Сергей Киров погиб в возрасте 48 лет. На тот момент он восемь лет был партийным лидером Ленинграда. Кирова знали в народе, он много выступал на заводах перед рабочими, также, как считается, ему лично благоволил Иосиф Сталин. Так, нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов прямо называл Кирова любимчиком Сталина, а дочь Сталина Светлана Аллилуева говорила, что он был давним и «большим другом нашей семьи».
В день убийства, 1 декабря 1934 года, Киров приехал в Смольный институт, где находился Ленинградский горком и обком ВКП(б). Он шел в свой кабинет, личный охранник отстал в коридоре и потерял его из вида. В этот момент к Кирову подошел Николаев и убил его, выстрелив в затылок из револьвера. В истории этот инцидент остался как единственное (кроме нападения на Владимира Ленина в 1918 году) успешное покушение на высшего советского лидера.
После убийства Николаев, согласно официальной версии, попытался застрелиться, но промахнулся и потерял сознание. Его задержали, приговорили к смертной казни и менее чем через месяц расстреляли.
Советское руководство заявило, что Николаев действовал не единолично и Кирова убила группа заговорщиков — врагов народа. Под предлогом борьбы с этими врагами правительство запустило маховик репрессий. Сталин с выгодой для себя использовал смерть Кирова, подвязав к ней преследования и разгром тех, кого он считал политическими противниками. Репрессии приобрели широчайший размах, за один 1935 год из Ленинграда и Ленинградской области были высланы больше 39 тыс. человек.
Самые популярные теории вокруг убийства — что Кирова на самом деле поручил убить Сталин, или что Николаев застрелил его из-за ревности, так как Киров пользовался популярностью у женщин и увел у него жену. Однако обе эти версии до сих пор не нашли достоверных исторических подтверждений, хотя в 2009 году общественность получила доступ к дневнику и письмам убийцы.
Сейчас историки склоняются к тому, что Николаев действовал самостоятельно. Он пытался сделать карьеру по линии партии, но не сумел из-за собственных просчетов. Николаев отличался неуравновешенной психикой и решил отомстить Кирову за свои неудачи. Убийство же удалось не из-за хорошей подготовки тайного заговора, но благодаря стечению обстоятельств.
Донос, который мог спасти Кирова
Николаев смог подобраться к Кирову, по всей видимости, во многом при помощи собственного везения. За полтора месяца до убийства его задержали около дома Кирова, когда Николаев выслеживал жертву и вел себя подозрительно. Однако после непродолжительной проверки его отпустили, найдя партийное удостоверение. Николаев объяснил, что хотел обратиться к Кирову «по личному вопросу о работе».
О том, что Николаев готовит убийство, также сообщила НКВД секретная осведомительница Волкова, работавшая на спецслужбу под псевдонимом «Змея». Но чекисты не поверили ей и проигнорировали донесение. Позже они были за это осуждены. Именно с этой частью дела теперь будет разбираться Верховный суд России.
Суд рассмотрит 6 апреля представление прокурора на приговор в отношении трех сотрудников НКВД: Бальцевича Мечислава, Мосевича Андрея и Янишевского Дионисия. Согласно фабуле советского приговора, осенью 1934 года Волкова рассказала Мосевичу, что на Кирова готовится покушение. Однако тот «не придал этому материалу должного значения и держал этот материал без движения». То же самое Волкова сообщил и в другой отдел, где работал Янишевский. Тот поручил проверить информацию Мечиславу, однако Мечислав «сразу, без всяких оснований решил, что заявления Волковой ложны».
В итоге НКВД посчитало поведение самой Волковой подозрительным и установило за ней наружное наблюдение, которое «помешало ей вести дальнейшую разработку». Затем Волкову арестовали, чтобы добиться от нее признания, что она сделала ложный донос. НКВД отправило женщину «без всяких к тому оснований» в психиатрическую больницу.
Советский суд приговорил Бальцевича «за преступно халатное отношение к служебным обязанностям» к заключению в концлагерь сроком на 10 лет, а Янушевского и Мосевича «за халатное отношение к служебным обязанностям» — к заключению в концлагерь на 2 года каждого.
На деле стоит гриф «секретно», поэтому на каком основании российская прокуратура решила сейчас попросить Верховный суд пересмотреть приговоры чекистам, неизвестно.