Цивилизация
Генпрокуратура подготовила законопроект, по которому расследование по преступлениям небольшой и средней тяжести будут проводиться в кратчайшие сроки. Для этого «нетяжкие» предлагается передать дознанию, при котором необязательно предварительное следствие. Сроки разбирательства при этом значительно сократятся.
«Если стороны согласны, то дознание может быть завершено за одну-две недели, и так же в ускоренной форме пройти суд. В случае с преступлениями средней тяжести можно будет завершать дела за один-два месяца», — пояснил во вторник генеральный прокурор РФ Юрий Чайка. Его слова приводит агентство «Интерфакс».
По мнению генпрокурора, самое главное в этом то, что «удастся значительно сократить количество лиц, содержащихся в следственных изоляторах». Согласно данным прокуратуры РФ, сейчас в СИЗО треть всех обвиняемых находятся за нетяжкие преступления.
По ст. 15 УК РФ к преступлениям небольшой тяжести относятся умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает двух лет лишения свободы: оскорбление, халатность, кража. Преступлениями средней тяжести признаются умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает пяти лет лишения свободы, и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание превышает два года лишения свободы: неосторожное причинение смерти, уклонение от уплаты налогов и другие.
Также Чайка предлагает, чтобы в процессе, где решается избрание меры пресечения, кроме следователя, участвовал и прокурор. «Это было бы дополнительным барьером для защиты прав граждан», — считает глава ведомства. Судя по словам Чайки, прокуроры решили встать на защиту прав обвиняемого от произвола следователя.
До сих пор им это не очень удавалось. В частности, когда в октябре этого года Следственный комитет задержал генерала ФСКН Александра Бульбова за незаконную «прослушку» телефонов, а затем добился санкции на его арест, Генпрокуратура попыталась опротестовать решение суда об аресте. Однако тогда Мосгорсуд полностью поддержал сторону обвинения, то есть Следственный комитет, и оставил наркополицейских под стражей.
Законопроект, который разрешит этот конфликт СК и Генпрокуратуры, уже одобрен большинством силовых органов, заявили в Генпрокуратуре. В то же время не сообщается, вынесен ли данный документ на россмотрение в Госдуму, которая, впрочем, займется законотворчеством только после рождественских каникул.
Эксперты по-разному оценили инициативу Генпрокуратуры.
Как считает адвокат Алексей Аверьянов, подобными измениями сложно полностью решить проблему необоснованно долгого содержания подследственного в СИЗО. «Если человек считает себя невиновным, то от желания следствия быстрее скинуть дело в суд ничего не зависит. Идет специальный процесс доказательства невиновности человека. Будут жалобы: кассационные, апелляционные, надзорные… Это и затягивает процесс, — заявил «Газете.Ru» Аверьянов. — А вот для того, чтобы действительно разгрузить следственные изоляторы, нужно внимательно подходить к дополнительным мерам пресечения, как залог и поручительство, например, по экономическим преступлениям, что касается моего клиента». (Аверьянов представляет интересы Василия Бойко, руководителя фонда «Ваш финанасовый попечитель», которого обвиняют в незаконном завладении земельными участками в Подмосковье площадью более 35 тыс. кв. км. Бойко был арестован. Следствие по этому делу продлено до 15 февраля 2008 года, когда исполнится ровно год содержания в СИЗО главы ВФП. Его не отпустили под залог даже в 50 млн рублей).
Что же касается прокурорского участия в решении о мере пресечения, Аверьянов заявил, что у него не было такого случая, «чтобы прокурор говорил о иной мере пресечения, чем содержание под стражей». «Практика такая. Может, где-то и было, но я не видел», — подытожил адвокат.
Правозащитник Валерий Борщев отнесся к законопроекту об упрощении расследования нетяжких преступлений с энтузиазмом. «Дознание остается поднадзорной прокуратуре, поэтому, я думаю, контроль был бы более строгий, и он нужен, — заявил он. — Ведь именно во время дознания происходят всякие неприятные вещи, например, выбивание показаний. Но здесь надо посмотреть, что будет на практике». Что касается разгрузки СИЗО, Борщев также придерживается мысли, что нужно чаще применять меру пресечения, не связанную с лишением свободы.
В то же время, очевидно, что следователю гораздо удобнее работать, когда подследственный, что называется, под рукой. Многие аналитики утверждают, что и замминистра финансов Сергея Сторчак до сих пор сидит в Лефортово по этой же причине. Поручительства министра Алексея Кудрина и депутатов Госдумы не возымели действия на Следственный комитет (СК) и суд. Когда адвокаты оспаривали арест Сторчака, на процессе также выступила представительница Генпрокуратуры Виктория Жукова, которая поддержала позицию СК о мере пресечения. Правда, такое единодушие большая редкость во взаимоотношениях СК и Генпрокуратуры — и по делу Сергея Сторчака в том числе. Однако Юрий Чайка считает, что существующие конфликты между СК и Генпрокуратурой — обычный рабочий процесс.
«Это полный бред и чушь, — прокомментировал журналистам Чайка разговоры о конфронтации его ведомства с ведомством Александра Бастрыкина. — Мы работаем вместе, чтобы совместно выявлять болевые точки и развязывать узлы. Никаких проблем нет, речь может идти только об организационных моментах». Между генпрокурором и руководителем СКП РФ Александром Бастрыкиным нет трений, уверено заявил Чайка.
А вспоминая дело замглавы Минфина РФ Сторчака, генпрокурор пояснил, что второе уголовное дело в отношении чиновника было возбуждено с нарушением Уголовно-процессуального кодекса. «Следственный комитет может устранить эти нарушения и возбудить уголовное дело. Никаких проблем мы здесь не видим», — добавил Чайка.
