В четверг судью Бабушкинского районного суда Москвы Екатерину Душину вызвали на заседание квалификационной коллегии судей. Душина, ставшая федеральной судьей три года назад, рассматривает гражданские дела, в том числе имущественные споры. 22 марта этого года к ней поступил иск от ООО «Медиатехнологиистрой» к некоему господину Тюлюкину. Представители ООО требовали признать недействительным заключенный с Тюлюкиным договор купли-продажи акций ЗАО «Дайсон сервис». На время разбирательства судья Душина решила принять обеспечительные меры по иску — наложила запрет на внесение записей в Единый государственный реестр прав в отношении «Дайсон сервис», а также запретила ИФНС по Белгороду принимать решения о государственной регистрации, касающейся «Дайсон сервис». Таким образом, деятельность компании была парализована. Через два месяца с жалобой в Мосгорсуд обратился гендиректор «Дайсон сервиса» Александр Панькив, который попросил разобраться, почему его фирма несет убытки.
Проверка, инициированная председателем Мосгорсуда, показала, что Душина вообще должна была не принимать к производству этот иск, а передать его в арбитраж.
Дело в том, что 21 октября 2009 года вступил в силу федеральный закон, принятый еще летом 2009 года, который относит корпоративные споры к подведомственности арбитражных судов. Впрочем, 12 мая Душина осознала свою ошибку и внезапно прекратила производство по иску, признав, что это не в ее компетенции. Однако служебной проверки все равно было не избежать: решение о том, имеет она право рассматривать иск или нет, Душина должна была принять в течение пяти дней, а не двух месяцев, то есть явно нарушила закон. Кроме того, два месяца компания простаивала по вине судьи. «Судья Душина грубо нарушила процессуальный закон, заинтересованности в надлежащем выполнении своих профессиональных обязанностей по осуществлению правосудия не проявляет, сроки рассмотрения не соблюдает, за изменениями действующего законодательства не следит», — к таким выводам пришла председатель Мосгорсуда Ольга Егорова, которая и подала представление в отношении Душиной в квалификационную коллегию.
Вместе с провинившейся судьей, которая, как школьница, сидела в коридоре перед залом коллегий, «на ковер» вызвали и председателя Бабушкинского суда Владимира Никитина. «Судья вынесла незаконное решение, которое уже отменено. У меня не было никаких сведений об этом», — Никитин говорил тихо, заливаясь краской то ли от духоты, то ли от волнения.
— Как вы оцениваете свой поступок? Какую меру нужно применить в отношении вас? — засыпали Душину вопросами после того, как судья-докладчик Константин Трофимович перечислил нарушения, которые она допустила.
— Я признаю, что решение было немотивированным. Меру наказания должна определить коллегия, — отвечала напуганная Душина.
Она объяснила, что знала об изменениях в законодательстве, касающемся корпоративных споров, но все равно почему-то посчитала, что поданный иск подсуден Бабушкинскому суду.
— А почему тогда отменили свое определение?
— Да она поняла, что не за свое дело взялась, — вмешалась в беседу председатель Мосгорсуда. После этого на Душину посыпались вопросы уже от Егоровой: — Может быть, вас кто-то просил вынести такое определение?
— Нет, сама.
— Почему у вас тогда одинаковый текст с аналогичным определением в одном из судов Тверской области?
— Я не знаю. Я сама писала. По ходатайству.
— Переписали ходатайство. Ясно, — подытожила Егорова. — Президент для вас старается, облегчает вам работу. Придумали вам помощников. Вы все и спихнули на этих помощников, а те переписывают исковые заявления.
Душина смотрела в стол.
— Допущено нарушение закона. Она не только себе пятно на биографии поставила, но и на репутации суда, — выступление председателя Бабушкинского суда Никитина напоминало речь на советском партсобрании. Он, с плохо скрываемым ужасом глядя на длинный стол, вокруг которого расселись члены коллегии, все же пытался смягчить наказание для своей подчиненной:
— Она сделала это без злого умысла. Где-то не дочитала чего-то, загруженность большая. Опыта еще не так много. Я бы никогда не стал ее защищать, если бы здесь были какие-то подоплеки нехорошего толка. Только недосмотр.
— Я уверена, что денег за этим не стоит, — слово опять взяла Ольга Егорова, объяснив, что считает судью Душину непрофессиональной и «бездушной», но не подозревает в коррупции. И заключила:
— Я оставляю на ваше усмотрение решение этого вопроса, но оправдания этому нет.
Через 20 минут после такого выступления председателя суда коллегия вынесла решение: лишить Екатерину Душину полномочий федерального судьи. Против нарушительницы отдали голоса 13 членов коллегии из 15.
«Я подумаю», — отвечала Душина журналистам на вопрос о том, будет ли она обжаловать это решение, торопясь скорее покинуть Мосгорсуд. Дисциплинарное взыскание в виде лишения полномочий вступает в силу с 21 мая — то есть в пятницу Душина уже не выйдет на работу в Бабушкинский суд.