Цивилизация
Осло, последний европейский претендент на проведение зимних Игр – 2022, в начале октября решил отозвать свою заявку после того, как правительство страны отказалось дать финансовые гарантии. Таким образом, на Олимпиаду осталось два претендента — Алма-Ата и Пекин.
— Почему отказываются от зимней Олимпиады, ведь затраты на ее проведение гораздо ниже по сравнению с летними Играми?
— Норвежцы проводили Олимпийские игры в 1994 году в Лиллехаммере. Техническая сложность была только одна — со скоростным спуском, но они ее решили.
Мне та Олимпиада очень понравилась, она была первой, где мы выступали самостоятельной командой и победили, — норвежцы отстали от нас на одну золотую награду.
Нам очень помог Володя Смирнов, который выступал за Казахстан и победил в лыжной гонке на 50 км. Норвежцы собирались ее выиграть и сравняться с нами по золоту, чтобы стать первыми по большему количеству серебра и бронзы.
Они преждевременно праздновали победу. В последний день был невероятный ажиотаж, люди с вечера оставались в лесу на трассе, чтобы утром поддержать своих спортсменов. А взял и выиграл Смирнов.
Мы тогда впервые завоевали первое общекомандное место, Ельцин был страшно доволен, как и вся страна. Тогда впервые был устроен прием в Георгиевском зале.
Вот такая была Олимпиада. По-спартански организованная: были сооружения, воздвигнутые только для этих Игр и которые потом перестали существовать. Конечно, там был большой риск, потому что Лиллехаммер — это такой, так сказать, большой поселок, его городом трудно назвать. В случае каких-то стихийных или еще каких-то катаклизмов там была бы проблема, потому что была одна-единственная дорога, которая соединяла Осло с этим местечком.
Жили мы в очень скромных условиях, но тем не менее было очень здорово. Олимпиада была хорошей. Что вызывает сожаление относительно решения Осло.
Было три кандидатуры, все достойные. Но нельзя забывать о том, что Норвегия — это страна с небольшим числом населения, но которая занимает совершенно удивительное место в истории зимних Олимпиад. Норвежцы показывают выдающиеся результаты и достижения при том количестве людей, которые проживают в стране. Норвегия — носитель спортивных традиций.
Мы, не скрываю, думали о том, что они вместе с казахами могли бы стать одними из проповедников включения в программу Олимпийских игр хоккея с мячом.
Что касается правительства Норвегии, ну, наверное, ему виднее. Возможно, повлияли какие-то последние экономические события. И мотив, конечно, серьезный.
Но были и прецеденты, когда снимались не только претенденты, но и города, получившие право на проведение Олимпийских игр. Можно тот же Денвер привести в пример: они получили право проведения Игр в 1976 году, но, когда эйфория улеглась и муниципалитет назвал реальную сумму, которую придется потратить, население возмутилось: мы на другие дела ориентировались, мы не хотим, чтобы из наших фондов такие деньги уходили. И тогда отказались от проведения Олимпийских игр.
— Получается, что проблема возникает в тех странах, где этот вопрос решает само население? Там, где провели референдумы по заявке на Игры-2022, люди сказали: мы не хотим, чтобы Олимпиада проходила у нас. Так было в Польше, Германии, Швейцарии и той же Норвегии.
— Я не думаю, что это соответствует действительности, потому что один из пунктов опросника, который составляет Международный олимпийский комитет, — это общественное мнение.
— Претенденты должны как-то отразить это?
— Да, и это вопрос правительства страны. Один город не может гарантировать, скажем, визовый режим, вопросы безопасности, вопросы медицинского обеспечения, страхования и, если надо, карантина.
Должны быть выданы соответствующие государственные гарантии. В опроснике, который представляют в заявочных документах, обязательно есть статья «Поддержка населением проведения Олимпийских игр».
— Но все-таки официальный референдум и проведенный опрос — это разные вещи.
— Вы меня все время тяните в политику! И хотите, чтобы я вам сказал бы: да, казахи не проводят, там другой режим, это не демократическая Норвегия! И то же самое Пекин. Вы мне задали вопрос, я вам отвечаю на него, говорю: заявочный комитет обязательно должен представить соответствующие документальные материалы об опросе общественного мнения.
Для МОК это не праздная проблема — оказаться в состоянии форс-мажора какого-то, когда Игры могут быть отменены. Это тяжелое дело.
Понимаете, мы с вами можем предполагать. Может быть, повлияло то, что те же самые СМИ не отделают расходы, связанные с развитием инфраструктуры, и расходы, связанные с проведением тех или иных соревнований.
