Цивилизация
В пятницу Международный трибунал ООН по морскому праву озвучил дату рассмотрения иска Нидерландов к России по делу о задержании экипажа и пассажиров — активистов Greenpeace — на ледоколе Arctic Sunrise. Председатель трибунала японец Сюндзи Янаи сообщил, что процесс стартует 6 ноября, передают голландские СМИ. Заседание состоится за несколько суток до приезда в Россию голландского короля. Его визит назначен на 8 ноября в рамках года дружбы между Голландией и Россией.
Иск голландской стороны содержит ряд требований, а также перечень временных мер, которые Нидерланды просят наложить на Россию на время судебного рассмотрения до вынесения решения. В числе временных мер — немедленное освобождение судна, идущего под голландском флагом, и экипажа и приостановление всех правовых действий по этому делу. Основные требования начинаются с просьбы признать, что Российская Федерация нарушила §1 ст. 58 и ч. «а» §1 ст. 87 Конвенции ООН по морскому праву, высадившись на ледокол, задержав его и экипаж, арестовав людей и начав расследование без уведомления об этом Нидерландов. Ст. 58 конвенции гласит, что все государства пользуются в исключительных экономических зонах правами, закрепленными в ст. 87, которая, в свою очередь, утверждает свободу судоходства в открытом море. Не получив уведомления, Нидерланды лишились права и возможности исполнения своих обязанностей по дипломатической защите судна, плывущего под их флагом, и экипажа, как того требуют ст. 9 и §2 ст. 12 Международного пакта о гражданских и политических правах ООН. Нидерланды просят трибунал признать, что ответственность за нарушение данных международных актов несет Российская Федерация.
В связи с этим голландцы требуют обязать Россию немедленно прекратить нарушения международных актов, дать гарантии о повторном ненарушении, а также выплатить Нидерландам полную компенсацию ущерба, причиненного нарушением пунктов Конвенции ООН и Международного пакта о гражданских и политических правах ООН.
Сумму компенсаций будет рассчитывать голландская сторона, пояснил «Газете.Ru» доктор юридических наук, профессор кафедры международного права МГИМО Дмитрий Лабин. «Международный трибунал будет все в совокупности рассматривать — и материальные требования, и требования правового характера. Это не штраф, это возмещение ущерба. То есть сами Нидерланды назовут конкретную сумму, представят расчеты, а суд согласится с этими расчетами или не согласится. Это суммы достаточно непринципиальные для государства, можно сказать, копеечные», — пояснил Лабин.
Он указал, что рассмотрение иска в международном суде угрожает России большей проблемой, нежели просто требованием выпустить ледокол. «Тут более глубокая проблема, очень серьезная, и Россия сама себя поставила в очень невыгодное положение.
Дело в том, что Арктика — это специфический регион, с особым статусом. Помимо того что там действует Конвенция ООН по морскому праву, есть еще такой подход приарктических государств, как секторальный принцип деления Арктики, — сообщил Лабин. —
Условно говоря, если взглянуть на старые карты периода Советского Союза, то можно увидеть пунктирную линию, которая идет от западной и восточной крайних точек России к Северному полюсу, образуя сектор. Канада тоже заявила, что она контролирует свой сектор от крайних точек границ до полюса».
По словам профессора, после введения конвенции в 1982 году возникло противоречие. «Россия до сих пор лавировала и аргументировала тем, что Арктика осваивалась многими веками россиянами, которые потратили на это много сил, — продолжает эксперт. — И до сих пор считалось, что исторически суверенитет распространяется не только на территориальное море, но и дальше, до полюса. Но с 2007 года политика стала двоякая, и Россия стала поддерживать две концепции одновременно. Тем не менее приарктические государства проводят достаточно осторожную политику, с тем чтобы не создать прецедентов. Канада и Россия отстаивают принцип секторального деления. А, например, Норвегия и Дания исходят только из конвенции — кому как выгодно. Ведь у России большая протяженность берега, который выходит к Арктике. Северный морской путь — стратегически важный путь, который проходит в том числе за пределами территориального моря.
Если руководствоваться только конвенцией, то мы потеряем контроль над некоторыми частями Северного морского пути».
Профессор отмечает, что захват ледокола Greenpeace в исключительной экономической зоне привлек внимание к российской Арктике и любой исход этого дела может создать прецедент. «Тогда и другие государства — тот же Китай, который рвется в Арктику, — скажут: а почему, когда рассматривался спор с Нидерландами, применялась Конвенция ООН, а теперь Россия нас не пускает в свою исключительную экономическую зону для судоходства, ссылаясь на принцип секторальности? И этот суд может сильно повлиять: мы можем потерять больше, чем компенсация за судно. Другие государства, воспользовавшись этим разбирательством, могут потребовать дать им право судоходства в нашей исключительной экономической зоне за пределами судоходства», — говорит Лабин.
Поэтому для России было бы выгоднее, если бы дело не дошло до рассмотрения в трибунале, отмечает профессор МГИМО. Для этого можно было бы заключить мировое соглашение, отпустить команду и судно, тогда отпадут основания рассматривать иск в суде. Отказ от рассмотрения иска в суде тоже не поможет России, считает Лабин. «Россия, ратифицируя конвенцию, не признает в полной мере юрисдикции Международного трибунала ООН по морскому праву, за исключением случаев, касающихся освобождения судов. Потому что и России это тоже выгодно: российский торговый флот бороздит океаны, и бывают случаи, когда надо использовать эту статью для защиты своих кораблей», — пояснил он.
В минувшую среду МИД России выступил с официальным заявлением, что Россия не будет участвовать в разбирательстве в трибунале и не примет решения судей. В качестве объяснения дипломаты сослались на то, что Россия, подписывая Конвенцию ООН по морскому праву, воспользовалась правом исключить ряд тем, которые страна не собирается рассматривать в международных судах, в том числе тему о применении законов на своей территории (споры об осуществлении суверенных прав и юрисдикции). Однако юристы отметили, что в иске Нидерландов речь идет о других темах, не попадающих в исключения. В частности, это вопросы задержания и освобождения судов и их экипажей, пояснила «Газете.Ru» ведущий юрист ООО «Инмарин» Виктория Жданова. Таким образом, отказ участвовать в процессе не имеет оснований, считает она.
Захват ледокола следователи и пограничники объяснили тем, что действия активистов могут быть квалифицированы как пиратство, а значит, судно можно было задержать в международных водах. Однако в минувшую среду Следственный комитет России переквалифицировал обвинение на хулиганство. Накануне следователи начали предъявлять новое обвинение арестованным на два месяца активистам Greenpeace и членам экипажа ледокола.
