Цивилизация
В отличие от прошлого года, митинг 19 января, проходящий в память об застреленных в спину адвокате Станиславе Маркелове и журналистке Анастасии Бабуровой, готовился без особой информационной поддержки. Видимо, поэтому к 19.00 на Никитском бульваре, откуда стартовало шествие антифашистов, анархистов и тех, кто просто пришел почтить память убитых националистами 19 января 2009 года адвоката и корреспондентки «Новой газеты», собралось не больше 600 человек. Столичная полиция, впрочем, давала иную цифру — 800 человек.
Как бы то ни было, колонна, двинувшаяся по заледенелым бульварам в сторону Новопушкинского сквера под конвоем ОМОН, была не самой многочисленной.
Основная доля участников акции пришлась на молодых антифашистов и леваков, с которыми всю жизнь были очень дружны Маркелов и Бабурова. Именно их взгляды, как выяснили разбиравшиеся в обстоятельствах убийства следователи, и стали причиной преступления. В прошлом году по этому делу были осуждены двое праворадикалов — Никита Тихонов и Евгения Хасис. Но, как говорило большинство участников митинга, этот факт, конечно, слабо утешил антифашистов и правозащитников, хорошо знакомых с Маркеловым и Бабуровой, а позиции националистов, в том числе и радикальных, не особо ослабил.
Именно регулярному появлению националистов на громких массовых митингах против итогов думских выборов были посвящены речи многих выступавших в Новопушкинском сквере. Так, представитель антифашистского движения и один из организаторов акции, выйдя на сцену, заявил, что «так называемые умеренные националисты, с которыми сейчас заигрывают члены оргкомитетов протестных митингов, мало чем отличаются от их радикальных единомышленников». «Поймите, вся умеренность запрещенного сейчас ДПНИ (организация запрещена в России) Александра Белова-Поткина состоит лишь в том, что им хватило ума повесить себе на флаг крест, а не свастику. Если эти больные люди придут к власти, то хорошо жить будут только они и какие-нибудь близкие Поткина, им не нужно, чтобы кто-то еще жил хорошо, кроме них. Это будет полный трэш», — внушал оратор собравшимся. Вышедший на сцену член «Мемориала» Александр Черкасов объяснил левоориентированной молодежи, что места у микрофонов на проспекте Сахарова националисты получали лишь из-за того, «что вас там нет». «Ребята, националисты сидят в оргкомитетах митингов только потому, что вы туда не стремитесь. Это глупо», — объяснил он.
Из толпы за ним наблюдали и такие неожиданные для акции 19 января, да и для любых антифашистских собраний оппозиционеры, как Сергей Удальцов, а также яблочники Григорий Явлинский и Сергей Митрохин, который годом раньше вместе с националистами приходил возлагать цветы на место убийства фаната «Спартака» Егора Свиридова. Впрочем, особого интереса к ним участники акции не проявляли, поэтому визитерам ничего не оставалось, кроме как давать в сторонке интервью телеканалам.
Одной из последних в Новопушкинском сквере выступала киргизская журналистка Аида Касымалиева. Она рассказала, что в Узбекистане, Таджикистане, Киргизии и других республиках «уже устали принимать гробы простых работяг, убитых неонацистами».
«Мигранты теперь больше не хотят жаться по углам и готовы присоединиться к антифашистам. Это уже вопрос выживания», — прокричала она под бурные аплодисменты.
Впрочем, мирную атмосферу митинга испортили новости об очередной вылазке неонацистов. Как заявили со сцены организаторы, на подступах к Никитскому бульвару на группу антифашистов напала группа праворадикалов и избила их. А более серьезное нападение произошло в Воронеже. Там одному из антифашистов пришлось вызывать «скорую», так как нападавшие пробили ему голову. «И после этого кто-то может рассуждать, что национализм бывает умеренный и нестрашный?..» — интересовались со сцены организаторы.
Завершился митинг около 21.00 минутой молчания. Тишину нарушила группа молодых людей в масках и с файерами, развернувших баннер с портретами Маркелова и Бабуровой и скандировавших: «Смерть фашизму — смерть капитализму». Впрочем, многие знакомые убитых предпочли еще раз почтить их память в более спокойной обстановке — возложив цветы у того самого дома № 1 на Пречистенке, где были застрелены адвокат и журналистка.
