Запреты на продажу вейпов, которые регионы вводят, не дожидаясь федерального закона, рискуют быть оспоренными в суде, а на практике лишь разгоняют теневой рынок. Об этом «Газете.Ru» заявил юрист, глава Московской коллегии адвокатов «Союз спасения» Сергей Валкирный.
Поводом стал закон Нижегородской области, принятый в конце мая. С 1 сентября 2026 года в регионе запрещаются розничная продажа и хранение никотинсодержащей продукции и устройств для нее. Область стала вторым после Пермского края субъектом, пошедшим на полный запрет.
Главная проблема, по мнению адвоката, — в спешке: регион принимает запрет до того, как федеральный законодатель определился с правилами. Единого решения пока нет — в Госдуме параллельно обсуждаются три взаимоисключающих сценария: эксперимент в одном регионе, право запрета для всех субъектов и сплошной федеральный запрет.
«Регионы бегут впереди паровоза. Запрет, принятый раньше федерального закона, который еще только пишется, — это не проявление силы, а управленческая слабость», — считает Валкирный.
У такого запрета, по словам юриста, слабый правовой фундамент. Когда субъект под вывеской «дополнительных мер» по охране здоровья переписывает федеральные правила оборота товара, он вторгается в чужую компетенцию: статья 71 Конституции закрепляет правовые основы единого рынка за Федерацией, а не за регионами.
Пермь это уже показывает — запрет действует с марта, и его законность оспаривается. У Нижегородской области те же слабые места.
Отдельно юрист обратил внимание на конструкцию нижегородского закона: из-под запрета прямо выведены изделия с нагреваемым табаком. Вейпы с прилавка убирают, а стики и сигареты продавать можно — объяснить такую выборочность одной охраной здоровья, по словам Валкирного, трудно.
Еще одна слабость — отсутствие механизма ответственности.
«Закон запрещает оборот, но наказания за нарушение не устанавливает — он лишь поручает правительству области назначить орган, который будет «оценивать соблюдение требований». Запрет без санкции превращается в декларацию. Это худший сценарий для самой власти: норма есть, исполнять ее никто не обязан, и все это видят. Закон, который нельзя применить, не укрепляет авторитет власти, а подрывает его», — пояснил Валкирный.
Главный эффект запрета, по его оценке, обратен задуманному: спрос не исчезает, а уходит в тень.
«Не нужно дорогих исследований — зайдите в мессенджеры, и вы увидите рост предложений о продаже вейпов: с доставкой, без всякой проверки возраста. Вот так пермская власть «запретила» вейпы? Подростку купить их стало даже проще, чем раньше. И ровно то же самое получит Нижегородская область с 1 сентября», — считает адвокат.
Есть у запретов и плохо учитываемое последствие — недовольство тех, чьи интересы задеты: предпринимателей, работавших легально, и совершеннолетних потребителей, у которых отнимают возможность купить разрешенный в стране товар.
«Это люди, которые считают, что их права ущемили, — и такое недовольство никуда не девается. Оно копится и рано или поздно проявляется — в судах, в обращениях, в общественной реакции. Заставить эту аудиторию замолчать запретом не выйдет», — резюмировал юрист.
