Застрявшие в пещере в Таиланде юные футболисты спасены, но их история еще не закончена — они по-прежнему в поле зрения журналистов и документалистов. Один из первых документальных фильмов о них, «В ловушке тайских пещер», выйдет 22 июля в 11:00 на Discovery Channel. С детьми сейчас работают врачи и психологи — пока до конца не ясно, смогли ли дети благополучно пережить случившееся или пострадали от психологических травм. «Газета» поговорила с основателем и директором Института детской травмы в США Рикки Гринвальдом о том, что ждет детей в будущем.
— С помощью чего психике детей удалось справиться с заточением в пещере?
— На мой взгляд, вообще удивительно, что дети так хорошо справились. Я предполагаю, что была важна поддержка группы и тренера.
Сплоченность дала эмоциональную поддержку, а тренер обучил детей медитации.
Это позволило детям быть более спокойными и терпеливыми и сберечь силы.
— Как случившееся повлияет на их будущее, взрослую жизнь?
— Это один из важнейших вопросов, и это еще предстоит выяснить. Влияние этих событий на детей может различаться просто в силу особенностей их личностей. Кто-то может получить психологическую травму и столкнуться с гневом, тревогой, депрессией, агрессией, начать злоупотреблять психоактивными веществами. Посттравматический стресс может оказаться хроническим, но от него можно и излечиться. Я надеюсь, состояние детей будет под контролем и в случае выявления психологической травмы они получат надлежащую помощь.
Если же ребенок не был травмирован или сумел проработать травму и избавиться от нее, возможно, такой опыт приведет к внутреннему росту и закалке характера.
Те, кто справился с таким испытанием, могут стать более упорными и уверенными в себе.
— В чем может выражаться травма? Им будет страшно заходить в пещеры или что-то в этом роде?
— Множество неприятных переживаний мы прорабатываем со временем. Мы думаем об этом, смеемся, плачем. Но опыт может оказаться эмоционально подавляющим, и вместо того, чтобы прожить его, мы его отталкиваем. Человек говорит — «Я пытаюсь забыть об этом». Это обеспечивает облегчение, но не позволяет «переварить» события. Это одно из определений травмы — болезненное воспоминание, которое никак не прорабатывается и остается травмирующим, приводя к ряду негативных симптомов.
Я надеюсь, с детьми будут работать профессионалы, которые распознают признаки психологической травмы. В противном случае посттравматические симптомы могут сохраняться всю жизнь. И да, одним из таких симптомов может стать избегание пещер или иных замкнутых пространств.
— Важно ли было дайверам выстроить доверительные отношения с мальчиками?
— Полагаю, да. Мальчикам предстояло доверить им свою жизнь, следуя их инструкциям в опасном и сложном путешествии.
— Как можно предотвратить панические атаки в таких условиях? Нехватка воздуха и продовольствия, психическое и физическое истощение, страх... Насколько это тяжелее для ребенка по сравнению с взрослым?
— Эмоциональная поддержка со стороны группы, думаю, снизила уровень паники. Также тренер оказался хорошим руководителем, что позволило группе сплотиться. Обычно дети паникуют сильнее взрослых, но в конкретно этом случае их сплоченность позволила сохранить спокойствие. Объединить взрослых было бы сложнее.
Поэтому, думаю, в данном случае юный возраст оказался преимуществом, позволившим тренеру объединить детей.
Паника могла сильно осложнить спасательную операцию. Поэтому дети получили противотревожные препараты перед тем, как их вывели на поверхность.
— Что можно сделать, чтобы избежать проблем у этих детей в будущем?
— Я думаю, пока все идет хорошо — спасение, медицинская помощь, воссоединение семьи. Последующие шаги будут более сложными, поскольку они менее очевидны. Семьям и окружающим людям придется наладить взаимодействие с детьми в зависимости от их потребностей. Никто ведь не учил родителей, как общаться с детьми, которые столько дней провели в пещере. Им понадобится помощь профессионалов.
Очень важно учесть эмоциональные потребности ребенка сейчас и в ближайшем будущем. Если выяснится, что он травмирован, необходимо предоставить ему своевременную помощь психотерапевта. Иначе травма может остаться на всю жизнь.
