Следственное управление при прокуратуре (СУ СКП) Москвы предъявило обвинение опальному российскому адвокату Борису Кузнецову (признан в РФ иностранным агентом) по ст. 283 УК РФ (разглашение государственной тайны). Обвинение предъявлено заочно, потому что известный юрист сейчас находится в вынужденной эмиграции в США, где получил политическое убежище. Кузнецов выехал из страны летом 2007 года, когда против него возбудили уголовное дело.
По мнению адвоката, в России его преследуют за активную позицию в ходе громких судебных процессов, в большинстве из которых прослеживается политический подтекст.
За год до возбуждения уголовного дела Кузнецов защищал экс-сенатора Левона Чахмахчяна, которого обвиняют в попытке хищения $300 тыс. у главы совета директоров авиакомпании «Трансаэро» Александра Плашакова. Адвокат обнаружил документ, свидетельствующий, что ФСБ незаконно прослушивала телефоны Чахмахчяна в его бытность членом Совета федерации. Сфотографировав документ, Кузнецов продемонстрировал копию своей коллеге Оксане Возняк, а затем передал ее в Конституционный суд вместе с жалобой на нарушение прав его подзащитного. Суд отказался выносить решение по секретному документу, заявив, что это не входит в его компетенцию. А через год юриста обвинили в разглашении гостайны, которая, по версии следствия, содержалась в сфотографированной Кузнецовым справке ФСБ. Экспертизу по секретному документу проводила сама же ФСБ, инициировавшая уголовное дело. Как рассказал «Газете.Ru» адвокат Кузнецова в России Роберт Зиновьев,
в заключении трех офицеров спецслужбы данный документ признан содержащим гостайну, но в то же время отмечено, что «никаких вредных последствий от действий лица не наступило»
Зиновьев считает, что в данном случае есть прямое указание на применение ст. 41 УК РФ (обоснованный риск), в которой говорится, что «не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам при обоснованном риске для достижения общественно полезной цели». В данном случае полезной целью является то, что Кузнецов действовал в интересах клиента, то есть выполнял свой профессиональный долг. Зиновьев обратил на это внимание следователя по делу Кузнецова Тимура Тамаева.
Также защитник считает, что по делу в разглашении гостайны можно обвинить и прокурора Москвы Юрия Семина, который направил материалы по делу Кузнецова не в Мосгорсуд, а в Тверской суд, где нет секретного судопроизводства. И судья Тверского суда Назарова тоже оказывается тогда причастной к разглашению секретных материалов.
Все эти аргументы Зиновьев изложил в заявлении в СК при прокуратуре РФ, настаивая на проверке действий прокурора и судьи. По мнению адвоката, подобной проверкой должно заниматься именно Главное управление Следственного комитета при прокуратуре (ГУ СКП). Но обращение защитника спустили в СУ Москвы, откуда была получена отписка со словами «оснований для проверки нет». «Получается, действия прокурора законны, а адвокат совершил преступление. Это порочная практика применения двойных стандартов», — заявил Зиновьев. Также по обращению адвоката военно-следственное управление проверило сам факт о незаконном прослушивании Чахмахчяна спецслужбами. Как оказалось, санкция суда была получена, но через сутки после начала прослушивания. А при оперативной необходимости закон разрешает подобное.
Адвокат Зиновьев полагает, что 13 апреля, когда закончится срок расследования, дело будет приостановлено: его подзащитный вне досягаемости следствия и возвращаться не собирается. Кузнецов считает, что в России его ожидает арест.
Расследование затягивали с 20 сентября 2007 года именно в ожидании экспертизы того злополучного фотоснимка с прослушкой, разглашение которого и вменяется Кузнецову. Защита же намерена добиваться полного прекращения уголовного дела.
