— Ваша новая коллекция называется «Завтрак у …». Очаровательная Одри Хепберн вдохновила? — Да, именно она. Изначально название было и вовсе «Завтрак у Тиффани». Дело в том, что я очень люблю фильмы 60-х годов, мне нравятся итальянские, французские фильмы этой поры, такие культовые, как, скажем, «Десятая жертва». И вот как-то на даче я пересмотрела «Завтрак у Тиффани» с Одри Хепберн, и мне пришла в голову идея сделать черно-белую коллекцию маленьких черных платьев, тем более что я очень люблю эту стилистику. Но поскольку не хотелось повторяться, решила ограничиться «Breakfast at …».
— В ваших показах принимают участие не совсем стандартные модели. Следуете моде на полных манекенщиц? — Честно скажу: мне на тренд глубоко наплевать. И в моих показах в качестве моделей в основном участвуют мои же клиенты и друзья. Зрители хотят идентифицировать себя с моделями на подиуме. А у меня довольно много крупных клиенток. И они хотят видеть не просто субтильных моделей, а женщин, похожих на себя. Одеваться все хотят красиво — и полные, и худые. Вот я и беру нестандартные фигуры нестандартных с точки зрения fashion-индустрии людей. Хотя на подиуме своей харизмой они подчас затмевают любых профессиональных манекенщиц.
— Существует мнение, что полным женщинам нужно одеваться в черные свободные вещи. Вы согласны? — Нет, конечно. Это не более чем бред сивой кобылы. Никаких строгих канонов в выборе цвета и формы нет — все зависит от конкретного человека. Ведь полные фигуры тоже могут быть разными по конфигурации. А цвет, который идет человеку, зависит от цвета волос, глаз, кожи. Кому-то идут теплые цвета, кому-то холодные. Так что бросьте этот стереотип — нет такого всеобщего рецепта. Одеваться нужно так, как идет лично вам.
— В таком случае какие цвета больше всего любите вы? — В первую очередь черный и белый. Черный — безумно богатый и насыщенный цвет, он содержит в себе тысячи оттенков — от антрацита до tres-tres noir. В этой коллекции я использовала, например, немного сирени и лаванды, также люблю «рояль роз» — королевский розовый. Хотя в целом спектр довольно большой. Вот с материалами у меня все проще — использую только натуральный шелк. Причем самый разный — и очень тяжелую тафту, и репс, который смотрится как шерсть, и легчайший муслин, которого уходит по 10 метров на одно платье весом всего 200 граммов. Кроме шелка, ничего другого я не признаю.
— Почему в ваших коллекциях так мало мужских вещей? Ведь сильная половина человечества тоже стремится хорошо выглядеть. — Мужскую одежду безумно трудно шить. Для этого нужно иметь огромный профессионализм, опыт. Это не значит, что его у меня нет, просто портные, которые шьют мужские костюмы, как правило, мужчины. Им легче понять строение фигуры и сделать правильный крой. Я, конечно, регулярно делаю по несколько мужских вещей для коллекции, но это, честно скажу, самая трудоемкая работа. Сделать роскошное вечернее платье гораздо проще, чем строгий мужской костюм. А правильно посадить его на фигуру — и вовсе великое искусство.
— Раз уж речь зашла об искусстве — у вас художественное образование. Сейчас рисуете что-нибудь кроме эскизов? — К сожалению, нет на это времени. Но живопись очень люблю, в особенности ар-деко и модерн — обожаю Густава Климта, Альфонса Муху. У меня и дома довольно большое собрание картин, в том числе моих хороших друзей — как, например, Владимира Клавихо. Кстати, в Юлии Далакян, моей близкой подруге, скрыт талант живописца — она замечательно рисует.
— В мире моды у вас есть кумиры или просто любимые дизайнеры? — Знаковыми фигурами были в свое время Мадлен Вионэ и Кристиан Диор. Ну а на данный момент лучшие, на мой взгляд, Йоджи Ямамото и Джонае Ватанабэ. Творчество остальных меня не привлекает. Из русских, к сожалению, вообще никого не могу назвать, кроме разве что все той же хорошей подруги Юлечки Далакян.
— А кого вы считаете самыми красивыми людьми? — Мне нравится Венсан Кассель — настоящий идеал мужчины. Из женщин люблю Марлен Дитрих, Бэт Дэвис, Мэй Уэст… Замечательная красавица, на мой взгляд, Рената Литвинова. Обожаю Кристину Орбакайте — очень породистая женщина. На самом деле у меня довольно специфический взгляд на красоту, и далеко не все со мной согласятся.
— Кристина Орбакайте стала одной из моделей на вашем показе на Russian Fashion Week. Она ваша клиентка? — Мы с Кристиной в очень теплых дружеских отношениях, я не раз шила для нее платья. И, когда я думала над коллекцией «Breakfast at...», мне показалось, что Кристина может стать главным лицом показа. И тогда я специально для нее придумала два образа, в которых Кристина и выходила на подиум: довольно необычные, но безумно красивые наряды, подчеркивающие ее элегантность и женственность.
— Для вас мода — это искусство? — Конечно! В своих работах я использую много ручной росписи, вышивки, у меня в команде две художницы, которые рисуют по ткани, три вышивальщицы. В декорировании вещей я использую старинные приемы вышивки модерна, много старинного бисера 1903–1907 годов, пайетки 20-х годов прошлого века, которые покупаю на Glignancourt в Париже. Так что я занимаюсь исключительно искусством.
— А как же само понятие моды? Ведь это массовый процесс... — Здесь необходимо четко разграничивать эксклюзивную одежду и разовые вещи. Нет, они тоже, безусловно, нужны — я, к примеру, привожу своей дочери из Нью-Йорка или Шанхая очень расхожие и массовые вещи, она поносит это месяц и выбросит. Но вещи, которые делаю я, можно носить и по десять лет, и они будут модными и актуальными. Просто каждый занимается своим видом творчества, и ни в коем случае нельзя говорить, что массовый рынок — это плохо, а haute couture — хорошо.
— Вы упомянули про дочь. Чем она занимается? Не собирается пойти по маминым стопам? — Полина выбрала для себя другой путь — она учится на втором курсе в Институте имени Грибоедова, на факультете журналистики. Так что дизайнером она точно не станет. Конечно, можно, было и натравить ребенка, и заставить заниматься тем, что ты делаешь всю жизнь, но это не значит, что у нее получилось бы. А так она занимается тем, что ей интересно. И это не мешает Полине любить искусство и замечательно рисовать.
