Чеченские полицейские посоветовали не лезть в дело пропавшей Седы Сулеймановой и оговорились, что девушку действительно могли убить из-за «общения с русским». Об этом «Газете.Ru» рассказала подруга Седы Елена Патяева, которая была задержана в Грозном спустя час после одиночного пикета в поддержку Седы.
Она отметила, что пикет прошел успешно, хотя и не дал больших результатов.
«Пеших прохожих было мало — оказалось, именно в этом месте, где я стояла с плакатом «Где Седа Сулейманова?», почти никто не ходит. Но многие смотрели с другой стороны улицы, тормозили свои машины, чтобы прочесть, кто-то фотографировал. Мужчины, которые прошли именно мимо, непосредственно рядом, сказали мне что-то одобрительное, как мне показалось по выражению их лиц. Но они говорили на чеченском, что именно — я не знаю. Мне кажется, они приняли меня за чеченку из-за того, что у меня на плакате были слова не только на русском, но и на чеченском (у меня есть друзья-чеченцы, я спросила их, как правильно написать). В отделе потом жестко до меня докапывались: мол, кто на чеченском написал?! Не верили мне, когда я говорила, что приехала из Питера с этим плакатом, говорили, что я по-любому тут его написала под чью-то указку. Сказали мне, что даже бумага моего плаката «грозненская», — рассказала Патяева.
Девушку задержали спустя час – сначала полицейские заявили, что одиночные пикеты в Чечне запрещены. По словам Елены, ей прямо говорили – «на ночь ты у нас, скорее всего» и затем «водили по всему отделу — то к одним сотрудникам, то к другим».
«А потом вдруг я увидела напряжение на лицах, они резко засуетились — чувак передо мной буквально побежал вниз по лестнице и говорил мне бежать за ним. Дескать, это срочно, там начальник ждет. Я в этом момент подумала, что либо мне конец сейчас будет, либо, наоборот, отпустят. Но то, как они бежали и торопили меня, было смешно. Я бежать не стала: подумала, что уж на свою казнь, арест или освобождение я не опоздаю по определению. В итоге этот большой начальник провел нравоучительную беседу в духе: не надо такими методами, это на руку украинцам. Я сказала, что в политику не лезу, а хочу лишь привлечь внимание к судьбе моей пропавшей и, вероятно, убитой подруге», — сказала Патяева.
Елена рассказала, что полицейские расспрашивали ее о Седе Сулеймановой, а после ссылались на «семейное дело и что в это не надо лезть».
«Один сотрудник таки признал, что могли и убить родственники. Он переспросил: она с русским в Питере общалась? Я сказала — да. Он кивнул и сказал: ну тогда, значит, могли. А остальные отрицали, но это были тупо слова. А большое начальство вообще затирало пургу в духе: а может, она сбежала с каким-нибудь афроамериканцем и живет себе счастливо. Может, она не хочет, чтобы ее нашли, не хочет выйти на связь. И даже больше: мол, если следователи даже ее найдут и она скажет, что не хочет со мной общаться, — то они мне и не скажут, что нашли. Как по мне, наиболее честен из них был тот сотрудник, который сказал: могли и убить», — заключила Патяева.
20 марта Патяева сообщила, что вышла на пикет в Грозном, поскольку больше не видит «других способов достучаться до российских властей и общества». Уголовное дело по факту исчезновения Сулеймановой завели в 2024 году, однако за это время виновные так и не были найдены, отметила подруга пропавшей.
Седа Сулейманова, уроженка Чечни, сбежала из дома после ссоры с семьей, которая пыталась выдать ее замуж против воли. Она переехала в Санкт-Петербург, но в августе 2023 года родственники нашли ее, угрожали и требовали вернуться. Позже девушку задержала полиция по обвинению в краже и передала чеченским властям.
Омбудсмен Чечни Мансур Солтаев заявлял, что Сулейманова в безопасности и рада быть с семьей. Однако сама девушка не сказала ни слова на видео, которое опубликовал Солтаев. После этого она исчезла из поля зрения правозащитников, друзей и СМИ, ее судьба до сих пор неизвестна.
Ранее Патяеву осудили за пикет на мосту Кадырова.
