Цивилизация
В среду представители гособвинения по делу об убийстве обозревателя «Новой газеты» Анны Политковской, застреленной 7 октября 2006 года, доказывали присяжным заседателям, что машина, на которой привезли киллера к подъезду журналистки, принадлежала обвиняемым — братьям Махмудовым. Для этого прокуроры вызвали в Московский окружной военный суд (МОВС) свидетелей, а также продемонстрировали данные экспертиз.
Свидетели подтвердили, что у Махмудовых была машина ВАЗ 21043 сине-зеленого цвета. (Похожий автомобиль зафиксировали у дома Политковской камеры видеонаблюдения за несколько дней до убийства, а также 7 октября, когда погибла журналистка). Зарегистрирована машина Махмудовых была на их дальнего родственника Ахмеда Исаева.
— Вы чем занимаетесь? — выяснял у Исаева судья Евгений Зубов.
— Предприниматель.
— Ну и что предпринимаете?
— Рыбу. Копчу, солю, продаю, — пропустил мимо ушей иронию председательствующего свидетель.
На стадии расследования убийства Политковской Исаева также задерживали по подозрению в причастности к преступлению, но, продержав месяц в СИЗО, выпустили без предъявления обвинения. В суде в среду Исаев рассказал, как весной 2005 года братья Рустам и Ибрагим Махмудовы (первый, по версии следствия, является исполнителем убийства и сейчас объявлен в розыск, второй находится на скамье подсудимых) купили вазовскую «четверку» и попросили Исаева оформить машину на себя. «Мне проще было, у меня есть постоянная регистрация в Москве. Понимаете, у нас так принято, мы помогаем друг другу всегда», — объяснял свидетель. Он добавил, что после постановки автомобиля на учет в ГАИ написал доверенность на имя Рустама Махмудова и потом не интересовался судьбой машины, «видел ее всего несколько раз».
Показания Исаева подтвердили другие свидетели: продавец машины Масуд Идрисов и случайный знакомый Махмудовых Овнан Акопян, которому братья привезли машину на ремонт весной 2007 года. В гараже Акопяна «четверка» простояла три месяца, и оттуда ее позже изъяли следователи.
Из показаний свидетелей следовало, что машину поочередно водили то Рустам, то Ибрагим Махмудовы. Впрочем, подсудимые этого и не отрицали.
И Джабраил, и Ибрагим Махмудовы подтверждали со скамьи подсудимых: да, у нас была такая машина. Как пояснили в перерыве журналистам их адвокаты, совпадение машины «еще ничего не доказывает» — сине-зеленая «четверка» могла быть у кого угодно.
Это утверждение защиты прокуроры решили опровергнуть данными экспертиз. Сначала гособвинитель Юлия Сафина продемонстрировала присяжным фотографии машины ВАЗ 21043, снятые у дома Политковской (автомобиль попал в поле зрения камер видеонаблюдения, установленных на здании Внешторгбанка рядом с домом на улице Лесной, где жила журналистка). Потом показала несколько фото сине-зеленой «четверки», сделанных системой «Поток» — специальными камерами, которые установлены ГИБДД на крупных транспортных магистралях страны. И, наконец, фото машины, изъятой у братьев Махмудовых.
«Это один и тот же автомобиль», — резюмировала прокурор, пояснив, что к такому выводу эксперты пришли, сравнив «внешние признаки» изображенных на фотографиях автомобилей и машины Махмудовых.
У ВАЗ 21043 отсутствовала «правая щетка стеклоочистителя лобового стекла», а багажник был установлен «необычным способом»: он крепился к крыше не тремя опорами, как это обычно бывает у «четверок», а двумя.
Кроме того, заявили прокуроры, имеются доказательства того, что пистолет, из которого была убита Политковская, какое-то время находился в машине Махмудовых. Эксперты нашли на внешней поверхности пистолета и глушителя, а также в механизме пистолета хлопчатобумажные, шерстяные и полиэфирные волокна ткани. Похожие ворсинки, совпадающие по цвету и структуре, были обнаружены на поверхности обивки салона машины.
«Эксперты пришли к выводу, что это аналогичные, идентичные, такие же волокна», — пересказывала присяжным содержание экспертизы прокурор Сафина. Адвокаты запротестовали.
— Я прошу дословно зачитывать выводы экспертов! Там есть слово «идентичные»? — вскочил со своего места адвокат Джабраила Махмудова Мурад Мусаев.
— Нет, но это синонимы, — невозмутимо отвечала ему Сафина.
— Там написано «аналогичные», — примирил стороны судья Зубов.
«Прокуратура искажает смысл экспертизы, ведь «аналогичный» означает «похожий», а «идентичный» говорит о стопроцентном совпадении. На самом деле такие волокна можно найти на обивке любой вазовской «четверки» стандартной комплектации, это ничего не доказывает», — объясняли свое возмущение журналистам адвокаты обвиняемых. «Мы исследуем в суде только те доказательства, которые неоспоримы. Все эти волокна сравнивали в лабораторных условиях, установлено, что это частички ткани именно из той машины», — доказывала свою точку зрения прокурор.
После небольшого перерыва заседание возобновилось для допроса еще одного свидетеля по делу. В суд пришла коллега погибшей Политковской, обозреватель «Новой газеты» Галина Мурсалиева, проработавшая с Политковской семь лет. «Она была образованным, интеллигентным, совестливым, абсолютно честным человеком, который старается сделать так, чтобы справедливость всюду торжествовала. И это не общие слова», — вспоминала коллегу свидетельница. Журналистка рассказала, что публикации Политковской часто были очень резонансными, по следам ее материалов возбуждались уголовные дела, проводились проверки.
— Можно ли назвать публикации Политковской античеченскими? — поинтересовался у Мурсалиевой адвокат Мусаев.
— Нет, — ответила свидетельница.
— А Анна Степановна критиковала власть в Чечне? — подключилась к допросу адвокат потерпевших (сына Политковской Ильи и ее дочери Веры) Анна Ставицкая.
— Да, безусловно. И конкретно ее критика касалась президента Рамзана Кадырова.
Свидетельница также вспомнила, что незадолго до гибели Политковская в радиоэфире назвала Кадырова «вооруженным до зубов трусом». Но ни о каких конкретных угрозах в адрес журналистки ее коллега не слышала.
— А вы и ваша семья какое-то отношение к Рамзану Кадырову имеете? — обратился к своему подзащитному Махмудову адвокат Мусаев.
— Нет. Никакого отношения ни к этому человеку, ни к власти в республике мы не имеем, — встал со скамьи подсудимый. — После того как в республике началась война, мы, вся наша семья, жили в других регионах Российской Федерации.
На этом заседание завершилось, и судья Зубов отпустил присяжных по домам. Допрос свидетелей и представление других доказательств виновности подсудимых Генпрокуратура продолжит представлять в четверг, 4 декабря.
