Цивилизация
Напомним, что председатель парламентской комиссии также предположил, что организаторами расстрела могли стать агенты МВД и СБУ и представители общественных организаций, «вышедших из-под контроля».
Заявления Москаля, отличающиеся от ранее высказываемой им позиции, спровоцировали дискуссию о том, что киевская власть может сознательно выводить из-под удара силовиков и бросать тень на недавних союзников — бойцов «Правого сектора» и других неформальных организаций, которые стали «ударным звеном» Майдана.
В беседе с «Газетой.Ru» депутат Верховной рады от Партии регионов, заместитель председателя комиссии по расследованию Елена Бондаренко рассказала, как все это время работала комиссия и какие цели преследовал Москаль, сделав свое нашумевшее заявление.
— Как все это время работала комиссия? Много ли удалось «нарыть»?
— Могу рассказать вам с самого начала, как шло расследование этой якобы «комиссии». Когда ее создавали, меня включили от фракции замом. Я стреляный воробей и не одну следственную комиссию прошла. И тут ждала, что меня пригласят хоть на одно заседание. Москаль тем временем рассказывает, что он всех приглашает, а они не приходят. В результате я встретила его лично и сказала, что с радостью приду. Как позже выяснилось, на заседания приходили от силы три человека, включая Москаля, и кворума никогда не было.
— Как впечатления от заседания?
— Первое, что я сделала, — попросила повестку дня, чтобы понять, что мы вообще разбираем. Ее не оказалось. Потом попросила: дайте список людей, которых пригласили, чтобы опросить. И этого не нашлось. Наконец, говорю, дайте стенограммы предыдущих заседаний. Но они, как выяснилось, не велись. При этом
Москаль ведет себя как хам, называет меня «недобитком Януковича» и предлагает пойти на кухню мужем управлять.
— Так что к этому моменту удалось выяснить комиссии?
— Ничего. Ровным счетом. Москаль все время ссылается на документы, которые лежат у него на столе.
Дескать, у него есть данные о спецоперациях, в том числе под кодовым названием «Бумеранг». Потом оказалось, что он о ней в интернете прочитал.
Я пыталась посмотреть, что у него за документы, но он лег на них грудью и сказал, что нет, только у него в кабинете. Странно, у нас же открытая коллегия, почему их никто не может посмотреть? Таким образом, Москаль по-прежнему продолжает транслировать какие-то «смыслы» от комиссии, хотя закон Рады запрещает ему что-либо заявлять, если нет решения комиссии. Это все бутафория, спектакль.
— Вы пытались как-то поднять этот вопрос в Раде?
— Я написала жалобу в регламентный комитет и попросила снять Москаля с должности. Но пока реакции не было.
— Правильно ли я понимаю, что последнее заявление Москаля более или менее совпадает с позицией Партии регионов?
— Это правда. По сути он сказал то, что регионалы говорили раньше: были снайперы, которые стреляли и разожгли конфликт до небес, чтобы оппозиция пришла к власти. Но я не хочу поддерживать позицию Москаля, хотя она совпадает с нашей. Хочу, чтобы все было по регламенту.
— Раньше у Москаля была иная позиция?
— Да,
до этого он совсем другое заявлял! Сотрясал бумагами, утверждая, что приказ по расстрелу Захарченко (экс-глава МВД Украины Виталий Захарченко. — «Газета») отдавал. Потом иное: что Захарченко — глава организованной преступной группы, которая стоит за расстрелом. Теперь вот это.
— Хорошо, но зачем Москалю делать подобное заявление?
— Есть несколько предположений. С одной стороны, Москаль — человек в политике не новый, и это может быть страховкой политического конформиста. Он почувствовал, что
хунте жить осталось недолго, и погибать с ней он не хочет. Поэтому страхуется. Также это может быть попытка расправиться руками Москаля с «Правым сектором»,
взвалив на него организацию расстрела. Такое уже было. О поведении Саши Белого в Ровенской области (серия сообщений о том, что Белый терроризировал местных силовиков и прокуроров области. — «Газета») изначально стало известно со слов Москаля, и весь мир узнал о том, как действует «Правый сектор».
