского эксперимента и другой известный астрофизик Вячеслав Муханов, который в шутку вспоминал, что трое из известных ученых, фотографировавшихся когда-либо у него дома, впоследствии получали Нобелевскую премию. Год назад он сам вместе с известным российским космологом Алексеем Старобинским получил Груберовскую премию за создание моделей расширяющейся Вселенной.
Все эти дни академик Сюняев не скрывал радости от того, что конференция удалась, несмотря на политическую ситуацию, и насколько сильным оказался состав ее участников.
Нашел время зайти на конференцию и президент РАН Владимир Фортов», — поделился он.
На торжественном фуршете, устроенном рядом с образцами российских космических аппаратов, иностранные гости стали живо интересоваться отдельно стоящим скромным столиком, на котором были представлены образцы крымских крепленых вин — массандровского хереса и портвейна. Вина явно пользовались успехом.
