Главное препятствие для широкого внедрения фаговой терапии — не наука, а система регистрации лекарств: препарат из бактериофагов невозможно «заморозить» в неизменном виде, поэтому он не укладывается в существующие регуляторные процедуры. Об этом «Газете.Ru» рассказал Андрей Летаров, доктор биологических наук, заведующий лабораторией вирусов микроорганизмов Института микробиологии им. С.Н. Виноградского РАН, профессор кафедры вирусологии биологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова.
Судьба фаговой терапии в разных странах сложилась противоположным образом: в СССР с 1930-х до первых послевоенных лет был «золотой век» фагового метода, которым занимались ведущие ученые. На Западе от нее отказались еще в 1930-е, когда появились сульфаниламиды, а затем антибиотики широкого спектра действия. Однако быстрый рост резистентности патогенных бактерий заставил ученых во всем мире вспомнить о лечебных возможностях бактериофагов.
Сила метода, по словам Летарова, заложена в самой биологии фагов: «Мы используем адаптивный потенциал бактериофагов, который уравновешивает адаптивный потенциал бактерий. Мы не пытаемся соревноваться с бактериями собственным умом и удачливостью — мы используем огромный природный ресурс, который самовозобновляется и самосовершенствуется».
Именно эта способность фагов непрерывно меняться вступает в противоречие с системой регистрации лекарств. «Средство, которое вы сделали для пациента сегодня, завтра будет неактуально — нужны другие штаммы фагов. Если нет права быстро находить их и вводить в практику, вся история становится почти бессмысленной. А идея проводить клинические испытания с каждым новым фагом абсолютно абсурдна — это невозможно ни экономически, ни по времени», — пояснил ученый.
В России на рынке есть некоторое количество фаговых препаратов, но их регистрационные удостоверения достались от советского времени или начала 1990-х — «с тех пор гайки сильно закрутили», признается Летаров. Новых средств на основе фагов не удается зарегистрировать ни у нас, ни за рубежом, а лечить пациентов приходится в рамках исследовательских проектов с грантовым финансированием — брать оплату за это ни от пациентов, ни от страховых компаний не позволяет закон.
Столетний опыт применения фагов, отметил биолог, говорит о высокой безопасности метода: люди и так постоянно контактируют с фагами из окружающей среды, и в отличие от антибиотиков они не разрушают естественный микробиом. «Минимальные риски, которых, по оценкам экспертов, меньше известных рисков лечения зарегистрированными антибиотиками, стоило бы принять — и тогда фаговую терапию можно было бы внедрить на рутинной основе, дав толчок и практическим работам, и науке. Главный клин на самом деле юридический», — заключил Летаров.
Ранее биолог назвал терапию, которая может заменить антибиотики.