Сотрудники мурманского СИЗО позволили сделать несколько телефонных звонков одному из задержанных по делу Greenpeace — 29-летнему видеооператору Кирону Брайну, фрилансеру, сотрудничавшему с газетой Times. «Когда он позвонил, это было так, словно все праздники Рождества, которые я отмечала, пришли одновременно», — вспоминает мать мурманского узника Энн Брайн в интервью The Guardian.
Сын шутил с ней 20 минут, рассказывал, что дочитал до конца «Джейн Эйр» — единственную книгу на английском языке, которая досталась ему из тюремной библиотеки, спрашивал о здоровье бабушки, которая скоро будет отмечать 90 лет.
Второй звонок видеооператор сделал своей подруге Нэнси Торберн. Она в тот момент ехала с матерью по шоссе. «Как только я назвала имя Кирона, мама тут же остановила машину, чтобы мы не потеряли сигнал», — говорит девушка. Она вышла из автомобиля, а когда села обратно, ее плечи тряслись — мать решила, что Нэнси плачет, но она смеялась: Кирон изо всех сил смешил ее рассказами из жизни мурманского СИЗО.
Даже в письме своему брату Расселу неунывающий видеооператор шутит, что он всего лишь взял перерыв для отдыха. «Что касается меня, то я просто взял тайм-аут в России. Кажется, мне нужен отдых от цивилизации и немного неплохой еды.
Я еще не решил, останусь ли я тут на пару месяцев или лет на пятнадцать.
Извиняюсь, юмор висельника — это ужасно. Сегодня я видел британского консула. Я дал ему разрешение контактировать со всеми. Видимо, они не могли ничего сообщать обо мне, пока не получат мое разрешение. Это безумство, но это так.
Нехватка общения — это очень тяжело. Я надеюсь, мой адвокат с вами свяжется. Я попросил его передать вам адрес СИЗО для направления посылки (с ограничениями, никаких пилок для ногтей!). Вещи, которые могут занять мой досуг, приветствуются».
Видеооператор говорит, что чувствует вину за то, что он не рядом с близкими, что они страдают из-за него. «Как я уже говорил, никто не знает, как это все повернется, каким будет следующий ход в игре, и игра ли это. Мы все словно пешки в партии, которую мы не хотим продолжать. Ходят слухи, что мы можем быть освобождены и переведены под домашний арест — на съемные квартиры, но если это правда, то мы об этом узнаем самыми последними.
Я пытаюсь подготовить себя к длительному заключению. Все говорят, что это маловероятно, но все, что с нами происходит, выглядит маловероятным».
Тем временем видеооператору может грозить новое обвинение — в «сопротивлении сотрудникам правоохранительных органов».
О вероятности предъявления обвинения в четверг заявил официальный представитель Следственного комитета России Владимир Маркин в онлайн-интервью в «Газете.Ru». При этом он не уточнил, о какой именно статье идет речь. Маркин отметил, что «сопротивление» будет вменено не всем, а некоторым из участников. Вероятно, речь идет о тех, кто находился в шлюпках во время акции Greenpeace 18 сентября у нефтяной платформы «Приразломная». Был ли в шлюпке британский видеооператор, в Greenpeace затруднились ответить.
«Хотите, расскажу, какая была вообще картина, как все было, по версии следствия? — сказал Маркин. — Группа лиц на Arctic Sunrise с большим количеством оборудования, причем неизвестно, какого предназначения, нарушает 500-метровую зону безопасности платформы «Приразломная». Приближается к ней.
Акция Greenpeace в Баренцевом море была проведена 18 сентября этого года. Береговая охрана задержала двух активистов, поднявшихся на борт нефтяной платформы, остальные экологи вернулись на шлюпках к ледоколу. На следующий день пограничники на вертолете подлетели к ледоколу и высадились на него, захватив судно. Еще несколько дней оно буксировалось в порт Мурманска, где всем 30 членам экипажа и экологам предъявили обвинение в пиратстве и арестовали на два месяца — до 24 ноября. В конце октября следствие решило переквалифицировать обвинение на «хулиганство».
