«Срезал веки и выкалывал глаза»
Вечером 20 марта 1992 года 19-летняя Ира и 15-летняя Таня гуляли в московском районе Гольяново, когда к ним подошел познакомиться высокий светловолосый молодой человек, представившийся Димой.
Он предложил девушкам пройтись в парке. Как только компания углубилась в лес, мужчина выхватил нож и напал на Иру, которая шла ближе к нему — девушке чудом удалось сбежать. Она вызвала к парку скорую и милицию, но спасти Таню так и не смогли.
Ее тело обнаружили лишь на утро — местный житель выгуливал собаку и увидел в снегу обнаженный труп. Эксперты установили, что убийца нанес 15-летней девушке не меньше 30 ранений.
Это было уже не первое похожее преступление на востоке Москвы. В течение марта оперативники находили трупы со множественными ранениями и увечьями, однако связь между ними проследить не удавалось. Толчок к расследованию дал приезд в столицу сотрудников киевского угрозыска.
Украинские коллеги сообщили, что преступник, называвший себя Дмитрием из Балашихи, совершил на их территории как минимум пять убийств, после чего сбежал обратно в Россию. По их информации, убийца орудовал ножом, более того, часто срезал жертве веки и выкалывал глаза — как и в Москве. Сотрудники поняли, что ищут одного и того же маньяка.
Руководителем московской группы назначили опытного следователя прокуратуры Михаила Слинько.
«Мы буквально жили в Первомайском УВД, нам даже выдали подушки — дежурили постоянно, знали, что он орудовал в одном районе. По ночам человек 200 делали обход с фотографиями, но он в это время спокойно пережидал у очередной женщины», — рассказывает в разговоре с «Газетой.Ru» Михаил Слинько.
Столичные правоохранители хотели задержать убийцу раньше своих украинских коллег, на поиски «серийника» бросили все силы. Спустя несколько дней дежурный доложил — похожий мужчина замечен у трамвайной остановки.
«Мы помчались туда, 11-й трамвай — идет от Первомайки в Останкино. Время семь утра, мы запрыгнули, я подошел к нему, говорю: «Билет есть? — Нет. — Вы арестованы». — Он сразу все понял», — вспоминает Слинько.
При себе у задержанного оказался нож, которым несколько дней назад была ранена Ира и убита Таня.
«Сначала стыдно, сейчас — не нужно»
Задержанным оказался 23-летний житель Балашихи Олег Кузнецов. Родители молодого человека развелись, когда он был еще ребенком, мальчик остался с отцом, домашним тираном.
«Они жили в соседних подъездах, но отец запрещал Олегу даже здороваться с матерью — если он видел ее на улице, то просто уходил. Сам отец любил женщин, покупал цветы, шампанское, часто их менял. В каком-то смысле это отношение усвоил и его сын», — рассказал собеседник «Газеты.Ru».
После восьмого класса Кузнецов ушел в ПТУ учиться на специальность «модельщик деревянных моделей», параллельно выучился на водителя грузового автотранспорта.
Чтобы сделать из сына «настоящего мужчину», отец отправил его на спорт. Юноша получил второй разряд по биатлону, но, как вспоминали знакомые, храбрости ему это не придало. Как только возникали конфликтные ситуации или драка — Кузнецов предпочитал сбежать.
Зато спортивное телосложение и привлекательная внешность помогали юноше легко заводить знакомства с женщинами. Множество любовниц у Олега было не только в Балашихе, но и в Киеве, где он проходил армейскую службу.
Позднее в показаниях Кузнецов пояснил, что длительные отношения его тяготили — переспав с девушкой один-два раза, он сразу искал другую. Ждать согласия на интимную связь не любил — предпочитал требовать насильно и причинять боль.
По словам Михаила Слинько, Кузнецов признался в 47 эпизодах насилия, но написать заявление никто не захотел.
После поимки маньяка сотрудники обходили всех потерпевших, но те объясняли: сначала идти за помощью им было стыдно, а сейчас — не нужно, у них давно новая жизнь, мужья и дети.
Первое убийство Кузнецов совершил вскоре после того, как вернулся со срочной службы. В 1991-м он работал водителем грузовика. Вечером 14 мая поссорился с одной из своих партнерш, купил вина, сел в грузовик и поехал кататься по окрестностям.
У дороги в районе Купавны его остановила девушка и попросила подвезти. Позднее выяснилось, что она тоже поругалась с молодым человеком. Олег предложил ей выпить, и вскоре пара остановилась на обочине.
Кузнецов уверял, что любовью они занимались всю ночь, причем инициативу проявила попутчица. А на утро девушка попросила заплатить ей, это вывело маньяка из себя.
Он вытащил ее из машины, связал руки за стволом дерева, избил, а затем ударил по голове монтировкой. Через несколько дней тело обнаружили случайные прохожие, но вычислить убийцу не смогли.
Следующей жертвой, которой чудом удалось выжить, стала знакомая Кузнецова, которая не ответила на его приветствие. Любой отказ Олег воспринимал как оскорбление, поэтому, когда девушка прошла мимо него на остановке — взбесился. Он схватил ее за руку и потащил в сторону от дороги.
