В пятницу Следственный комитет (СК) при Генпрокуратуре заявил, что по факту смерти депутата и журналиста «Новой газеты» Юрия Щекочихина все-таки возбуждено уголовное дело.
Теперь дело о смерти Щекочихина расследуется Главным следственным управлением Следственного комитета по статье «убийство».
«В целях всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств смерти депутата Госдумы Юрия Щекочихина по указанию председателя СКП РФ Александра Бастрыкина вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство)», — сообщил официальный представитель Следственного комитета Владимир Маркин.
Журналист скончался ночью 3 июля 2003 года в реанимации Центральной клинической больницы. По официальной версии, причиной его гибели стал аллергический синдром. Однако коллеги журналиста до сих пор уверены, что Щекочихина убили. Тем не менее до этого момента органы следствия после соответствующих проверок трижды отказывали в возбуждении уголовного дела. Сначала отказ пришел из Кунцевской прокуратуры Москвы, потом из Генпрокуратуры. Прошлым летом главред «Новой газеты» Дмитрий Муратов (признан в РФ иностранным агентом) вновь обратился в Следственный комитет при прокуратуре с просьбой начать проверку.
В последний раз отказ был получен менее месяца назад — 25 марта 2008 года — от Следственного комитета по Москве.
Как заявил тогда в эфире «Эха Москвы» замглавреда «Новой газеты» Сергей Соколов, «окончательные выводы в бумажном виде мы пока еще не получили, но то, что отказано в возбуждении уголовного дела, следователь нам сообщил: якобы он (Щекочихин) умер от загадочной таинственной болезни, причина которой не известна».
Но, как говорят в головном СК, глава ведомства Александр Бастрыкин лично отменил решение своих подчиненных.
Юрий Щекочихин специализировался на журналистских расследованиях. В частности, он неоднократно критиковал действия Генпрокуратуры по делу о «Трех китах».
Публикации в связи с расследованием контрабанды мебели в «Трех китах», как считают в «Новой газете», могли спровоцировать заинтересованных людей на убийство журналиста. Известно, что в феврале 2003 года после публикации статьи Щекочихина «Ордероносцы», где он рассказывал, кто и за сколько может закрыть дело «Трех китов», в его адрес стали поступать угрозы. Депутат и члены его семьи были взяты под охрану. Однако в июне у Щекочихина, который до тех пор ничем серьезным не болел, резко ухудшилось здоровье. По словам близко знавших его людей, недомогание было вызвано аллергией (правда, на что именно, было неизвестно) и сильным дерматитом. 23 июня 2003 года у Щекочихина случился инсульт, и его госпитализировали в ЦКБ, где через 10 дней он скончался. Официальное заключение гласило: смерть наступила в результате отека головного мозга, вызванного аллергическим синдромом. Аллергена, который привел к столь трагическим последствиям, столичные медики так и не обнаружили.
Коллеги Щекочихина по «Новой газете» и Госдуме, где он был заместителем председателя комитета по безопасности, тут же выразили подозрения, что депутат был отравлен неизвестным веществом.
Следственное управление по Москве, которое 26 октября 2007 года начало проверять обстоятельства смерти Щекочихина, в числе прочих рассматривало версию отравления журналиста радиоактивными веществами. В 2003 году, когда Щекочихин погиб, мысль о том, что клиническая картина его смерти напоминает лучевую болезнь, не пришла в голову ни медикам, ни коллегам. В «Новой газете» были уверены, что журналиста отравили, но, что отравили некими радиоактивными веществами, предположить не могли. Только после того, как в 2006 году в Лондоне погиб облученный полонием-210 Александр Литвиненко, версия об убийстве с помощью радиации стала не такой уж невероятной. Московские следователи, изучая историю болезни журналиста, отметили, что картина смерти Щекочихина и Литвиненко практически одна и та же.
За месяц до гибели у Щекочихина, который до тех пор ничем серьезным не болел, стало ухудшаться здоровье. Легкое недомогание и постоянную незначительно повышенную температуру медики объясняли, как и в случае с Литвиненко, ОРЗ или ангиной. Но Щекочихину становилось все хуже. У него начался дерматит: обильно выпадали волосы и облезала кожа. Аналогичные симптомы наблюдались и у Литвиненко после отравления полонием. В постановке диагноза одинаково ошиблись и московские, и лондонские врачи: первые объяснили выпадение волос Щекочихина действием некоего аллергена, вторые пришли к выводу, что пациент Литвиненко отравлен таллием, и стали вводить ему соответствующие антидоты. Аллергена, который привел к смерти Щекочихина, столичные медики так и не обнаружили. Британские же специалисты только после смерти Литвиненко установили, что в его теле находился мощный источник альфа-излучения, которое не выявляется обычными дозиметрами.
