Цивилизация
В пятницу днем гражданка России Юлия Корсакова и ее сын Сергей возвратились из Турции. До этого около полутора месяцев новорожденный мальчик находился в турецкой клинике.
О ЧП на турецком курорте стало известно в начале сентября. Жители Твери — 26-летняя Юлия Корсакова, которая в тот момент была на 7-м месяце беременности, и ее муж Алексей Марянин — в конце августа отправились на отдых в Кемер. Внезапно у Корсаковой начались боли (как позже выяснилось, у нее произошло отслоение плаценты). Как рассказывала тогда «Газете.Ru» свекровь Корсаковой — Галина, Юлию на «скорой» отвезли в местную клинику. Врачи решили, что необходимо кесарево сечение. По словам Корсаковой, согласия на операцию у невестки спросить не успели: «Положили на операционный стол и надели на нее маску с наркозом». После того как недоношенный ребенок появился на свет, его переправили в другую клинику. Туда же приехал и отец новорожденного мальчика — Алексей Корсаков. По словам его матери, Корсакова не выпускали из клиники, пока он не подпишет «нужные документы». «Все бумаги были на турецком языке, и Корсаков подписал документы, не зная, что в них написано», — заявила она «Газете.Ru».
Как оказалось позднее, это был договор об оплате услуг медиков. Документ подразумевал, что день пребывания ребенка в клинике стоит $1,5 тыс.
За саму Корсакову семья заплатила около $700. Но забрать маленького Сергея Корсакова из клиники, не расплатившись, родители не могли. При этом медики постановили, что ребенок слишком слаб и поэтому должен находиться в инкубаторе около месяца, что стоит около $30 тыс.
Сначала семья попыталась решить проблемы с помощью страховки. Но вскоре выяснилось, что это невозможно. Страховку РОСНО молодая пара покупала на двух человек — так ее оформили в туристическом агентстве «Колумб», где была приобретена путевка. Кроме того, агентство заказало обычную страховку, не учитывая срок беременности. «По их словам, они не знали, что у РОСНО есть и другие виды страхования», — рассказала свекровь Корсаковой. К тому же преждевременного рождения сына не ожидали ни молодая семья, ни врачи, с которыми советовались супруги перед отъездом. «Чувствовала она себя отлично, анализы были хорошие, и врач дала ей добро», — поделилась собеседница «Газеты.Ru».
Семья Корсаковых попыталась собрать необходимую сумму, однако, поняв, что не в состоянии этого сделать, обратилась в прессу.
После многочисленных материалов СМИ и звонков журналистов страховщики заявили, что оплатят лечение ребенка и его обратный перелет, подчеркнув, правда, что делают это исключительно из благотворительных соображений.
Сначала страховщики хотели отправить ребенка домой в середине сентября. Однако приехавшие тогда в турецкий госпиталь российские врачи решили, что он еще слишком слаб. Перелет мальчика перенесли на октябрь. Все это время его мать тоже жила в Турции.
В пятницу в 14.14 самолет с Юлией Корсаковой и ее сыном приземлился в аэропорту Домодедово.
В полете ребенка сопровождали российские медики — врач Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии (НЦАГиП) РАМН Олег Ионов (он прилетал на осмотр ребенка в Анталью в сентябре), медсестра из того же центра и фельдшер Центра медицины катастроф. Российским врачам мальчика передали после выписки из турецкого госпиталя.
Мать и ребенка в аэропорту встречал не только отец, но и медики на реанимационной машине: сразу же по прилете мальчика отправили в Научный центр акушерства, гинекологии и перинатологии (НЦАГиП) РАМН. «Сейчас он еще очень мал — весит чуть меньше 1,5 кг, но состояние его стабильное, — рассказал «Газете.Ru» Олег Ионов. — Мы пока не знаем, как долго ребенок пробудет в этой клинике, это решится на месте, когда мы тщательно осмотрим ребенка».
Сама Юлия Корсакова также сообщила «Газете.Ru», что не знает, как долго ребенку придется находиться в столице. «Но, пока он будет здесь, я тоже не уеду из Москвы, — сказала молодая мать. — Пока, правда, не знаю где, но что-нибудь придумаю».
