Цивилизация
Пленум Верховного суда (ВС) во вторник обсудил применение к подозреваемым и обвиняемым мер пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога. Проект будущего постановления был представлен журналистам. Этот документ должен заменить постановление трехлетней давности №22 от 29 октября 2009 года, которым при толковании закона должны руководствоваться российские судьи. Главный докладчик — судья ВС Александр Червоткин — обратил внимание коллег на принципиальные позиции высшей судебной инстанции.
Червоткин напомнил, что заключение в СИЗО до приговора суда — крайняя мера пресечения, возможная лишь в случаях, когда иной способ обеспечить правосудие и безопасность общества невозможен.
В первую очередь ВС обращает внимание на обоснование судами формулировки «может скрыться от следствия». По мнению авторов проекта постановления, отсутствие у человека, обвиняемого следователем в преступлении, постоянной регистрации не может быть единственным основанием для направления его в СИЗО. Кроме того, судьям настоятельно рекомендовано рассматривать возможность иной меры пресечения при продлении сроков содержания под стражей и выяснять, влияют ли обстоятельства, принятые во внимание ранее, по-прежнему значимыми, чтобы и дальше держать человека за решеткой.
«Наличие загранпаспорта не является основанием полагать, что лицо может скрыться от следствия. Это не соответствует закону», — отдельно разъяснил журналистам Червоткин на реплику о практике в Басманном суде Москвы.
По данным ВС, либерализация законодательства уже привела к сокращению общего числа случаев заключения под стражу до приговора суда, однако на 40% возросло число таких решений по обвиняемым в преступлениях небольшой тяжести.
Зато в последние годы более чем в 30 раз возросло количество случаев применения домашних арестов — со 101 ходатайства в 2008 году до 3300 в 2012-м.
Вместе с тем все меньше судами применяется такая мера, как залог.
Чтобы расширить число граждан, способных внести залог, планируется сократить его минимальную сумму со 100 тыс. до 50 тыс. руб.
Соответствующая законодательная инициатива в настоящее время рассматривается в Госдуме.
Верховный суд также продолжает настаивать на необходимости осторожнее применять арест к фигурантам дел в сфере предпринимательской деятельности. В ходе обсуждения этого пункта заместитель главы Ивановского областного суда Алексей Мамин отметил, что судьям не всегда понятно, как учитывать разницу между настоящими предпринимателями, допустившими нарушение закона, и теми случаями, когда мошенники регистрируют фирмы-однодневки, используя юрлица для преступных схем. Заместитель генпрокурора Сабир Кехлеров привел в пример истории с обманутыми дольщиками и пирамиду Сергея Мавроди.
Кехлеров также положительно оценил внимание, которое авторы проекта уделили оценке обоснованности подозрений при избрании меры пресечения: сейчас судьи часто отмахиваются от аргументов защиты о ложном обвинении фразой «в данном заседании не решается вопрос о виновности вашего подзащитного».
«Обоснованное подозрение предполагает наличие достаточных данных о том, что лицо могло совершить преступление, то есть лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения, потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление, на лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и тому подобное», — говорится в тексте документа.
Окончательный вариант постановления пленума будет принят в декабре. На замечания журналистов о том, что судьи не всегда принимают во внимание решения пленума, когда на него ссылается защита, председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев ответил: «Постановление пленума — это не закон, это наше толкование закона. Если судьи не учитывают его — это повод для их дисциплинарной и иной ответственности».
