Имена олимпийских чемпионов Турина Татьяны Тотьмяниной и Максима Маринина в последнее время вспоминают все чаще организаторы тура Евгения Плющенко «Золотая скрипка Страдивари». Питерских фигуристов обвиняют, причем зачастую переходя всякую грань приличий, в том, что они переметнулись к конкурентам из компании Ильи Авербуха «Ледовая симфония». В эксклюзивном интервью корреспонденту «Газеты.Ru» Татьяна Тотьмянина приоткрыла завесу тайны в этой истории и рассказала о том, когда они с Максимом решат, стоит ли им возвращаться в любительский спорт.
— Почему вы предпочли шоу «Ледовая симфония» туру «Золотая скрипка Страдивари»? — С Ильей Авербухом мы уже работали, нам был представлен четкий график выступлений и гарантированные условия. Представители другой компании вели себя как-то странно.
График тура постоянно перекраивался, уровень организации не соответствовал заявленным амбициям.
В итоге мы приняли предложение «Ледовой симфонии».
— Разрыв отношений с организаторами «Золотой скрипки Страдивари» был как-то запротоколирован? — Все договоренности были только на словах, но с Евгением Плющенко и его менеджером Ари Закаряном мы знакомы много лет. Когда мы объявили им о своем решении, нам пожелали успехов. Обвинения в прессе появились уже потом, когда, видимо, дела у них стали складываться не лучшим образом.
— Вы довольны, как проходят выступления в туре Ильи Авербуха? — Публика принимает нас очень тепло. Стараемся использовать выступления в шоу для поддержания формы. В наши
skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"sub": "129459",
"type": "129461",
"uid": "_uid_1596888_i_1"
}
— Вас не удивляет, что все претензии в ваш адрес высказывает не Евгений Плющенко, с которым вы знакомы много лет, а его окружение? — Мне вообще как-то странно узнавать о претензиях в наш адрес и угрозах обратиться с судебным иском из газет. Нам никто ничего не высказывал.
Плющенко, как спортсмен, выступающий в шоу, юридически не имеет права делать подобные заявления.
В газетах же все слова идут якобы от его имени.
— У вас не было желания лично поговорить с ним? — Когда я впервые услышала о претензиях в наш адрес, стало просто обидно. Мы ведь много лет знакомы с Евгением, собираемся кататься бок о бок еще много лет — и вдруг такое! Прекрасно понимаю и Женину обиду. Возможно, у него просто вырвалась фраза в неофициальной обстановке, а журналисты ее растиражировали. Скорее всего, всю эту шумиху раздувает окружение Плющенко. Правда, не знаю, с какой целью. Если бы у них действительно были к нам обоснованные претензии, они бы их уже предъявили.
— Не думаете ли вы, что этот скандал стараются использовать в качестве рекламной кампании «Золотой скрипки Страдивари»? — Может быть, так оно и есть. Я не слежу, как проходит параллельный тур.
У нас график очень напряженный: за шесть недель — 34 шоу, последнюю неделю провели в Америке.
Если у Евгения дела идут хорошо, могу только порадоваться, если не очень — что ж, это первый опыт организации собственного шоу, и все еще впереди.
— Когда вы решите вопрос о возвращении в любительский спорт? — Скорее всего, по окончании тура Тома Коллинза по Америке. Мы отдохнем, оценим свои силы и настроения. Естественно, многое будет зависеть от того, что нам предложит Федерация фигурного катания на коньках России.
Наши спортивные амбиции удовлетворены уже полностью, так что возвращаться имеет смысл только под гарантии достойной оплаты.
— Во время визита в Сочи оценочной комиссии МОК Максим Маринин говорил, что склоняется, скорее, к профессиональной карьере, вы же были настроены более решительно в отношении возвращения в любительский спорт. Изменились ли ваши настроения или нужна все-таки пауза для принятия взвешенного решения о продолжении карьеры? — Пауза нужна. Мы с Максимом — спортивная пара, работаем с тренером Олегом Васильевым. Решение будем принимать только втроем. К июню должны окончательно определиться.
Мы не собираемся ставить перед спортивными руководителями вопрос ребром о материальных стимулах или изображать из себя спасителей России.
Решение будем принимать исходя из того, насколько все мы втроем будем готовы повторить уже однажды пройденный путь к олимпийской вершине.