Цивилизация
Специалисты из Всемирного фонда дикой природы (WWF) и эксперты Национального рейтингового агентства составляют рейтинг качества государственного управления лесами уже третий раз. Основа для статистики — данные органов управления лесами. И экологи признают, что с каждым годом чиновники становятся все более открытыми для взаимодействия и представляют им больше цифр.
Государство часто относится к лесам так же, как к нефти и газу, объясняет нынешние принципы управления ресурсами координатор проектов по лесной политике WWF Николай Шматков.
Недостаточный акцент делается на сохранении экологического и социального потенциала, то есть на защите и восстановлении леса. «Но ведь мы не живем среди нефти и газа, а лес нас окружает», — говорит Шматков, напоминая, что лес надо беречь, так как это поставщик кислорода, он связывает углерод, предотвращая изменения климата, и является основным регулятором водных ресурсов.
У регионов исследователи запросили данные за 2012 год по 63 параметрам — о площади разных видов лесов, о пожарах, о новых посадках, о рубках ухода и незаконных рубках, об объеме заготовок древесины, передаче древесного топлива населению и даже о зарплатах лесников и количестве местного населения, трудоустроенного в лесном хозяйстве. Ответы приходили неполные. Органы управления лесами зачастую не отслеживают экологическую и социальную составляющие, опираясь на данные об использовании древесины. Например, из Чечни пришли ответы лишь на 40 вопросов. Из Якутии поступили настолько скудные данные, что этот регион решили вообще не включать в рейтинг. «Может быть, у них общее качество информации низкое, а может быть, боялись раскрывать данные о пожарах», — пояснил Шматков. Якутия ранее подверглась критике со стороны Минприроды за искажение данных о лесных пожарах.
От участия в рейтинге отказался Камчатский край: там леса были сильно вырублены, лесное хозяйство менее развито, объясняет Шматков.
А вот Московская область демонстративно третий раз отказывается от участия в рейтинге.
«Это самый болезненный регион, — говорит Шматков. — Думаю, это связано, к сожалению, с катастрофическим положением лесного хозяйства, которое сложилось в Московской области. Это видно всем, кто проезжает по дорогам Подмосковья каждый день на работу в столицу и обратно. Пятна сухих деревьев, изъеденных короедником, завалы неубранного сухостоя. Поэтому, я думаю, власть Московской области останавливает боязнь выноса сора из избы, боязнь показаться хуже по сравнению с другими регионами». Шматков призывает руководителей регионов не избегать общения с экологами: «Общественные организации не такие дурные, чтобы не понимать, что лес растет долго, что решить проблемы в лесном хозяйстве, которые накопились годами, невозможно за срок службы одного губернатора — пять лет. Но если мы не признаем проблему, нам ее не решить никак. Больной должен признать себя больным, чтобы начать лечение».
Среди регионов, которые оказались в самом конце рейтинга, есть республики Северного Кавказа — Дагестан и Ингушетия.
«Кавказ — это отдельная боль, причем не только лесная. Надо признать, что в лесах Дагестана, Чечни и ряда других регионов приходится работать в условиях режима контртеррористической операции.
Понятно, что есть лесники, которые болеют за свои леса, пытаются за ними ухаживать, но это очень трудно. Там просто нельзя проводить мероприятия по поддержанию качества лесов, так как это опасно. Мы это понимаем, но сознательно не пошли на изменения в рейтинге: что есть, то есть», — говорит эколог.
В числе аутсайдеров также находятся Ульяновская, Ивановская, Иркутская, Псковская, Тульская, Липецкая, Оренбургская и Челябинская области, Забайкальский край и Калмыкия.
Первые места достались Коми, Карелии, Татарстану, Смоленской, Кемеровской областям и Туве. Объясняя причины, которые позволили выйти регионам вперед, Шматков говорит о внимательном отношении к участкам леса, которые используются для сбора грибов и ягод. В большинстве поселений, городов жители ходят в лес за грибами не ради забавы, а для выживания. «В Коми на региональном уровне приняты подходы, когда такие социально значимые участки леса не сдаются в аренду, это учитывается при лесном планировании», — объясняет эколог. Жители городов подтверждают важность лесопользования. «Мы живем на окраине Челябинска и всегда ходили в ближайший лес собирать грибы. Но в последние годы в лесу начали активно строить дома — появился новый микрорайон. Несколько лесных пятен еще осталось, но количество грибов там резко сократилось. Теперь даже грузди стали большой редкостью, опят не найти, а сыроежки измельчали», — рассказал «Газете.Ru» житель Челябинска Александр Витязев.
Некоторым регионам плюсов добавили болота.
«В Архангельской и Кировской областях есть интересный опыт по сохранению участков, значимых с точки зрения биологического разнообразия. Как правило, это участки, малоценные для лесной промышленности, со старыми сухими деревьями с дуплами, в которых птицы вьют гнезда. В этих регионах приняты на законодательном уровне акты по сохранению таких участков. В других регионах этого нет», — говорит Шматков.
Насколько данные, представленные чиновниками, верны, экологи предлагают оценить местным жителям и специалистам. Все они были опубликованы в интернете.
Например, в числе успешных в управлении лесами оказался Краснодарский край.
«Мы не стали выражать своего мнения, хотя мы считаем, что это не так. Там есть проблемы с участием общественности в управлении лесами. Например, когда правозащитники выражают несогласие с возведением заборов вокруг дач губернатора, а за ними объявляется охота и их сажают в тюрьму. Когда вырубаются участки с лапиной крылоплодной — краснокнижным растением — и отдаются под строительство олимпийских объектов. Но мы смотрим на цифры, и они говорят, что регион хорошо справляется с управлением лесами. Поэтому мы призываем всех специалистов и неравнодушных граждан к диалогу. Давайте это обсуждать», — говорит Шматков.
Регионы живо откликаются на результаты рейтинга. Те, у кого хорошие данные, публикуют рейтинг у себя на сайтах и с гордостью говорят об этом. А регионы с низким рейтингом предпочитают звонить составителям. «Звонят с разборками, выясняют, почему они на низком месте. Мы разбираем с ними данные, смотрим. Может оказаться, что не был предоставлен ряд параметров, а другие цифры, попавшие к нам, были недостоверными, — говорит Шматков. — Мне звонили из Челябинской области, спрашивали, почему у них низкий рейтинг. Еще звонят темпераментные лесоводы из кавказских республик, которые гневно выражают несогласие и не слушают аргументы. Откликов много из года в год. И это говорит, что мы работаем не зря. Если губернатор лишний раз спросит, почему регион не на первом месте, то это заставит людей работать лучше».
