Очередная попытка совместными усилиями объяснить, почему Россия проиграла в Афинах Китаю, лишилась множества запланированных было медалей и практически не имеет шансов на успех на зимней Олимпиаде в Турине в 2006 году, не удалась. Вновь не получилось создать кворум. На встречу с журналистами не пришел обещанный президент ОКР Леонид Тягачев, который сослался на занятость. Это вызвало усмешки у представителей прессы — ведь на брифинг должен был прийти Вячеслав Фетисов, глава Федерального агентства по физической культуре, спорту и туризму. Негласный оппонент главы Олимпийского комитета.
Вместе с Фетисовым в итоге за один стол сели вице-президент МОКа Виталий Смирнов, капитан российских теннисистов, также член МОКа Шамиль Тарпищев, и руководитель российской делегации в Афинах Анатолий Колесов, который, собственно, и представлял ОКР.
Но героем этой встречи стал патриарх российского баскетбола Александр Гомельский, который, не попав в президиум, сам взял слово и обвинил во всех бедах чрезмерные амбиции всех спортивных чиновников России: от Фетисова с Тягачевым до руководителей федераций.
Речь Гомельского была единственной, которую журналисты выслушали без единой усмешки.
Остальные же выступавшие выдали ряд ярких спичей, обнажили проблемы нашего спорта, но, когда речь заходила о решении этих многочисленных проблем, ничего внятного не было сказано. Надежды на улучшение ситуации в словах чиновников не было. А в итоге пресс-конференция и вовсе перешла во взаимное ерничество, в котором особенно усердствовал остроумный Смирнов.
Фетисов сразу же расстроил прессу, объявив, что подводить итоги Олимпиады не собирается, как это было анонсировано. Итоги, по словам Фетисова, его ведомство подведет на своей коллегии лишь в начале октября, когда будут заслушаны доклады представителей всех федераций. Сам же Фетисов назвал итоги афинских Игр для сборной России успешными, но не столько по количеству завоеванных медалей (92 всего и 27 золотых), сколько потому, что многие российские атлеты показали не только мастерство, но и мужество. А также благородство.
В дальнейшем с монологом Фетисова согласились и его оппоненты, дав понять, что Россия обязана была выигрывать у Китая и могла опередить ослабленную допинговыми скандалами американскую команду.
Вот только, почему этого не произошло, ясного ответа нет. Все выступавшие были согласны в одном: российский спорт хиреет, причем на глазах, и до сих пор держится лишь на энтузиазме отдельных спортсменов и тренеров, чаще всего в регионах. Вот только вину стороны перекладывали с больной головы на здоровую. То есть на соседа по столу президиума.
Фетисов справедливо отметил, что в российском спорте пропадает резерв, и с ним все согласились. Что Попов, Поздняков, Колобков и другие ветераны достойны лишь благодарности за то, что до сих пор верны российскому флагу, но за ними никто не стоит. Но эти сакраментальные фразы мог сказать любой: от более или менее квалифицированного журналиста до болельщика, смотревшего Олимпиаду от и до, настолько они очевидны. Выход же из ситуации все видят по-разному. Кто-то кивает на слабое финансирование спорта в стране и отсутствие принятой еще в советские времена системы подготовки к Играм (с последним нельзя не согласиться, достаточно посмотреть на перенявший это у нас Китай), другой видит корень зла в слабой работе олимпийского комитета, который, дескать, завалил не только подготовительную работу, но и допустил ошибки во время самих Игр. Тарпищев посетовал на неуправляемость федераций со стороны как агентства Фетисова, так и возглавляемой им самим рабочей группы при правительстве. Выступление главного теннисиста страны, к слову, было самым жестким, тогда как тот же Колесов с ясными всем истинами выступил эмоционально, но очень уж банально.
Тарпищев, к слову, обвинил ОКР в слабости и заявил, что в отличие от предыдущих Игр в Афинах в сборной России не было сердца и души.
У российских спортсменов, по словам Тарпищева, всю Олимпиаду то последний выстрел в цель не попадет, то мяч не на ту сторону корта перекинется, то от щита опустится не в то кольцо. А виноваты чиновники из ОКР, которые не организовали достойного пребывания наших спортсменов. Вплоть до таких мелочей, как отсутствие телевизоров в номерах Олимпийской деревни.
На язвительный вопрос Колесова, почему же теннисисты, подведомственные господину Тарпищеву, проиграли, ответил Смирнов, защитив своего коллегу по МОКу: «Шамиль работал в Афинах с утра до ночи, но в основном по делам МОКа, и не мог должное время уделять теннисистам».
Так и препирались чиновники в течение всех полутора часов общения с журналистами. То кто-то кого-то как бы в шутку оскорбил, а другой становился на защиту. Потом стороны менялись позициями. Больше всего в этом «дружеском общении» досталось Тягачеву. Смирнов сначала назвал его «лучшим тренером мира по горным лыжам», потом мягко намекнул на речь президента ОКР, который на 20-минутной пресс-конференции в Афинах, посвященной кандидатуре Москвы на организацию Игр 2012 года, говорил 18 минут. Это вызвало смех в зале — ведь все знают, как долго может говорить Тягачев совершенно ни о чем.
Сошлись выступавшие в некоторых вещах. Ошибкой было названо, во-первых, объявление еще до начала Игр точного количества медалей, которые должны были завоевать в Афинах российские спортсмены. Дескать, это заставляло атлетов нервничать, особенно после неудач в первые дни Игр. Колесов безуспешно пытался объяснить, что это был план, как бы ориентир, часть концепции, согласно которой подготовка в Афинах начала вестись сразу после Сиднея. Колесову коллеги сразу заявили, что об этом плане можно было и не объявлять на всю страну.
Неудачным было признано также решение незадолго до Игр в Афинах об очередной реорганизации Госкомспорта, который в итоге стал агентством и, самое главное, подчинен Минздраву, у которого и без спорта полно собственных проблем. При этом главная государственная спортивная структура изменяла свой статус уже 12 раз за последние 10 лет, но ни к чему хорошему все это не приводило.
И, наконец, присутствовавшие согласились, что такое положение дел приведет к провалу на Играх в Турине.
До них осталось менее полутора лет, а воз и ныне там. Пока для нас «медальными» являются лишь три вида: женские лыжи, биатлон и фигурное катание — конкурировать с остальным миром невозможно. В Солт-Лейк-Сити Россия была пятой, в Турине может проиграть еще больше.
Черту же под горячей, но малоэффективной дискуссией подвел попросивший микрофон Александр Гомельский. «Пока все вы, — в жестком тоне обратился он к президиуму, — не сядете за стол переговоров и не распределите окончательно свои обязанности — ничего у вас не получится. Ваши чрезмерные амбиции губят российский спорт. Это главная его беда». Оправдаться попытался лишь Фетисов, который подтвердил, что он амбициозный человек и что, если его работа всем не нравится, он готов уступить место любому. Хоть и тому же Тягачеву.
Но при этом даже очки не скрывали прыгающих в глазах Фетисова чертиков — не дождетесь, мол.