Я объяснил, что вел себя по отношению к ней по-человечески, не принуждал к половой связи. А раз она поступила со мной по-свински, значит, я ее накажу. Она не сопротивлялась. Я поставил ее на колени и произвел половой акт сзади. Длился он всего лишь минуты две. В принципе я не хотел ее, а таким образом наказал.
Жертва умоляла ее отпустить и обещала не идти в милицию. Кузнецов согласился. На следующий же день пострадавшая дала показания в местном отделе.
«Милиция ничего умнее не придумала, как сразу поехать к нему домой, где сотрудников встретил его отец. Ему рассказали про изнасилование, и естественно, он тут же предупредил сына. Сначала Кузнецов прятался в Подмосковье, а затем уехал в Киев, надеялся, что уж там его не достанут», — вспоминает Михаил Слинько.
По словам бывшего следователя, остановиться преступник уже не мог, но теперь старался не оставлять свидетелей. Единственная «погрешность» — медсестра одной из киевских больниц. После того, как Кузнецов затащил ее в сарай и изнасиловал, они даже стали жить вместе. Но жестокость маньяка только росла.
За январь он совершил несколько убийств и изнасилований. У всех похожий сценарий. «23 колото-резаных ранения, механическим путем удалены верхние веки и проколоты глаза, имеются следы изнасилования», — говорилось в деле.
По Киеву расползались слухи о маньяке, в парках дежурили переодетые сотрудницы милиции, оперативники прочесывали комиссионки в поисках вещей убитых, но безрезультатно.
Выйти на след преступника помогла смелость очередной жертвы — ей удалось оттолкнуть нападавшего и добежать до ближайшей автобусной остановки. Оправившись от шока, она тут же пошла в отдел, где перечислила приметы мужчины и данные, которые он ей называл: «Дмитрий Фадеев из Подмосковья».
Ориентировки на «серийника» висели по всему городу. Наконец, его заметили у речного вокзала, причем в компании очередной девушки. Едва к паре приблизились сотрудники — Кузнецов-Фадеев бросился бежать и прыгнул прямо в Днепр. Поймать его не удалось, а серия преступлений прекратилась. Было очевидно, что маньяк уехал.
«На перроне ждала разгневанная толпа»
Возвращаться домой Кузнецов не планировал, опасаясь розыска, и завел новую знакомую — студентку, которая вместе с родителями жила неподалеку от Измайловского парка.
Родители девушки — работники Большого театра, были категорически против ее общения с Олегом, но как только семья уходила на работу, девушка тайком пускала домой любовника. Ночью же маньяк снова выходил на охоту.
«С каждым убийством его жестокость возрастала. Теперь он наносил не один удар ножом, а 10-12, резал веки, вставлял палки в тело жертвы», — рассказывает Михаил Слинько.
15-летняя Таня, убитая 20 марта 1992, стала последней в кровавом списке Кузнецова. Оказавшись за решеткой, «серийник» охотно общался со следователем, но старался рассказывать только о расправах, отрицать которые было уже бессмысленно. Ускорила дачу показаний поездка на следственные действия в Киев.
Разгневанная толпа местных жителей ждала насильника уже на перроне. От самосуда Кузнецова спасли прибывшие бойцы отряда «Беркут».
Следующим нервным для маньяка мероприятием стала поездка на следственный эксперимент в Чернобыльскую зону, где он совершил одно из пяти убийств.
Навстречу следственной группе и задержанному вышел отец убитой девушки с ружьем. Столичным сотрудникам не без труда удалось убедить мужчину отказаться от расправы.
Он, конечно, перепугался, думал, попадет в изолятор — его убьют сразу. Тогда мы решили провернуть оперативную комбинацию. Выходило, что и у нас, и у Киева — по пять убийств, нам нужно было раскрыть больше. Я сказал Олегу, что мы уезжаем в Москву, а он остается здесь с местными силовиками, мол, вернуться смог бы, только если бы мы еще хоть одно убийство в России раскрыли. Он тут же вспомнил про еще одну расправу — первую в подмосковной Купавне.
И хотя Кузнецов давал показания, своей вины он не ощущал. «Я хотел знакомиться с девушками «по-хорошему», ожидал, что это поможет успокоиться. Но случилось так, что они меня не понимали, и я терял контроль над своими действиями», — объяснял преступник.
В то, что их любовник — жестокий убийца, отказывались верить даже некоторые выжившие подруги маньяка.
«Он мог меня убить, но я, видите, жива осталась! Он меня оставил в живых! Он со мной, наверное, чувствовал себя нормальным, с теми, кого убивал — ненормально», — оправдывала любовника перед журналистами одна из девушек Кузнецова.
По ее словам, убитые якобы были виноваты сами. «Если бы они не сопротивлялись, они бы остались живы, я так думаю», — уверяла она.
В декабре 1993 года суд приговорил Кузнецова к смертной казни. От расстрела его спас мораторий — маньяку заменили наказание на пожизненное заключение. Срок от отбывал в мордовской ИК-1, где и умер 4 августа 2000 года.
Как вспоминали сотрудники учреждения, все это время его никто не навещал и не слал посылок. С сокамерником Кузнецов тоже почти не общался и умер в одиночестве.
