Автозаводский райсуд Нижнего Новгорода в четверг отложил рассмотрение ходатайства участницы группы Pussy Riot о замене ей оставшегося тюремного срока более мягким видом наказания. При этом суд рассмотрел часть предоставленных материалов, но потом неожиданно объявил перерыв до 18 октября по формальной причине: трое потерпевших по уголовному делу о скандальной акции в храме Христа Спасителя не явились сами и не предоставили письменного согласия на рассмотрение ходатайства в их отсутствие.
Ходатайство Алехиной о замене наказания на более мягкое поступило в суд 30 августа. Такую возможность она получила после того, как отбыла больше половины назначенного ей срока, который истекает 3 марта будущего года. Ранее, находясь еще в колонии Пермского края, она подавала прошение об условно-досрочном освобождении (УДО), но местный суд ей в таком праве отказал.
В поступившем в суд ходатайстве Мария написала, что у нее имеется постоянная регистрация в Москве, что до ареста она училась на четвертом курсе Института журналистики и литературного творчества, куда и собирается вернуться.
Защита заявила также, что если Алехину освободят, то она будет трудоустроена. Кроме того, суду предоставили справку, что у матери заключенной имеется достаточно средств для уплаты штрафа, если выберут такой вид наказания.
Рассмотрение ходатайства вызвало в райсуде настоящий ажиотаж: только одних СМИ на заседание аккредитовалось почти полсотни. И в маленьком зале даже для матери Алехиной с трудом нашли место.
Перед началом заседания Наталья Алехина, отвечая на вопросы журналистов, заявила, что надежда на удовлетворение ходатайства Марии, по ее мнению, мала.
«Это следует из всей логики происходящего, — пояснила она. — Два года за 40 секунд плясок — это дикость». Вместе с тем женщина сообщила, что не одобряет поступок дочери.
«Место было выбрано неправильно, — сказала Наталья Алехина. — Я не против позиции моей дочери. Мария выступила против слияния церкви и государства, которое у нас началось. Я позицию дочери разделяю. Однако считаю, что ее можно было выразить, например, у ограды, но не в самом храме». О своем творчестве дочь ей ничего не рассказывала: «Такая музыка — это не мое, я этого не понимаю, и дочь об этом знала».
Наталья Алехина рассказала, что в нижегородскую колонию Марию перевели около месяца назад. Мать, муж и 6-летний сын Филипп приезжали к ней в начале сентября на трехдневное свидание. По словам Натальи Алехиной, для Марии было сюрпризом, что сын в ее отсутствие научился читать по слогам, что и продемонстрировал ей в колонии.
Филипп, по словам его бабушки, не раз собирался писать письмо Деду Морозу, чтобы маму освободили.
По поводу нижегородской колонии мать Алехиной сказала, что здесь очевидно лучше, чем в предыдущей колонии, где на Марию «натравили двух уголовниц-рецидивисток».
Тем временем в зал вошли две представительницы администрации женской ИК-2, одна из которых, не назвав имени, согласилась пообщаться с журналистами. По ее словам, у администрации колонии претензий к Алехиной нет. С осужденными, посещающими храм в колонии, до прибытия Марии провели беседу, и враждебности к Алехиной, по словам представительницы администрации, нет.
Мария работает в школе при колонии по четыре часа в день — набирает на компьютере документы, необходимые для образовательного процесса. В остальное время, как добавила ее мать, дочь читает.
Когда конвой наконец привел осужденную, у входа в зал ее встретила аплодисментами группа поддержки — около десятка нижегородцев, которые, по их словам, пришли выразить солидарность с Алехиной по зову сердца, протестуя против приговора суда. Приехал также Петр Верзилов (признан в РФ иностранным агентом, внесен в реестр террористов и экстремистов) — муж другой осужденной по делу Pussy Riot, Надежды Толоконниковой (признана в РФ иностранным агентом).
Он сообщил, что только что из Мордовии, где отбывает наказание жена. По его словам, Надежда продолжает голодовку, выбрав единственно возможный способ «заявить об ужасающем положении женщин в мордовских лагерях». Чувствует себя Толоконникова пока нормально, только иногда пьет таблетки от головной боли. Верзилов подчеркнул, что голодовка бессрочная.
Мария была вся в черном, с широкой черной лентой на голове. «Потому что моя подруга голодает!» — объяснила она свой внешний вид.
«Освобождения я не жду, — сразу сказала Алехина. — Ходатайство я заявила, чтобы наша уголовно-исполнительная система стала более прозрачной, чтобы привлечь внимание к проблеме.
В колонии, где я до этого отбывала наказание, работали по 15–16 часов. Сейчас условия иные, эта нижегородская колония считается одной из лучших, но нельзя сказать, что все хорошо. Общий характер политики в отношении осужденных у нас носит карательный характер. Эта система не исправляет, а делает человека хуже». По поводу панк-молебна Алехина сказала: «Моя позиция не изменилась. Чего ей меняться?»
Когда судья объявил о начале заседания, администрация колонии заявила ходатайство о приобщении к материалам дела характеристики осужденной. В свою очередь Мария попросила о перерыве, чтобы эту характеристику прочитать и обсудить с адвокатами. Вместо получаса перерыв затянулся на 50 минут.
Защита заявила, что характеристика, по ее мнению, написана не по форме. В ней сказано, что администрация колонии не может выйти с ходатайством о смягчении наказания. Но такого ходатайства и не требуется, необходимо всего лишь мнение, возможно или невозможно его смягчить. Защита посчитала, что мнение не выражено, и оставила решение вопроса на усмотрение суда.
Судья Полшкова характеристику к материалам дела приобщила. Но тут выяснилось, что лишь шестеро из девяти потерпевших были надлежащим образом извещены о заседании суда.
Они заявили, что участвовать в заседании не будут, но не против рассмотрения ходатайства в их отсутствие. А вот по поводу извещения еще троих потерпевших сведений у суда не оказалось. Защита посчитала, что это не является препятствием для рассмотрения ходатайства. Однако представители прокуратуры выступили против, и суд их поддержал.
Мария Алехина выглядела растерянной. «Почему не нашли этих людей, вопрос не ко мне, — сказала она журналистам перед тем, как ее увел конвой. — Для меня решение о переносе рассмотрения ходатайства — полная неожиданность. Захотят найти этих троих потерпевших, так найдут».
Заместитель нижегородского прокурора по надзору за соблюдением закона в исправительных учреждениях Александр Пресняков по окончании заседания заявил, что позиция прокуратуры пока не сформировалась.
«Поведение — очень сложная материя, — сказал он. — У нас есть вопросы, которые подлежат разъяснению в суде.
Например, с чем связаны полученные Алехиной дисциплинарные взыскания? (Во время пребывания в пермской колонии на нее было наложено четыре взыскания, два из которых были сняты судом. — «Газета».) Мы ждем весомых аргументов от осужденной, что она встала на путь исправления. Суд должен быть уверен, что цель наказания достигнута».
