Цивилизация
— Первый же вопрос про Россию. Вы пробыли здесь не так долго — каковы были ожидания и оправдались ли они?
— Я приехал в Москву в январе и провел здесь уже больше месяца. Все понимают, что экономика России находится в очень непростом положении.
До своего приезда я очень переживал. Но после встреч с сотрудниками компании, чиновниками и бизнесменами успокоился.
Никто не знает, сколько продлится кризис, но через некоторое время Россия обязательно вернется к докризисному уровню. Сейчас я гораздо более оптимистичен, чем до приезда в Москву.
— И как вам Москва?
— Честно говоря, я шокирован местным движением. На некоторых дорогах в одну сторону до шести полос, и все равно машины стоят.
Прогнозировать свои перемещения невозможно. Одна и та же поездка может занять и тридцать минут, и три часа.
— Вернемся к повестке дня. Вот санкции — как они повлияли на деятельность Panasonic в России?
— Совокупный спрос на электронику сократился. Но я очень надеюсь, что ситуация стабилизируется и спрос восстановится.
Не могу сказать, что санкции как-то особенно повлияли на наш бизнес в России.
Наша сила — в стабильном присутствии на мировых рынках. И из России мы уходить не собираемся.
Как сказал президент Путин, поставщики, которые покидают российский рынок, могут потерять его навсегда.
Вообще, негативные показатели демонстрирует не только российская экономика. Чтобы эффективно работать в России, необходимо поддерживать образовательные и научные проекты, потому что они являются приоритетными для государства. Эти отрасли, в свою очередь, потянут за собой развитие технологий, будут способствовать созданию высокотехнологичных производств и т.п. В этом плане российский рынок для нас очень перспективен.
Мы уже сотрудничаем с ведущими вузами и, кстати, зафиксировали рублевые цены на оборудование Panasonic, которое поставляется в России в рамках образовательных тендеров.
— Как взятый Россией курс на импортозамещение на вас сказался?
— Планов открывать фабрики или производить что-то в России у нас пока нет. Хотя, по-моему, это отличная возможность реально закрепиться на российском рынке.
Мы сейчас изучаем разные возможности. Ведь в России можно не только производить технику, но и разрабатывать софт и сервисы.
В целом структура российской экономика такова, что в ближайшей перспективе полное импортозамещение возможно лишь в некотором числе ее секторов.
В сфере высоких технологий импортозамещение очень проблематично. На разработку чего-то уйдут годы, что-то заменить и вовсе нельзя.
— Санкции вам не страшны, импортозамещения не боитесь. Неужели и слабый рубль на вас влияния не оказал?
— В этом плане ситуация одинакова для всех, в том числе и для наших конкурентов. Слабый рубль заставляет нас повышать цены, ведь все наши продукты производятся за рубежом, а затем импортируются в Россию. А из-за общего роста цен спрос в количественном выражении сокращается.
Хотя в декабре 2014 года россияне начали массово скупать технику. Нечто похожее происходило и в Японии в преддверии повышения потребительского налога. Тогда люди активно приобретали товары, чтобы не потерять свои сбережения.
Однако и после этого спрос не стал нулевым.
И в России электронику не перестанут покупать — просто так и на замену устаревшим устройствам.
Мы хотим использовать сложившуюся ситуацию, чтобы увеличить свою рыночную долю. Расширить канал продаж за счет новых партнеров — оптовиков, дистрибуторов, сетевой розницы. Если это нам удастся, то после стабилизации мы сможем наращивать сбыт вместе с восстановлением рынка. Это то, к чему мы стремимся.
— И как же вы будете позиционировать себя в России в условиях кризиса?
— В отличие от компаний, которые ориентируются только на низкую цену товаров, Panasonic всегда стремился создавать продукты, представляющие дополнительную ценность для потребителя. Уверен, что остаются люди, которые могут себе позволить такую технику.
В сложное время мы хотим сосредоточиться на продуктах, которые жизненно необходимы людям, а не на приятных безделушках, без которых можно легко обойтись.
Люди думают о здоровом и вкусном питании даже в кризис, поэтому мы будем активнее продвигать кухонную технику, а не только телевизоры и аудиосистемы. Кроме того, мужчинам сложно перестать бриться, а женщинам — следить за своим внешним видом, поэтому сохранится спрос на товары для красоты и здоровья.
— А чем предлагаемая вами кухонная техника отличается от предлагаемой конкурентами?
— Наша цель — создать устройства, которые помогут людям правильно питаться. Например, готовить блюда, сохраняя в них полезные вещества.
Мы тестируем технику в собственной лаборатории в Москве, сотрудничаем с Институтом питания РАМН.
В наших новых мультиварках используются специальные алгоритмы, которые способствуют сохранению в пище до 30% больше полиненасыщенных конъюгированных жирных кислот, а также витамина С и хлорогеновой кислоты. В микроволновых печах устанавливаются мощнейшие генераторы пара, благодаря чему вы можете использовать СВЧ как пароварку и так далее. Именно технологии являются основой нашего лидерства.
— А как вы собираетесь внедрять интернет вещей и стриминговые сервисы в российских реалиях?
— Очевидно, что время интернета вещей придет. Технически мы уже можем без проблем подключить к сети практически любое устройство. Главный вопрос — какую выгоду от этого получит клиент. Что бы вы ни подключали к интернету, это должно приносить какую-то пользу.
Технически все уже готово для подключения к интернету любого устройства.
Ситуация с доступом в сеть в России будет улучшаться. И нужно быть к этому готовыми. Мы уже работаем с местными поставщиками веб-контента, которые интегрируются в наши умные телевизоры VIERA. Даже если глобальные сервисы, такие как Netflix, пока не присутствуют в России, мы должны предложить владельцам VIERA альтернативу.
— Ваша компания являлась Всемирным партнером МОК и официальным поставщиком бытовой техники для Олимпиады в Сочи. А как насчет грядущего чемпионата мира по футболу?
— Не могу раскрыть всех секретов, но скажу, что в этом направлении у нас всех прибавится работы — мы уже участвуем во многих проектах, связанных с предстоящим чемпионатом.
— А вообще — с кем в России вы сотрудничаете?
— Мы участвуем в проекте «Сколково». В прошлом году было подписано соглашение об открытии центра разработок и исследований Panasonic на территории Сколково. Ориентировочно это произойдет весной этого года. Но уже сейчас мы сотрудничаем с несколькими стартапами-резидентами.
— В Крыму работаете?
— В настоящее время с местными дилерами мы не работаем.
— Наверняка вашу продукцию туда перепродают?
— У меня нет такой информации.
— Тогда вопрос про спрос. Где активнее всего покупают вашу технику в России?
— Позиции Panasonic в регионах гораздо сильнее, чем в Москве. И я хотел бы сохранить их.
В Москве и Санкт-Петербурге еще есть возможности для роста, особенно в b2b-сегменте, ведь весь бизнес сосредоточен в двух столицах. Мы намерены это использовать.
Существуют вещи, в которые компании будут инвестировать средства даже в самое тяжелое время. И я рассчитываю на укрепление наших позиций не только в потребительском, но и прежде всего — в корпоративном сегменте. Мы будем развивать сотрудничество с государственными органами, крупными компаниями, образовательным сектором.
— И снова возникает вопрос импортозамещения. Как же попасть в струю, ведь софт требуют российский?
— Мы всегда находим местных партнеров. Например, на наше оборудование устанавливается партнерский софт, и на выходе получается локализованное решение. Мы довольно давно идем по такому пути, и проблем для сотрудничества с b2b-клиентами в России не возникает.