Одно дело — провести чемпионат мира (по футболу. — «Газета»), скажем, в Германии и Франции. Другое дело — в Южной Африке.
То же самое у нас в Сочи было. Это государственный проект, связанный с огромными инвестициями: надо было этот регион развивать.
В декабре на сессии МОК, когда мы будем обсуждать революционные идеи и предложения, путевую карту Игр 2020, одним из вопросов будет то, что надо четко во всех отчетах разделить необязательные для проведения Олимпийских игр расходы и те, которые с ними связаны.
На примере московской Олимпиады: аэропорт «Шереметьево-2 — это олимпийские затраты? Международный торговый центр — то же самое. Увеличение в два раза гостиничного фонда в Москве было только для Олимпийских игр?
Да, Олимпийские игры — это катализатор. В любой стране они форсируют развитие. Да, торговый центр был бы построен, но его планировали к 2000 году, а построили на 20 лет раньше. В свое время Мюнхен к Олимпиаде построил свой метрополитен.
Это нормальный процесс, который касается любой страны: Олимпиада оживляет и ускоряет любые процессы, чтобы подготовиться к этому конкретному празднику. Мы строим скоростную платную дорогу Москва – Санкт-Петербург к чемпионату мира по футболу 2018 года.
Поэтому МОК, я уверен, будет четко разделять расходы, чтобы не отталкивать страны от идеи проведения Олимпийских игр.
Есть еще один деликатный вопрос (в исключении Осло из числа претендентов. — «Газета»). Он касается того, что, по сути дела, зимние Олимпийские игры — это Игры Европы. Потому что самое большое количество полных команд — это европейские сборные. От Северной Америки полные команды могут поставить только Канада и США. Ни одна страна — от Латинской Америки, ни одна — от Африки, ни одна — от Океании. И Азия, где есть Китай, Южная Корея и Япония.
Но основной костяк — это Европа. И для многих национальных олимпийских комитетов, которые считают деньги на транспортные расходы и подготовку, думают о вопросах акклиматизации, разницы во времени, многое принимается в расчет.
— Бразилия, Южная Корея, Япония, теперь либо Казахстан, либо Китай: четыре подряд Олимпиады — вдалеке от Европы, три подряд — в Азии. Как же ротация континентов?
— Нет такого правила. Нет такой традиции, как в других видах спорта, например в футболе. МОК этому не следует.
И Игры 2022 года — все-таки не летние: по количеству участников, стран, по объему спортивной программы, хоть она и проходит 17 дней, зимняя Олимпиада не достигла такого размаха, как летняя. И не достигнет.
И это хорошо: если летняя программа настолько плотно укомплектована, что там какие-то изменения довольно сложно сделать, то в зимних мы можем говорить о командных соревнованиях в фигурном катании, о возможности включить хоккей с мячом.
— Бах сказал, что МОК не будет заново проводить предвыборную гонку и других претендентов не будет. Это правильно?
— А какие еще могут быть решения? Насильно, что ли, приглашать? Я не вижу в этом никакой проблемы. Для МОК самое главное — не оказаться в положении, когда Игры будет невозможно проводить. Две кандидатуры — значит, две кандидатуры, и будут их рассматривать.
— Бывший глава оргкомитета «Сочи 2014» Дмитрий Чернышенко возглавил инвестиционную компанию Volga Group, управляющую активами Геннадия Тимченко. Там есть и спортивная часть активов.
— Чернышенко пришел из области, которая не имела никакого отношения к спорту. И туда же он и вернулся. Это типичная ситуация с подавляющим большинством оргкомитетов Олимпийских игр. На эту должность берут не спортсменов, а менеджеров.
Знаете, кто сейчас возглавляет оргкомитет «Токио 2020»? Бывший премьер-министр Японии Ёсихиро Мори. Это огромная, колоссальная нагрузка, гигантская работа, где сам спорт — только одна из составляющих. И новое назначение Чернышенко — это естественный такой выход.
— В то же время Чернышенко по-прежнему связан с МОК тем, что входит в качестве эксперта в одну из комиссий.
— Я вам могу привести очень много таких примеров, когда в комиссию входят люди, непосредственно не связанные со спортом. У нас — тот же Владимир Лисин.
И я не исключаю того, что Чернышенко может получить предложение возглавить какую-либо спортивную федерацию. Он сделал свое дело, сделал хорошо. Он заслуживает того, чтобы он у нас не потерялся.
Другие новости, материалы и статистику можно посмотреть на странице олимпизма.
